— Но…
— Уходи, Амандина. Я не выдам тебя полиции, это было бы не слишком порядочно, но и помогать я тебе не хочу.
— Я не преступница!
— Не хочу ничего знать. Просто уходи.
С этими словами Арно захлопнул дверь. Ник криво усмехнулся, выступая из тени огромного платана.
— Судя по всему. Мамаша Жози и впрямь потрясла свою семью. Странно, что дядю Арно не хватил удар.
Аманда насупилась и быстро пошла прочь от дома. Ник нагнал ее уже на окраине деревни.
— Не сердись, я не должен был смеяться.
— Я не на тебя, я на это толстое чучело. Нет, он всегда был трусоват, но чтоб даже на порог не пустить…
— Аманда, тебе надо привыкнуть к тому, что люди, даже хорошо тебя знавшие, теперь будут реагировать на тебя не так, как раньше.
Она остановилась и развернулась к нему так резко, что он едва не сбил ее с ног и вынужден был обнять. Просто обнять, ничего личного, обычная попытка удержать равновесие… И губы их сблизились совершенно случайно…
Это было удивительно и неожиданно. Привычно и знакомо до облегчения — наконец-то все идет, как надо, А еще это было волшебно. И немножко страшно.
И когда поцелуй закончился, они оба отпрянули друг от друга, словно подростки, застигнутые врасплох: высокая зеленоглазая красавица и широкоплечий взрослый мужчина с Внешностью и выправкой боксера-полутяжа.
Впрочем, если бы прямо сейчас Аманду спросили, каков ее идеал мужской красоты, она не задумываясь ответила бы: Ник Картер.
Они стояли и смотрели друг на друга, и наверняка простояли бы так целую вечность, но тут из темноты, со стороны деревни вынырнула худенькая фигурка. Мальчишеский голос произнес торопливо и сбивчиво:
— Три дня назад бабушка Жози со своим цирком отправилась в Амьен, а оттуда они пойдут по побережью. Не сердись на папу, Ами, он очень испугался, когда увидел новости. И не думай, он тебя все равно не выдаст, и я тоже. Пока.
Шелест, топот босых пяток. Тишина. Ник вопросительно посмотрел на Аманду, та устало улыбнулась.
— Это Клод. Младший сынишка Арно. Он зовет Мамашу Жози бабушкой, хотя на самом деле она ему тетка.
— Хороший мальчик.
— Он уже пару раз пытался сбежать с нами. С цирком. Арно всыпал ему по первое число, но пыла не остудил. Значит, Амьен…
— До него довольно долго добираться.
— Думаю, нам стоит снова воспользоваться услугами грузовиков.
На этот раз они не вскакивали на ходу, а просто стали голосовать у обочины. Занималась заря, и движение на трассе было совсем небольшим, но все же стоять им пришлось едва ли четверть часа. Вскоре они мерно покачивались в кабине большегрузного трейлера, направлявшегося в Аррас через Амьен, В пригороде Амьена они сошли. Совсем рассвело, и на рынок уже потянулись хозяйки с плетеными корзинами, а Ник и Аманда только угрюмо провожали их глазами. Потом Ник усмехнулся.
— Это же надо! У нас с собой целое состояние, но мы не можем купить даже паршивый круассан!
Аманда кивнула.
— Да, влипли. Почему ты не взял деньги?
— Потому что наличные остались в конверте, в гостинице, а по кредитной карте нас засекут мгновенно.
— Так она у тебя есть?
— Есть.
— Так пойдем искать банкомат.
— Не годится. Пошли, узнаем про шапито — и двинемся дальше. Наверняка в самом городе сейчас полно постов, и на всех есть наши приметы.
Про шапито им рассказали сразу же и охотно — представление цирка Моретти здесь всем очень понравилось.
— Вы их скоро нагоните, они ушли только вчера днем. Не спешили, да и лошадки у них устали, так что двигались медленно.
Ник и Аманда поблагодарили словоохотливых амьенок, переглянулись и побрели по указанной дороге.
Привал они сделали лишь однажды, когда животы совсем подвело от голода, и тогда Ник смастерил удочку и наловил плотвы, а Аманда выкопала на поле несколько картофелин. Все это было благополучно запечено в костре и съедено секунд за тридцать, не помешало даже отсутствие соли.
Передохнув немного, они вновь зашагали по шоссе, и когда Ник уже начал подумывать об очередном грузовике, Аманда вдруг остановилась и сказала странно напряженным голосом:
— Вот они.
Вдали виднелась длинная колонна, состоящая из цветастых грузовиков, конных упряжек и маленьких разноцветных легковушек. Колонна ползла по шоссе так неспешно, что Нику показалось на мгновение — догнать их будет легко, но потом он сообразил, что расстояние до цирка — приблизительно километр.
— Если они прибавят газу, мы их потеряем.
— Не потеряем. Дядюшка решил остановиться на стоянку. Они так медленно ползут, потому что высматривают место.
— Они же только вчера выехали из города!
— В городе они работали. А на стоянке будут отдыхать.
— Значит, догоним?
— Догоним… Ник?
— Что?
— Ты сказал, ко мне теперь будут относиться по-другому даже те, кто хорошо меня знал…
В голосе Аманды звучал страх, и Нику немедленно захотелось прижать ее к груди и защитить от всех печалей сразу. Однако он этого не сделал, а только легонько похлопал девушку по плечу.
— Выше нос, циркачка! Ты что, боишься, что от тебя отвернутся твои друзья? Люди, с которыми ты выросла?
— Нет, я не боюсь… просто я вдруг подумала, они же не знают правды…
— Вот ты им ее и расскажешь. Не из телевизора же ее узнавать, честное слово. Давай поторопимся. Сдается мне, Мамаша Жози накормит нас получше, чем ее кузен Арно.
Солнце было уже вечерним и красноватым, когда Ник и Аманда добрели до стоянки шапито. Изменения бросались в глаза сразу. Во-первых, великолепные лошади, числом семь штук, паслись на лужайке. Во вторых, новенький грузовик был нагружен новеньким же куполом, ярко-желтым, и красным, и зеленым, полосатым и веселым. Во втором грузовике, побольше, видимо, помещалось новое оборудование.
Аманда медленно шла между машинами, подсознательно оттягивая миг встречи. Ник шел сзади.
Он страшно устал. Со вчерашнего дня они толком не ели, почти не спали, за ними гнались полицейские и бандиты — будь Ник помоложе, эта история доставляла бы ему радость, будила бы в нем азарт, однако нынешний Ник Картер устал и хотел только есть и спать.
Аманда подошла к зеленому фургончику, расписанному клоунскими рожами и силуэтами девушек на трапециях. Кашлянула, а потом громко сказала:
— Дядюшка… Дед, я вернулась.
Наступила тишина. Неимоверно долгая, она длилась три, а то и все четыре секунды. Казалось, даже бабочки застыли над цветами, опасливо выжидая, чем закончится этот приступ тишины. Ник невольно расправил плечи и шагнул ближе к Аманде, но тут…
Тишина взорвалась, забурлила и зазвенела. В воздухе завибрировали гортанные вопли по-итальянски, взволнованное воркование по-французски, пламенные тирады по-испански — и вся поляна оказалась запружена народом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
