Поначалу Казанова растерялся, но постепенно путешествие в Константинополь стало казаться ему все более заманчивым. Получив деньги на дорожные расходы и спрятав во внутренний карман письмо, он без особых сожалений покинул Вечный город. В сущности, кроме приятных воспоминаний, его здесь больше ничего не удерживало: Лукреция уехала, а переписывать французские бумаги ему порядком надоело. Предстоящая поездка не налагала на него никаких обязательств, кошелек был полон, погода — прекрасна, впереди — вечность. Путь в Константинополь лежит через Венецию, где его всегда с нетерпением и радостью ждали очаровательные сестрички Мартон и Нанетта, их ласки ему пока еще не приелись. Без особых приключений Джакомо прибыл в Анкону, оттуда он морем предполагал переправиться в Венецию. Но неожиданная встреча надолго задержала его в Анконе.
В гостинице, где он для придания себе большего веса назвался секретарем кардинала Аквавивы, случай свел его с примечательным семейством, состоявшим из матери, сына-подростка, двух дочерей, двенадцати и одиннадцати лет, и молодого воспитанника, кастрата Беллино, наделенного чудесным голосом. Семейство пребывало в стесненных обстоятельствах и все надежды возлагало на ангажемент Беллино. В Папском государстве, где женщине доступ на сцену был запрещен, голоса кастратов ценились особенно высоко, ибо они исполняли все женские партии. Нежная красота Беллино навела Соблазнителя на мысль, что перед ним не кастрат, а переодетая женщина. Любопытство Казановы было столь велико, что он мгновенно позабыл о целях своей поездки и принялся усиленно добиваться расположения семейства, дабы поближе свести знакомство с Беллино. Он угощал всех его членов обедами, поил кофе матушку и вскоре стал своим человеком в снимаемых семейством апартаментах. Беспримерная щедрость Соблазнителя привела в его объятия малолетних сестричек, чрезвычайно возгордившихся, когда богатый и красивый господин сумел по достоинству оценить их совсем еще юные прелести. Сгоравший от любопытства и пробудившегося вожделения Казанова готов был даже полюбить их братца-танцора, выступавшего на сцене в женском костюме, если бы любовь эта приблизила его к Беллино. Наконец он не выдержал и, улучив момент, дерзко запустил руку между ног кастрата; каково же было его разочарование, когда он убедился, что Беллино одного с ним пола! Полная свобода нравов царила среди актеров, поэтому Беллино не обиделся на его поступок, а лишь посмеялся над незадачливым исследователем.
Все же сомнения не покидали Казанову, он хотел убедиться в своем несчастье не только руками, но и глазами, поэтому он оставался в городе и продолжал обхаживать черноглазого Беллино, лицом удивительно напоминавшим ему Лукрецию. Терпение его увенчалось успехом. Во время загородной прогулки им с Беллино пришлось заночевать в гостинице, где их по понятным причинам разместили в одной комнате. Посреди ночи спутник Казановы сам пришел к нему в постель. Зоркий глаз не подвел соблазнителя: под личиной кастрата скрывалась очаровательная девушка Тереза. Она поведала Казанове свою незамысловатую историю.
Рано пробудившееся музыкальное дарование Терезы заметил знаменитый музыкант и певец, кастрат Феличе Салимбени, он взялся обучать ее своему искусству, а потом сделал ее своей любовницей. Салимбени привязался к Терезе, но понимая, что такой талант, как у нее, скрыть нельзя, решил выпустить ее на сцену в обличье кастрата, дабы у богатых бездельников не возникало желания поволочиться за ней, как это было принято среди любвеобильных прожигателей жизни. Для придания правдоподобия ее истории он поместил девицу в семью недавно скончавшегося кастрата Беллино, и она заняла его место. Под именем Беллино Тереза должна была выйти на сцену. Чтобы она прошла проверку на пол, устраиваемую кастратам в Папском государстве, Салимбени подарил ей хитрое каучуковое приспособление, прочно прикреплявшееся между ног и не позволявшее проверяющим святым отцам усомниться в обмане. Но Салимбени внезапно умер, и Тереза-Беллино, не успев получить ангажемент, осталась в приемной семье. И теперь все они направлялись в Болонью, где, по слухам, легче было заключить контракт с каким-нибудь театром. В пути же они застряли, потому что у них кончились деньги. В Казанову Тереза влюбилась с первого взгляда, но пока не убедилась, что страсть ее не безответна, она не решалась ему открыться.
Тереза настолько вскружила голову Соблазнителю, что он сам предложил ей стать его женой, она с восторгом согласилась. Когда же Казанова, одумавшись, стал уверять ее, что жених он незавидный, она заявила, что последует за ним на край свете даже в рубище. «Мы оба свободны, у нас нет родных, способных воспрепятствовать нашему браку. Пусть у тебя нет ни денег, ни прочного положения в обществе, я привыкла довольствоваться малым. Когда же я поступлю на сцену, я смогу содержать и себя, и тебя», — отвечала она, выслушивая очередную отговорку Соблазнителя. Казанову перспектива рая с милой в шалаше не вдохновляла, но энергичная Тереза продолжала настаивать на свадьбе. Уверенная, что больше уже никогда и никого не полюбит, она полагала, что и он любит ее, а посему мнила брак естественным продолжением их страсти. Соблазнитель не разуверял ее, наслаждался ее любовью и не предпринимал никаких шагов, как обычно, полагаясь на случай. Привыкнув произносить слова ради самих слов, он никогда не задумывался над тем, что, возможно, есть еще люди, этим словам верящие.
Случай явился в образе испанского патруля, производившего проверку документов. Паспорт у Казановы был потерян, поэтому его задержали для выяснения личности и посадили на гауптвахту. Когда недоразумение разъяснилось и из Рима был прислан новый паспорт взамен утерянного, красавица Тереза была уже далеко. Она заключила контракт с театром Сан-Карло в Неаполе и уехала; перед отъездом она написала Соблазнителю письмо, в котором звала его с собой, уверяя, что теперь им хватит средств на двоих. Тот подумал — и отказался; выглядеть откровенным альфонсом ему не позволяло самолюбие. Но не желая слишком сильно огорчать возлюбленную, он пообещал приехать к ней, когда дела его поправятся, но не приехал. Красавица Тереза, настоящее имя которой было Анджиола Калори, стала выдающейся певицей и приобрела европейскую известность.
Пребывая на гауптвахте, Казанова пришел к мысли, что в смутное время (на земле Италии шла война за австрийское наследство) гораздо выгодней быть лицом военным, нежели духовным. А так как церковная карьера у него явно не задалась, он выбросил свой подрясник и облачился в бело-голубой мундир офицера испанской армии, хотя носить таковой не имел никакого права. Но расцветка мундира выгодно оттеняла красоту его смуглого точеного лица, сшит он был на заказ у лучшего портного, сидел отлично, и выглядел в нем Авантюрист великолепно. Остальное его не интересовало. В новом облачении он прибыл в родной город, где, поддавшись уговорам приятелей, записался в армию и сменил испанский мундир на форму лейтенанта Венецианской республики. Он был назначен адъютантом командующего галеасами и отбыл к месту службы — на остров Корфу, форпост Республики в Адриатическом море. Сестры Нанетта и Мартон, коих Соблазнитель не забыл посетить, горькими слезами провожали своего ненаглядного возлюбленного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
