— Вот оно, доказательство. Это не шимы, это — повреждения, нанесённые их присутствием. Повреждения магии. И они распространились в нашем мире, затронув каждое заклинание. В том числе и заклинание Огненной Цепи, которое убьёт Никки, если мы не вытащим её оттуда.
Казалось, в комнате становится всё темнее. Никки едва могла видеть через пелену боли. Но те зловещие глаза, следящие за Ричардом, она всё же видела. Там, в тени. Пристальные. Ждущие. Никто не знал, и она, Никки, тоже не знала, что это было. Что пряталось там, в пространстве между двумя мирами.
Ричард может так никогда и не узнать, что поразит его. А Никки никак не предупредить его. Она почувствовала, как ещё одна слеза скатилась по лицу.
Ричард заметил каплю, упавшую с её подбородка, и наклонился ближе. Осторожно, но уверенно, он провёл пальцем, чтобы определить основные линии, на которых держалась вся структура. На сердце всей структуры.
— Должен быть способ, — настойчиво повторил он.
Энн оглянулась, но промолчала. Натан смотрел с каменным лицом. Зедд поддёрнул выше рукава, открывая худые руки.
— Ричард, невозможно прервать проверку, когда контрольная сеть введена в действие. По крайней мере, такую, как эта.
— Ну, уж нет, — раздражённо сказал Ричард. — Посмотри вот сюда. Видишь? Нужно разорвать сеть в этом месте.
— О духи! Ричард, даже и не думай! Заклинание само защищает себя. Эта сеть состоит, как из Магии Ущерба, так и Магии Приращения. Она укрыта щитами, сотворёнными из обеих магий.
Ричард внимательно посмотрел на покрасневшее лицо деда и вернулся к созерцанию светящегося лабиринта линий. Он пристально вгляделся в Никки и осторожно протянул руку между перекрестьями линий, чтобы прикоснуться к чёрному платью Никки.
— Я не позволю этому погубить тебя, — шепнул он ей.
За всю свою жизнь она не слышала более ласковых слов. Пусть даже и знала, что он сам не осознаёт, насколько невыполнимо его обещание.
Когда палец коснулся её платья, форма заклинания из двухмерной превратилась в трёхмерную, напоминая при этом больше колючий кустарник, нежели магическое изображение. Никки показалось, что он повернул нож в её внутренностях. Она изо всех сил старалась не потерять сознания. И сосредоточилась на пылающем взгляде, следящем из тени.
Она должна найти способ предупредить Ричарда.
Его рука остановилась, потом осторожно отодвинулась. Изображение снова стало двухмерным. Будь она в состоянии дышать, Никки вздохнула бы с облегчением.
— Вы видели? — спросил Ричард.
Зедд кивнул.
— Разумеется.
Через плечо Ричард оглянулся на деда.
— Есть предположения, что это было?
— Никаких.
— Вот именно. Оно должно бы оставаться инертным. Однако биологическая составляющая загрязняет его и изменяет саму основу и форму заклинания.
На лице Зедда ясно читалось напряжение, когда он обдумывал услышанное.
— Это похоже на правду. Что бы ни происходило, это влияет на действие заклинания, изменяя его.
Ричард кивнул.
— Хуже того, это — случайная переменная. Нарушение магии, вызванное присутствием в нашем мире шимов, живое. Оно растёт и развивается. Возможно, это воздействие различно и зависит от вида магии. Но, без сомнения, это заклинание продолжит меняться.
— Похоже, нет никакого способа предсказать, как именно оно изменится. Но, мне кажется, оно станет ещё опасней. Будто нам мало самого заклинания Огненной Цепи, чтобы всё становилось хуже и хуже. Вполне возможно, у нас могут появиться проблемы и помимо потери памяти, связанной с исчезновением Кэлен.
— Что заставляет тебя так думать? — спросил Зедд.
— Посмотрите, сколько воспоминаний из утраченных вами имеет только косвенное отношение к Кэлен. Возможно, в утрате воспоминаний и выражается повреждение магии, применительно к людям, затронутым эффектом заклинания Огненной Цепи.
Словно присутствия в мире запущенного заклинания Огненной Цепи было недостаточно для смертельной угрозы всему живому. Теперь же масштабы катастрофы превосходили то, что может представить самое больное воображение.
Энн просто переполняла ярость.
— Где ты набрался подобной чуши?
Зедд устремил на неё угрюмый взгляд.
— Помолчи.
— Я уже говорил, что понимаю язык символов. Так вот, этот — нарушен.
Натан отвернулся и рассматривал окна, освещаемые вспышками молний. Когда комната опять погрузилась во тьму, Никки снова увидела тварь, наблюдающую за ней из мира мёртвых.
— И ты вправду считаешь, что нарушение каким-то образом наносит вред Никки? — спросил Зедд.
— Я это точно знаю. Посмотрите на эту развилку, вот тут. Она смертельна сама по себе, даже без отклонения этой линии. О, я достаточно знаю о том, как выглядят смертельно-опасные заклинания.
Зедд одарил Ричарда грозным взглядом.
— Ты должен объяснить, что ты называешь «смертельно-опасными заклинаниями».
— После. Сейчас мы, прежде всего, должны вытащить её оттуда. И немедленно.
Зедд удручённо покачал головой.
— Мне очень жаль, Ричард, но я не знаю, как это сделать. Мне бы очень хотелось, но я не умею. Если мы попытаемся вытащить её, прежде чем контрольная сеть завершит проверку, она наверняка погибнет. Это единственное, в чём я уверен.
— Но почему?
— Потому что она в это время находится вне своего тела, в пространстве между мирами. Разве ты не видишь: она даже не дышит? Заклинание, что оплетает её, одновременно поддерживает её существование, пока сеть ведёт проверку. В каком-то смысле, она сейчас — часть заклинания. Вытащив её из заклинания, мы нарушим тот механизм, который поддерживает её жизнь.
Сердце Никки упало. В какой-то миг она поверила Ричарду, поверила, что он может исполнить своё обещание. Но это оказалось невозможным. Да еще эти горящие глаза, постоянно глядящие на неё. Теперь то кошмарное нечто начало принимать тёмные очертания. И оно сидело в густой тени около высоких полок. Оно напоминало одновременно и человеческое существо, и какую-то зловещую тварь, состоящую, казалось, сплошь из бугристых напряжённых мышц и сухожилий. Его сверкающие глаза смотрели словно из мрака самой смерти.
Это был Зверь. Тварь, которая выслеживает Ричарда. Та самая, что была создана по приказу Джеганя, сноходца.
Она сделала бы всё что угодно, чтобы остановить это создание, не позволить ему добраться до Ричарда, но не могла шевельнуть и пальцем. Каждая новая светящаяся линия всё туже связывала её, всё вернее затягивала во тьму вечности вне пределов мира живых.
— Хоть заклинание и меняется, — Ричард словно думал вслух, — в нём всё ещё сохранились элементы, поддерживающие первоначальную форму.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
