Говоря это, Дерек вел ее в спальню. Он уже перекрыл вентили, и комната была заметно холоднее, чем остальная часть квартиры. Ожидание заставило его сердце забиться сильнее. На протяжении недели он позволял Кэтлин привыкнуть к своему присутствию в кровати; он даже знал, почему она это допускала. Она думала, что должна ему. Но теперь он собирался приучить ее к своим прикосновениям так же, как к своему присутствию, и имел в виду гораздо большее, чем те поцелуи, которые доводили его до безумия. Он хотел ее, просто жаждал, и сегодня вечером сделает еще один шаг к своей цели.
Кэтлин вползла в кровать и натянула на себя покрывало. Дерек выключил свет, затем сбросил пижамные брюки на пол и счастливый от наготы улегся рядом с ней. Обычно он спал голым, но носил раздражающую пижаму, начиная со дня их свадьбы, и почувствовал облегчение, избавившись от нее.
Холодная комната доделает остальное. Кэтлин начнет искать его тепло ночью и, когда проснется, будет в его руках. Улыбка пересекла лицо, когда Дерек подумал об этом.
Сработала радио-няня. Спустя какое-то время Кэтлин проснулась от первого предварительного вопля. Она чувствовала себя хорошо согретой и застонала при мысли, что придется вставать. Ей было настолько удобно: голова на плече Дерека, и он обнимает ее так сильно…
Распахнув глаза, Кэтлин села в кровати.
— Прости, — выпалила она.
Дерек сонно зевнул.
— За что?
— Я полностью лежала на тебе!
— Черт, милая, я наслаждался этим! Ты только послушай этот маленький ужасный крик, — восхищенно сказал он, переводя разговор.
Снова зевнув, Дерек потянулся, включая лампу, затем встал с кровати. Все тело Кэтлин дернулось, как от удара. Он был голый! Великолепно голый. Превосходно голый. Ее рот пересох, и полные груди напряглись, пока не начали болеть.
Дерек протянул ей руку.
— Давай, милая. Пойдем займемся нашей дочерью.
Находясь все еще в шоке, она вложила пальцы в его руку, после чего он одарил ее медленной лукавой улыбкой, полностью лишившей дыхания.
Глава 7
Кэтлин мысленно улыбалась следующим утром, пока осторожно добиралась до магазина Сары Мэтьюз, ориентируясь по подсказкам, которые получила от Сары часом ранее. Риза уютно спала в автомобильном кресле, пережив первую ночь в собственной кроватке и нежную заботу своего великолепного голого папы. Кэтлин ночью была слишком потрясена, чтобы что-то делать, поэтому просто сидела в кресле-качалке и держала Ризу у груди. Дерек сделал все остальное. И после, когда Риза снова заснула, Кэтлин послушно вернулась в кровать и позволила ему прижать себя к теплому мускулистому голому телу… и наслаждалась этим.
Наслаждение — слишком слабое описание бушующих в ней мыслей и чувств. Часть ее хотела трогать его, попробовать на вкус, провести руками по всему великолепному телу. Другая часть паниковала; глубоко в душе она все еще не оправилась от жестокого высокомерного обращения, которым Лэрри унизил ее перед уходом.
Ей не хотелось думать об этом, поэтому она выкинула воспоминания из головы, и освободившееся место тут же заполнилось чувственностью Дерека, его понимающей улыбкой. Вот что это было! Знание! Он точно знал, что она чувствовала!
Кэтлин достаточно легко нашла уютный магазин ремесел, несмотря на недостаточное внимание к дороге. Стоянка была вполне вместительной, но она осторожно припарковала свой безупречный новый автомобиль подальше от всех других, затем забрала Ризу и тонну необходимых младенцу принадлежностей и вошла в магазин.
Там были несколько покупателей, разглядывающих товары и беседующих с Сарой и между собой, но когда Кэтлин вошла, пылающая улыбка осветила лицо Сары, и она подошла прямо к ней, чтобы взять ребенка из рук.
— Что за прелесть, — прошептала Сара, внимательно глядя на спящего младенца. — Она красивая. Мисси и Джед будут баловать ее до безобразия, точно так же как Дерек баловал их, когда они были маленькими. Я принесла старый детский манеж Джеда и установила его в задней части магазина, где раньше оставляла своих детей, если хочешь, там можно разложить вещи Ризы.
Кэтлин отнесла набитую пеленками сумку в заднюю комнату, которая являлась секцией магазина, где продавали все необходимое для изготовления кукол, и одновременно удобной частью помещения с несколькими креслами-качалками, в которых клиенты Сары могли посидеть и поболтать, если захотят. Это был самый популярный отдел магазина, и более теплый, чем все остальные. Крепкий детский манеж стоял рядом с креслами-качалками, и Кэтлин в замешательстве взглянула на него.
— Ты вернулась домой, чтобы забрать детский манеж, после того, как я позвонила тебе утром? А кто присматривал за магазином?
Сара засмеялась, теплые зеленые глаза замерцали.
— На самом деле мне установили детский манеж несколько дней назад. Я позвонила Дереку в тот день, когда вы поженились, и сказала ему, что мне нужен помощник, на тот случай если это тебя заинтересует.
— Он до прошлой ночи ничего не говорил мне, — ответила Кэтлин, спрашивая себя, стоит ли сердиться на его манипуляции, и будет ли от этого какой-нибудь прок.
— Конечно, нет. Я знала, что он подождет, пока Риза не окажется дома, а ты не почувствуешь себя лучше. Но не позволяй размышлениям о детском манеже давить на тебя, что ты должна взяться за эту работу, если не хочешь.
Кэтлин глубоко вздохнула.
— Я хотела бы получить это место. У меня, правда, нет опыта, кроме как работы официанткой или на ранчо, но я умею пользоваться кассовым аппаратом.
Сара просияла в ответ.
— Тогда все улажено. Когда сможешь начать?
Кэтлин оглядела уютный домашний магазин. Он будет хорошим местом работы, даже несмотря на то, как ненавистна идея оставлять Ризу на весь день. Придется найти детский сад поблизости или приходящую няню, чтобы та могла покормить ребенка во время обеда. Кэтлин предположила, что Ризе придется привыкнуть к бутылочке для дополнительного кормления, хотя мысль об этом вызывала желание кричать.
— Прежде чем я смогу приступить к работе, мне надо найти кого-нибудь, кто будет сидеть с Ризой, — ответила она неохотно.
Сара удивленно моргнула.
— Зачем? Мои малыши росли в этом магазине. Таким образом я могла держать их около себя. Просто приноси Ризу с собой; в любое время можешь рассчитывать на руку помощи любого из нас, когда почувствуешь себя достаточно сильной, чтобы приступить к работе…
— Я уже сейчас достаточно сильная, — заметила Кэтлин. — После того, как я всю жизнь вкалывала на ранчо, я такая же сильная, как вьючная лошадь.
