Читаем без скачивания Дети Деточкина или Заговор Бывших мужей - Ирина Потанина

– Скажи, если женщина долго пользовалась ярко-красной помадой, а потом вдруг перешла на бежевые тона, что это может значить? – серьезным тоном спросил Жорик.

– Всё что угодно, – ответила я после несколькосекундного раздумья, – От полной смены имиджа до обычного изменения настроения. А с каких это пор ты стал чьими-то помадами интересоваться?

– Да так, просто пишу детективный рассказ, – передразнил меня Жорик, – Это мне здесь по делу нужно.

– Твоя звезда охотится за женщинами?

– Потом расскажу. Извини, мне надо бежать.

– Ну, беги, – согласилась я, мысленно отметив, что вообще-то сотовая связь позволяет бегать, не прерывая разговора. «Мог бы хотя бы спросить, как у меня дела!» – возмущенно подумала я.

В голове моей вдруг мелькнуло нечто важное, связанное с этой самой бежевой помадой. «Вернись!» – умоляюще крикнула я ускользающей мысли, но та решила предать пустоту моих коробок во имя других, новых голов. Я думала, было, погнаться за ней, как вдруг…

– Кого я вижу! – Клюшка подскочил и, в точности повторяя мимику и пластику обиженного официанта, кинулся ко мне, – Катерина Кроль собственной персоной. Сколько лет, сколько зим. Если б не модель вашего телефона, в жизни бы вас, гражданочка, не узнал.

В первый раз я посмотрела на свой старенький Ericsson с укоризной. «Эх, что ж ты меня так подкачиваешь?!» – мысленно шикнула я на любимый телефончик, сочинив с перепугу странный термин, происходящий, видимо, от призыва «не подкачай». В этот момент Кошка мягко развернулась, сощурившись, глянула прямо мне в глаза и приветливо замахала пальчиками.

– В благодатные времена живем, – выдавила из себя я, – Сотовый телефон уже стал одной из отличительных черт личности… Скоро на милицейских досках объявлений в разделе «Особые приметы», модели мобильников указывать начнут.

– Предупреждать надо, – сквозь зубы бросил мне официант и испарился.

– Ха-ха, – рассмеялся Клюшка, – Милиция на этих досках, скорее, станет писать что-нибудь более практичное, сулящее хоть какой-то заработок.

– К примеру, «Здесь могла бы быть ваша реклама».

– Ха-ха, вы всё так же остроумны, Гражданка Кроль, – Клюшка был сама любезность, – Давайте усядемся все за общий столик…

Деваться было некуда, я подчинилась. Кошка приветливо кивнула мне и снова переключила всё внимание на Николая.

– Рассказывайте, – Николай жестом попросил меню, – Как живёте? Чем занимаетесь? Как наши общие знакомые поживают?

С Клюшкой мы были знакомы уже массу лет. Он постоянно оказывался как-то связан с событиями моей жизни: был сыном одного моего работодателя, был завсегдатаем, а потом владельцем, моего некогда любимого кафе, был хорошим другом моего бывшего второго мужа и врагом моего нынешнего благоверного.

– Все, к сожалению, живы, – смеясь, ответила я, – Как обычно, доставляют массу хлопот и мне и себе… В общем, суета сует.

Врать не хотелось, поэтому вопрос о том, чем я сейчас занимаюсь, пришлось тактично проигнорировать.

– Ну а Георгий? – губы Клюшки сложились в брезгливую улыбку, – Как дела у этого гения криминалистики?

– Замечательно, – я постаралась сделать свой тон как можно суше. Не хватало еще, чтобы Клюшка мог получить от меня пищу для саркастических издевок над Жориком, – Вас пока ни в чем обвинять не собирается, и преследовать в ближайшее время не намерен.

Дело в том, что когда-то Георгий, расследуя одно дело, случайно вывел на чистую воду и тёмные дела Клюшки. Огромных усилий мне тогда стоило убедить Жорика, идейного борца за справедливость, не вмешиваться.

– А вас? Вас он преследовать перестал?

Я не понимала, к чему клонит Клюшка. С каких это пор личная жизнь Георгия стала так занимать Николая?

– Может, сменим тему, г-н. Клюшка? Мне не хотелось бы, чтобы в моем присутствии с таким сарказмом говорили о близких мне людях.

– Да, да, – торопливо проговорил Клюшка, слегка ослабляя узел галстука, – Собственно, я хотел поговорить с вами об одном деле… Собственно, им занимается Лера, вот пусть она и расскажет.

– Оно ей надо? – с хрипотцой, придающий голосу некий шарм, проговорила Кошка. Она пристально смотрела в глаза Николая и укоризненно покачивала головой, – Каждому своё, Коленька. Журналистке – своё, журналистское. Не стоит ей голову морочить… Да, Кать?

– Ну… В общем… – я пожала плечами, не зная, что говорить.

– Не думаешь же ты, что она с этим, – Клюшка скривился, – На этого… На этого опера всю жизнь тратить намерена. Нет! Наша Катерина заслуживает много большего!

В любой другой ситуации я просто встала бы и ушла подальше от подобных разговоров. Терпеть не могу, когда кто-то лезет в мою личную жизнь, еще и прикрываясь, якобы, благими побуждениями заботиться о близких. Но получение информации – процесс капризный. Дабы его не спугнуть, нужно выслушивать всякую чушь.

– С каких это пор я стала вашей, г-н Клюшка? Валерия, не переживайте, рассказывайте. Вы же знаете, я не дам ему запудрить себе мозги. Если что-то действительно не нужно, то никакие заверения Николая в обратном меня не убедят.

– Тем паче, что с гражданкой Кроль мы легко сможем заключить дружеский договор… – многозначительно произнес Клюшка, толкая Кошку под столом носком туфли.

– Ребята, вы меня заинтриговали! – совершенно искренне завелась я, – Или немедленно рассказывайте, о чем речь, или давайте сменим тему. И перестаньте пинать друг друга ногами под столом, мне же всё видно!

– Ничего от вас не утаишь! – Клюшка с наигранным гневом глянул на щель между досками стола, – Всё время забываю, что в этих стилизованных кафе никогда нельзя чувствовать себя в безопасности.

– Кать, тебе мои услуги точно не понадобятся, но всё-таки слушай, – Кошка перешла на таинственный шепот, – Может, мне понадобятся твои. Скажи, ты хочешь жить хорошо? Ну, вот так, чтоб вообще ни в чем себе не отказывать?

Ответа Кошка и не ждала. Судя по всему то, что она произносила сейчас, было хорошо подготовленной заранее рекламной речью.

– Ты устала от бытовых забот и бюрократических казусов нашей страны? Значит, тебе надо выйти замуж за обеспеченного иностранца.

– Гениально! – не преминула вставить я, – И как я раньше не догадывалась? Богатый иностранный миллионер, как я понимаю, появится, стоит мне свистнуть и…

– А что смешного? – обиделась Кошка, – Ихние бабы – сплошь борцы за эмансипацию. Любого мужика не под юбку, а под каблук загнать норовят. Оттого иностранцы на своих жениться и не хотят, наших поджидают.

– А вы, стало быть, несчастным миллионерам помочь пытаетесь? – не удержалась от едкого тона я, припоминая, что у Клюшки всегда были странноватые виды бизнеса.

– Не столько им, сколько нашим женщинам, – вмешался в разговор Клюшка, – И прекратите говорить о нашем деле в столь презрительном тоне. Вы представить себе не можете, сколько у нас клиенток.

– И сколько же стоят ваши услуги?

– На первом этапе вообще нисколько, – горячо заговорил Клюшка, – Вы приносите фотографию и информацию о себе. Нет, если хотите, наши специалисты составят текст и сделают снимок профессионально, но это уже за деньги. Итак, мы совершенно бесплатно размещаем вас на нашем интернет-сайте. У нас заключены договора с множеством мировых агентств, заинтересованных найти своим иностранцам супругу среди наших женщин. Как только находится импортный некто, отвечающий вашим амбициям и соответствующий вашим возможностям, мы беремся организовать вашу с ним переписку. Стоит это совсем не дорого. Дополнительно у нас вы можете воспользоваться услугами психологов, переводчиков, наборщиков… Мы работаем всего год, и у нас уже есть удачные браки! Переписка заканчивается поездкой в гости, поездка в гости – кучей романтики, а романтика – браком… Каково?

– Неплохо, – от постоянных неопределенных пожатий плечами у меня уже болели мышцы, – Только я то тут причем? У меня, увы, всё уже было, вся романтика браком (правда гражданским) уже окончилась. Всё у меня, ребята, с личной жизнью в порядке. Так что в ваших услугах, пусть даже со скидкой и по дикому блату, не нуждаюсь…

– Мы в твоих нуждаемся, – удивила меня Кошка, – Послушай…

– Лера, прошу прощения, можно тебя на секунду отвлечь? – Судя по всему, Клюшка всерьез обиделся на проявленное мною неуважение к его бизнесу, – Знаешь, я подумал… Если гражданка Кроль так настаивает на своем пристрастии к этому злополучному оперу, так и нечего нам её отговаривать.

Клюшка столь выразительно глянул на Валерию, что я сразу же поняла: Кошка собиралась сообщить нечто важное. В отличие от всех остальных языков, мой был врагом не только мне лично, но и всей моей деятельности в целом. Ну вот, теперь обиженный Клюшка не даст Кошке приоткрыть мне даже кусочек тайны…

– А я что говорила? – фыркнула Кошка и соизволила снова обратится ко мне, – У Николая странные привычки. Сперва выслушает мои мысли, потом обсмеёт их, а потом, через время, выдаст их за свои и приведет в исполнение.