с тобой говорить, – жестко ответил Леон, все еще сжимая мне бедро. – Уходи.
Девушка явно была готова к отказу, так как совсем не обиделась на это.
– Леончик, – продолжала ворковать она, – пожалеешь ведь потом. Учти: будешь бегать за мной, но я и слова тебе не скажу.
Леону явно было неприятно даже смотреть на эту особу. Все говорило о том, что эта стервозина когда-то сделала ему больно. Но Леон держался максимально сдержано: не опускался ни до оскорблений, ни до проявления раздражения.
– Леончик, – вновь повторила особа, но на этом мое терпение кончилось.
– Послушайте, женщина, – язвительно улыбнулась я. – Может Вы не заметили, но нам как-то не до Вас. Поэтому даю вам три секунды, чтобы Вы быстренько, насколько позволяет Ваш возраст, смылись отсюда, иначе я позову охрану.
– Слышь, соплячка… – вспыхнула она, но я не дала ей договорить.
– Охрана! – выкрикнула я и хлопнула ладонью по столу.
Брюнетка поджала губы и, перед тем как окончательно уйти, бросила на прощанье:
– Что ж, Леончик, можешь мне больше…
– Охрана! – я снова хлопнула по столу, и к нам подошёл официант, в спешке слегка толкнув брюнетку.
Девушка снова поджала губы, демонстративно развернулась и направилась к выходу.
Леон сообщил официанту, что инцидент исчерпан и никого звать не нужно, но его настроение явно испортилось дальше некуда.
– Она твоя бывшая? – прямо спросила я.
– Да, – Леон напряг скулы.
– Тебе больно, что Вы расстались? – снова спросила я.
– Не будем это обсуждать, – выдохнул он.
Вот почему всегда так? Такие шикарные мужчины влюбляются вот в таких вот стерв, а после расставаний с ними считают стервами всех остальных? Несправедливо! Но теперь мне очень захотелось вытравить эту гадину из сердца Леона.
– Спорим, я заставлю тебя забыть эту дуру уже через неделю!
– Конфетка, давай просто пообедаем, – Леону явно хотелось помолчать.
– Я заставлю тебя забыть эту дуру уже через неделю! – теперь уже уверенно и в утвердительной форме повторила я. – Отметь этот день в календаре, потому что через неделю ты уже забудешь обо всех стервах на свете.
Леон усмехнулся и наконец искренне взглянул на меня.
– Конфетка, если ты это сделаешь, проси у меня что хочешь, – мужчина наконец разжал мое бедро и выдохнул напряжение.
– У тебя есть Instagram? – моя решимость срочно требовала воплотить ее в действия.
– Это деловая страница, – ответил Леон, явно пытаясь казаться холоднее, чем он есть на самом деле.
– А эта кобыла на него подписана? – не унималась я.
– Да, – выдохнул Леон.
Он ответил ни капли не сомневаясь в этом, а, значит, он сам следит за страничкой своей бывшей пассии.
– Обними меня, – мурлыкнула я и сама прижалась к Леону, а затем включила камеру на своем телефоне.
– Конфетка, не надо, – устало отмахнулся он. – Я не освещаю свою личную жизнь.
– Цыц! – коротко осекла его я, и нашла наиболее удачный ракурс по освещению.
– Смотри на меня с обожанием, – я повернула лицо Леона под наиболее выгодным углом.
– Я все равно не выставлю эту фотку, – предупредил Леон, но все же искренне улыбнулся моему озорству.
Нажав на кнопку сразу десять раз, чтобы потом можно было выбрать самый красивый кадр, я наконец вынырнула из объятий мужчины.
– Теперь дай мне свой телефон, – потребовала я, на ходу накладывая фильтр с мягкими тенями для создания интимности на фотографии.
– Хватит, – Леон мягко схватил меня за руки, очевидно так пытаясь меня успокоить. – Я же сказал!
Я обиженно посмотрела на мужчину и даже отодвинулась подальше.
Не хочет – не надо! Мне и одного Симона будет достаточно. Обаятельного, заботливого и опасного. А этот бородач только на словах горячий.
– Конфетка, – Леон примирительно подвинул меня к себе. – Не обижайся. Ты мне очень нравишься.
Но я снова демонстративно отсела подальше от Леона.
К счастью, в этот момент в зал вновь зашел Симон с прямоугольным и плоским пакетиком в руках.
– Маленький подарочек для моей проказницы, – Симон поцеловал меня в висок и вручил мне сразу три упаковки с чулками: черными, телесными и вульгарно ажурными, но я уже придумала какую юбку к ним подобрать, чтобы сбавить их вульгарность. – Уж очень неудобно соблазнять мою конфетку, когда она в колготках.
Я расцвела в улыбке и благодарно приняла подарок. На мгновенье я совершенно забыла о Леоне и погрузилась в разговор с Симоном, но внезапно мой бородач схватил меня за локоть и притянул к себе.
– Сделай это, – попросил он и протянул мне свой телефон. – Пожалуйста.
– Уверен? – все же спросила я, и он кивнул.
– Так, – недовольно нахмурился Симон. – Давай решим, чтобы не ставить Рассвету в неловкое положение на людях, официально она будет встречаться с кем-то одним из нас. И, думаю, логичнее, если это буду…
– Я, – улыбнулся Леон и забрал меня в свои объятья.
А затем он вытащил у меня из рук телефон и показал Симону нашу фотку, уже опубликованную в сети. Под фото значилась подпись «Похоже, скоро мой бизнес станет семейным».
– В смысле, Рассвета! – рассердился Симон. – Какого черта?!
– Пока тебя не было, пришла бывшая Леона и начала опускать меня! – возмущенно воскликнула я. – Вот пусть теперь утрется!
Симону явно этого было недостаточно.
– По-моему, все справедливо, – довольно продолжал Леон. – Рассвета работает с тобой, а встречается со мной. Так что давайте уже пообедаем.
Настроение Леона явно улучшилось, и он, придвинув меня еще ближе к себе, принялся кормить меня салатом. На контрасте с напористостью Симона я просто таяла в руках моего бородача. И хоть с Симоном было так весело и опасно до щекотки в животе, но сейчас я впервые в жизни задумалась о будущем.
Вот если бы они оба по-настоящему полюбили меня, кого бы я выбрала? Безусловно, с Симоном меня бы ждала жизнь как на экстремальном вулкане. С ним я бы точно никогда не заскучала. Но и, с другой стороны, я видела, что в нем присутствовала ветреность. Что если он увлечется какой-то другой девушкой? Конечно, борьба за внимание мужчины очень бодрит, но ведь иногда совсем не хочется этой борьбы. Хочется быть одной
