Читаем без скачивания Девственница - Ксения Васильева

Наташа слушала все, что говорила ей Марина, и знала одно: нет. Она на за что не выйдет замуж за Шурика. И мама. Мама, которой все надо рассказать! И ещё свидетели! И зачем только Марина травит ей душу?

- Марина, - сказала она как можно более мягко, хотя в ней все заледенело от унижения, - ты же сама понимаешь, что это не-возможно.

Марина, естественно понимала. Но поговорить на тему - это ли не сладостно!

Она быстро согласилась: Не хочешь - не надо. Думаем дальше.

Наташа не выдержала.

- Марин, а Николай Николаевич? Он мне понравился, по-моему, он действительно отличный врач, как он тогда...

- Ты-то откуда что понимаешь? - Резко возразила Марина. - Может, он коновал, а выдает себя за профессора. Может, у меня все было бы в порядке и без него, просто я струсила чего-то тогда.

Наташе захотелось встать и уйти, - не так она представляла себе разговор с Мариной. Марина казалась ей добрее а теперь она видит, какая та желчная, злая.

Но вставать и уходить было просто некуда, разве что через окно... Она сказала тихо: Марин, я не спорю, ты лучше знаешь. Но все-таки он - врач. Может, ты позвонишь ему?..

В её голосе была уже не просьба, а мольба. Марина смягчилась несколько.

- Наташ, я, конечно, попробую ему позвонить. Но с таким сроком он не возьмется, он старый и трусливый.

Наташа сказала уже последнее.

- Я готова идти к Нинке... У меня выхода нет.

Марина снисходительно заметила:

- Выход всегда есть. Только не сразу находится. А насчет Нинки ты замолкни. Ты что, не помнишь ничего? Ковырнула она меня, это один к одному. Нет.

Потом её вдруг словно осенило:

- Садись и не мельтеши. Надо же мозгами покидать. Деньги у тебя есть? Это главное.

Наташа только на секунду замешкалась.

- Есть. Сколько надо, столько и будет.

- У матери сопрешь? - Спросила презрительно Марина.

- Нет, - ответила Наташа, глядя прямо ей в глаза, - у меня свои... (она подумала о кольцах и прочем, что мать берегла для нее. Вот сейчас они ей нужны. Она вправе взять их).

- Ну, хорошо, не будем выяснять. Есть - замечательно. Ты как бы уезжаешь. Можешь взять академку?

- Могу, - ответила Наташа, не понимая пока, что за вариант придумала Марина, а та продолжала.

- Значит, берешь отпуск, маман врешь, что едешь отдыхать. У меня знакомая живет в Хосте, едешь со мной. А сама переезжаешь ко мне. Мы с тобой попробуем вдвоем похимичить. В твой срок - это легче. Выкинешь. И все дела.

Наташа с ужасом спросила.

- Выкидыш? Он что... мертвый?

Марина усмехнулась.

- Нет живой. Выкидыш всегда уже того... - Она не договорила, потому что увидела, как позеленела Наташа. - Ничего страшного. Маленькие такие родики, без особых болей.

Плод-то уже почти созрел...

Тут ей пришлось подхватить Наташу, которая как-то неловко тала сползать с кресла.

Марина выругалась как следует, побежала к аптечке, схватила нашатырь и дала этой балде нюхнуть.

Наташа пришла в себя.

- Вот что, золотая моя: любишь кататься - люби и саночки возить. Я от тебя отказываюсь, если ты такая квелая.

- Марин, я очень боюсь...

- Черт тебя дери, ты что, первая рожаешь во всем мире? Да все бабы хоть раз да выкидывают или аборт, ты что - особенная?!

Эти слова привели Наташу в чувство.

... Да что она в самом-то деле, идиотка совсем? Ну, выкидыш! Действительно, сколько женщин их делает или они случаются! И потом - выхода нет: ЭТО в ней и от ЭТОГО нужно избавляться, хоть реви в три ручья, хоть бейся головой о стенку. Никто за неё ничего ЭТОГО не сделает. Наташа ещё слабо соображала, что к чему, но главное уяснила: она будет жить у Марины, нужно взять академку, наврать родителям и... Но одно её радовало: она будет не одна. И не дома. Она будет с Мариной. Марина поможет, она сделает все для нее. Тем более, что у Наташи будут деньги.

КРАЖА.

Наташе казалось, что ничего не получится. Что она соврет, а мама сразу все поймет, и будет ужасно. Все откроется... Но получилось все как нельзя лучше. Естественно.

Выглядела Наташа, когда пришла домой, скажем прямо, не лучшим образом: она еле держалась на ногах. Мама сразу же полошилась.

Увела её в постель, дала горячего чаю с малиной, грелку к ногам и аспирин.

Светлана смотрела на дочь и думала, какая же она стала бледненькая и худенькая, особенно личико - осунулось, вытянулось, ну прямо плакать хочется, глядя на нее. Отдохнуть бы ей в хорошем - пансионате, в "Березках", например, у неё туда ход есть...

Девочка моя, давай-ка поговорим серьезно (Наташа вздрогнула).

Но Светлана стала говорить именно о том, о чем собиралась с таким трудом поведать маме Наташа.

- Тебе надо отдохнуть. Я вижу, как ты устала. Ты всегда была слабенькой, тебя надо беречь. А я все работаю и работаю, зарабатываю деньги, а о тебе, оказалось, забочусь плохо. Решим так, и не возражай. Я устрою тебе академку, достану путевку в "Березки" и ты там замечательно отдохнешь, станет тоскливо, - села в машину, - и ты в Москве, с нами. Твоя мама пока кое-что может (тут Светлана с горечью подумала о том, что вот, пока она никак не может устроить судьбу своего мужа... Но сейчас главное Наташа!).

Она замолчала, и тут вступила Наташа. Слабым голосом она сказала, что действительного плохо себя чувствует, устает, в техникум еле ходит.

Наташа начала вдохновенно врать. Откуда что бралось!

Она тоже обо всем думала... И как раз Марина едет к тетке в Хосту, у неё там домик, она одна, интеллигентная женщина. Наташе так захотелось на юг, и она сказала Марине, что на недельку съездит с ней, мама отпустит. И насчет академки она подумала, сентябрь они учиться вовсе не будут: кто в колхоз, кто так, как хочет. У Марины два билета на самолет, кто-то с телевидения собирался с ней, какая-то девочка, но не смогла, и Марина Наташе звонила, - не поедет ли она, Наташа, с ней. Вот как все устроилось!

Наташа говорила действительно искренним тоном, потому что ей казалось, что все, правда, устроится и все кончится хорошо!

Мама наконец прервала её словопоток: Подожди, Наташа! Зачем пороть горячку? И зачем тебе Марина? Я ведь могу и на юг путевку достать.

... Нет, не умеет она врать! Такого наплела, все в кучу, что мама испугалась! Надо как-то по-другому...

- Мама, - сказала она твердо. - Мне так удобно. Марину я знаю, мне с ней весело, а там, везде, где ты предлагаешь, никого знакомых. Нет, мама! Я еду с Мариной. И давай закончим этот разговор. Это не болезнь. Я просто очень устала и мне нужен отдых. На море. Со своим человеком.

- Отец! - Позвала Светлана. В какие-то острые моменты, когда у неё кончались силы и не хватало аргументов, она звала Александра Семеновича для собственной передышки: он приходил, говорил, что-то предлагал (все равно что), а она в этот момент набирала силы для нового броска на дочь.

Наташа взяла её за руку.

- Мама, не зови папу. Давай решим этот простой вопрос вдвоем.

- Хорошо, - вдруг покорно сказала Светлана, - поезжай. Тебе ведь нужны деньги?

- Нужны, - твердо ответила Наташа.

- И немало? - С иронией спросила мама, - все-таки юг, чужой дом, подарки, фрукты, танцульки...

... Началось! Неужели мама, "великий врач", не видит, что Наташа на пределе? Может, у неё несчастная любовь, может, ей отвлечься надо! Неужели нельзя выпустить человека хоть на время из клетки!

Да что клетка! Тюрьма! Да, она ощущала сейчас свою комнату камерой, где она проходит допрос. Прокурор безжалостен, и скоро она сдастся...

Вошел отец.

- Что вы, дети мои, тут притихли?

Мама эмоционально сверх меры начала:понимаешь, она надумала...

Тут Наташа заткнула пальцами уши, закрыла глаза и стала петь про себя какую-то мелодию, вроде: "эти глаза напротив..."

Отец тряс её за плечо. Она открыла глаза. Мамы в комнате не было.

Отец говорил: Поезжай, дочурка, я её угомонил. Ничего с тобой не случится. Все будет хорошо.

Наташа улыбнулась. Ушло напряжение вместе с мамой.

Но в комнату с непроницаемым лицом вошла Светлана. В руках у неё была пачка денег.

- Вот, - сказала она, - тебе деньги. Тут хватит и на билет, и на удовольствия. Если будет мало, напишешь. Пришлем еще.

Наташа взяла деньги, сказала тихо: Спасибо, мама... - Но по пачке поняла, что на все задуманное ими с Мариной не хватит. И Наташа ведь должна будет жить у Марины.

По тому, как она смотрела на деньги, мама поняла, что этого мало и уже было взорвалась, но её опередил отец: - Свет, мало ты дала, пусть девочка не смотрит из чужих рук.

Светлана вынула из кармана халата ещё пачку и протянула Наташе.

... Значит, она и эти принесла ей, но решила, что слишком много.

Отец, приобняв мать за плечи, подтолкнул её из комнаты, обернувшись к Наташе, и подмигнув ей.

Наташа аккуратно сложила деньги, спрятала в сумочку, взяла несколько платьев, халат, покидала новые вещи, ещё в пакетах (не забыла купальник! Ха-ха!), причесалась и собралась. Но тут поняла, что не сделала главного: взять кольцо. Или два. Или три...

Но как это сделать? Ключ от кабинета всегда у мамы в сумочке.