И началось путешествие. Я скакала не хуже лягушки по станциям и планетам, а в промежутках между посадками, наконец-то смогла связаться с Селеваном Грином. С первым владельцем доставшегося мне от Оскара долга я лично никогда не виделась, имея дело с его подручными. Поэтому была немного удивлена его вежливостью и приятным внешним видом.
— Вижу, вы весьма настойчивая молодая леди, — сказал он, когда мне наконец-то удалось уговорить его подчиненных выйти со мной на связь.
— Добрый день, господин Грин, — натянув не менее вежливую улыбку, ответила я. — Да, настойчивость — одно из моих достоинств.
Мужчина слегка приподнял красивую черную бровь, а пронзительные голубые глаза блеснули странным огоньком. Он смеется, что ли? Едва сдержалась, чтобы раздраженно не фыркнуть. Некогда мне развлекать его.
— Давайте перейдем сразу к делу, — напустила я на себя серьезный вид.
Он лишь вскинул в разрешающем жесте руки и криво ухмыльнулся. Но даже эта весьма неприветливая улыбка не портила его красивого лица. Повторного приглашения я ждать не стала и положила перед собой украденные слитки эифрона.
— По моим подсчетам, этого должно хватить для покрытия долга моего мужа. Еще и немного останется.
Мужчина не сумел скрыть своего изумления и даже подался вперед, чтобы лучше разглядеть слитки. Ага, получилось заинтересовать. С трудом подавила внутреннее ликование, которое так и порывалось вырваться наружу.
— Где вы их взяли? — в голосе Селевана скользило неприкрытое любопытство.
— Скажем так, одолжила, — нехотя ответила я.
— У кого? — голос стал резким и приказным.
— Не у вас. И этого должно быть достаточно. Так что, берете?
Мужчина откинулся на спинку стула и в задумчивости сложил руки домиком. Помолчал немного и сказал:
— Хочу встретиться с вами лично. Буду ждать на Пареньяке. Пары дней вам хватит на дорогу.
Не удержалась и передернула плечами. Неужели он знает, где я нахожусь? И как скоро бы меня схватили? Возможно, меня спасает только то, что я постоянно выхожу не на тех станциях, куда куплен билет. Но такими темпами я совсем скоро останусь без денег. И зачем, интересно, ему понадобилась личная встреча? Желания видеться с этой пираньей у меня совершенно не было, но, к сожалению, я не в том положении, чтобы спорить.
— Хорошо, — послушно ответила я. — Господин Грин, могу я рассчитывать, что вы не станете меня больше преследовать? Вы же понимаете, что моей вины в действиях Оскар нет.
— Мы всегда в ответе за свою семью, — отчеканил он, но тут же немного смягчился: — Но ввиду вашей явки с повинной, даю слово, что вам и вашим близким не причинят вреда, если мы, конечно, сойдемся в цене.
Не очень-то надежно прозвучали его слова, но я снова промолчала. Вымучила из себя улыбку и благодарно кивнула. Лучше не давить на него, он явно не из тех, кто это стерпит. А у меня к нему еще просьба будет. И весьма существенная. Ведь кто поможет мне скрыться от бандита? Разумеется, его коллега.
Попрощавшись с Грином, я откинулась на мягкую спинку кресла в индивидуальной кабинке для переговоров небольшой, но уютной станции Ваат. Итак, теперь осталось с ним встретиться и отдать долг. А если ему покажется мало этих пластин? Если он посчитает нужным забрать у меня все? И хотя стоимость украденных мною сокровищ явно превышала долг, кто помещает ему оценить их ниже курса покупки? Тогда я останусь совсем ни с чем.
Подумав немного, я решила собрать все свои драгоценности и снять большую часть оставшихся денег. Упаковала все в герметичный, непрозрачный бокс и отправила посылкой до востребования вперед себя на планету Пареньяк. Главное, без указания имен и установить длинный период хранения. Пусть теперь попробуют стрясти с меня еще хоть что-нибудь. Довольно улыбнулась и поспешила на посадку. Лететь два дня, и мне стоит отдохнуть: встреча намечается не из приятных.
И я не ошиблась. Сразу на высадке меня встретили два бугая. По-хозяйски перехватили мой объемный чемодан и ненавязчиво взяли под локоток.
— Вы от Грина? — уточнила я, слегка притормаживая.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Молчаливый кивок, и я даже не начала сопротивляться. К чему? Я сама запихнула голову в пасть льву. Лучше не дергаться, а то он сожмет челюсти, и мне конец.
Шли мы не долго. Селеван решил, что встреча со мной не стоит чего-то особенного, и я оказалась в большой комнате для деловых переговоров космопорта. Мужчина произвел на меня еще более пугающее впечатление, чем по связи. И вроде ничего страшного: невысокий рост, довольно сухая фигура, но от нее веяло такой силой и концентрированной угрозой, что хотелось передернуть плечами и сделать шаг назад.
Он едва уловимо кивнул в сторону моих сопровождающих, и я сразу ощутила на себе пару огромных ручищ. С трудом удалось не залепить их владельцу пощечину. Но стояла смирно, пока меня очень тщательно обыскивали с ног до головы. Когда закончили, Селеван кивнул и вежливо произнес:
— Присаживайтесь.
Просить дважды меня было не нужно. От злости ноги подрагивали, и так хотелось пнуть стоящего рядом детину. От его грубых рук на теле до сих пор горели пятна. Гад! Мог бы и поаккуратнее.
А Селеван снова кивнул. Второй молодчик подвел ко мне чемодан и жестом приказал открывать. Возмущенно посмотрела на Грина, но тот лишь приподнял бровь. Мол, все равно вскроем, а так хоть цел останется. Свой чемодан я любила и поэтому послушно открыла замок.
Выпотрошили его на совесть. Перебрали все. Безжалостно вспороли подкладку и внутренние кармашки, которые были такими удобными. Я лишь скрипела зубами, когда грязные ручищи копались в моем нижнем белье. Мерзавцы. Зачем такое проделывать? Слитки ведь они нашли сразу. И те уже лежали на низеньком столике, который стоял между мной и Селеваном Грином. Что они ищут? Похоже, я была права: искали деньги и драгоценности. Мысленно порадовалась своей находчивости.
Убедившись, что поживиться больше нечем, Грин снова махнул, и мои вещи небрежно зашвырнули в чемодан. Меня чуть удар не хватил от того, как они смяли мою блузку из варлианского шелка. Но пришлось промолчать и с зубным скрежетом наблюдать за тем, как они пытаются закрыть чемодан.
Подручный Грина зло на меня зыркнул. Мол, зачем столько напихала? Я ответила ему выразительным взглядом, с тонким намеком на кривизну их рук. Фу, облапали все вещи: придется отдавать в обработку. Но сейчас не время ныть о своих пожитках. Пора заняться более важными переговорами.
— Итак, господин Грин. Когда приветственная часть закончена, предлагаю приступить к обсуждению насущных дел.
На мой явный сарказм мужчина не отреагировал. Мне вообще казалось, что он без интереса смотрит на поблескивающие слитки и чем-то явно раздосадован. Он медленно перевел взгляд с меня на них и заговорил.
— Разумеется, но сначала я хочу, чтобы вы рассказали мне о вашем муже.
С трудом удержала вопрос «зачем» и честно поведала ему о наших с Оскаром взаимоотношениях. Пока я говорила, Грин буравил меня внимательным взглядом. Он словно детектор лжи следил за мной, определяя, вру я или говорю правду. На всякий случай лгать я не стала и, кажется, мне верили.
— Значит, если бы Оскар что-то спрятал, то вы бы об этом не знали? — спросил Грин.
— Нет, — честно призналась я. — И не хотела бы знать. Я просто хочу спокойно жить и заниматься любимым делом.
Мужчина неопределенно хмыкнул и задал очередной вопрос:
— И вам он ничего не оставлял?
— Кроме своих долгов? — снова не удержалась и съязвила я. Но потом выдохнула и честно ответила: — Нет.
По мне опять прошелся взгляд, напоминающий рентген, и мужчина изменился в лице. Прошло напряженное выражение, теперь оно превратилось в скучающую маску.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Итак, как я вижу, здесь вполне достаточно, чтобы покрыть долг. Даже немного больше. Но это пойдет в счет набежавших процентов. И еще ваше помещение под ателье уже давно занято, а сам бизнес без вас, очевидно, оказался недееспособным. Поэтому считаем, что мы квиты.
Голос спокойный, ровный, словно лишенный всех красок эмоций. Неприятно. И кажется, я должна была бы радоваться от таких новостей, но вместо этого меня обуяла дикая злость. С трудом себя контролируя, начала говорить:
