сообщала Эльзе только о совсем вопиющих вещах, которые могли навредить работе. Кто с кем спал и на кого положил глаз ее не интересовало.
- Спасибо за отлично проделанную работу.
« А может и , правда, уехать отсюда в Дрезден?» - там нет войны, нет тех, кто ненавидит немцев. Эльза решила, что подумает об этом дома. Теперь такая перспектива казалась не такой уж ужасной. Она в последнее время все чаще рассуждала о такой возможности: продать фабрику и жить рантье.
Глава 7
Кабинет Барта представлял собой маленькую комнатку в комендатуре на первом этаже с окном во внутренний дворик. Там стоял стол, три стула, сейф. На стене было несколько деревянных полок, на которых он старался ничего не держать. Стол лейтенанта был завален папками с бумагами, под которыми покоились лампа и телефонный аппарат. В углу на маленькой тумбочке стояла пишущая машинка, но он не любил ей пользоваться, предпочитая заполнять документы авторучкой.
Окно было открыто полностью, так как они с Шульцем уже четыре часа перебирали документы по погибшим офицерам, пытаясь найти что-то общее. Барт и прежде пытался решить эту задачу, но ничего не сходилось, кроме факта того, что были убиты молодые офицеры младшего командного состава. Они даже друг с другом знакомы не были. Сначала это показалось странным, но, учитывая, что все убитые были пациентами госпиталя, а состав там менялся стремительно, то определенная логика была.
Шульц выложил перед собой фотографии офицеров и покачал головой:
- Они даже внешне не похожи: лица не одного типа, рост и телосложение отличаются. Если бы убийца ориентировался на определенные черты лица, то можно было бы составить портрет потенциальной жертвы, но они разные. Род войск тоже разный: и пехота, и танкисты, люфтваффе только не хватает.
Барт предпочел согласиться: он не очень хорошо разбирался в таких вещах, но слова Шульца не принесли надежды на раскрытие. Допрос медбрата, который был на месте обнаружения трупа польского пожарного, тоже не дал ничего. Медик сказал, что кроме раны в груди, лицо убитого было превращено в мессиво. Но глаза, вроде, были на месте, так что это могло быть и не первое убийство, однако Шульц заявил:
- Если с этого все началось, то стиль еще только вырабатывался, так что с 95% вероятностью это было первым преступлением. Убийца совершил его, убедился в безнаказанности и постепенно вошел во вкус.
- Герр Шульц, - поинтересовался Барт, - а нам вообще под силу это дело раскрыть без криминалистов и кучи информаторов?
- Шансы есть, - ответил старый сыщик, но лейтенант не услышал первоначальной уверенности или ему так показалось. - Больше половины раскрытий основаны на оперативной работе и опросах свидетелей, а экспертизы помогают, но редко раскрытие полностью зависит от них.
- Вам виднее, - они сидели в кабинете уже несколько часов, и Барт начал раздражаться на эту бессмысленную созерцательность. Он пожалел, что не курит, так как были бы благовидные поводы выходить из помещения. Но курить он не начинал еще и потому, что фюрер негативно относился к этому явлению.
- И все же, - Шульц откинулся на спинку стула, - они все молоды, и все в момент смерти были в форме. Причем форме не полевой, а парадной. ..Это точно работа психопата.
Барт встрепенулся:
- Ну, учитывая, что война влияет на мозг человека не всегда положительно...
- Не в войне дело, - возразил Шульц, - убийства начались с пожарного поляка.
- Но он же остался с глазами.
- Убийца только пробовал себя. Помните, что голова была изуродована.
- Да.
- Потом убийца стал действовать более уверенно, более , хм, «профессионально». И что-то подтолкнуло его на мысль про глаза своих жертв.
- Я могу попросить Хельгу достать список всех лиц, состоявших на учете в местной психиатрии
.- Отлично, но разве таких не утилизировали после нашего прихода?
Барт поморщился от слова «утилизировали»:
- Я тут не с самого начала, поэтому не стану утверждать. Но ,по идее, должны были. Хотя вероятность, что кого-то пропустили, существует.
- Или убийца не состоял на таком учете.
- Или не состоял.
- Я долго думал, что убийца обладает выдающейся силой, так как эти раны в груди выглядят так, словно туда ударили молотом, но внимательно прочел отчеты экспертов и пришел к выводу, что такие ранения может нанести и подросток от тринадцати-четырнадцати лет. Острый, короткий, но тяжелый металлический прут. Единственное, что удивляет так это точность удара: жертвы были зафиксированы перед ударом или абсолютно не ожидали его.
Барт приободрился: Шульц начал высказывать вполне интересные версии.
- Помнится, герр Шульц, вы рассматривали и вариант с убийцей из числа наших военнослужащих.
- Пожарный был убит до нашего прихода, и потом не все же местные архивы сохранились, так что эта версия пока в резерве.
- Надеюсь, что там она и останется. Среди арийцев не может существовать таких монстров.
Шульц внимательно посмотрел на лейтенанта после этой фразой и покачал головой:
- Среди чистых арийцев -нет, но сколько еще среди наших граждан не выявленных полукровок, - Шульц как показалось лейтенанту говорил это, едва сдерживая смех.
- Да, конечно, - вот только Барт успел тоже насмотреться многого, что предпочел бы и не видеть, но он сам напросился на службу, так что относился к этому достаточно спокойно.
Лейтенант отправил в госпиталь Шмультке с запросом о психических больных, а они с Шульцем продолжили изучать документы.
- Можно еще опросить местных полицаев по поводу больных, - сказал Барт, - это даст более полную информацию, даже если в архивах много утеряно.
- Пока подождем с этим, - возразил сыщик, - возможно убийца среди них. Я, так понимаю, что в их составе много уголовного элемента, преследовавшегося и поляками и русскими.
Барт понимающе кивнул:
- Это имеет место, но совсем одиозных на службу не принимали. Кражи, хулиганство, но не грабежи или убийства. По крайней мере, у тех, с кем я работаю.
- Их личные дела тоже нужно изучить. Я уверен, что среди них мало тех, кто искренне разделяет наши ценности. Они служат нам из страха и жажды денег.
Сыщик был прав. Полицаи вели себя откровенно хамски по отношению к своим же землякам, но лебезили перед немцами, натянуто восхищаясь фюрером и успехами вермахта. Но тем не менее с бандами воевали неплохо, словно понимая, что воюют за интересы самой сильной на
