Читаем без скачивания Коллекционер уродов (СИ) - "БоЖенька"

— У нас уже никаких сил и денег не хватает на поддержание урожая.

— Да!

— Верно…

— Это точно.

— Владимир Ладович, я слышала Ваши запасы пустеют. Зерна не хватит и на треть всех земель.

Пиетет запрещал мужчине отвечать на столь провокационные вопросы. И к тому же, к кругу вернулась Лада Идавна и смотрела на сына грозно.

По всем правилам, вступиться было должно или госпоже Яровой или Галке. И Гала призвала всю свою самоуверенность:

— Качественный чернозем есть лишь на дюжине из сегодняшних мест. Мы никогда и не засееваем все земли. Из года в год скот и округа качуют от одного поля к другому для удобрения.

— Да, мы делаем также, — вступилась полная дама.

— Что же у Вас по сметам все расходы сходятся?

— Планово — да, — кивнула Галка. Она чувствовала как ее испепеляет Яровая.

Женщина вмешалась, чтобы забрать своего сына. Они отошли.

— Наконец прибыла жена твоего брата. Тварь такая… Поздороваться надобно, — Лада ворчала себе под нос, пока Влад и Гала пытались за ней поспеть.

— Жена брата? — удивилась Гала.

— Сноха, — пояснил Влад.

Что?

— Жена Вали? Ой, Валентина Ладовича.

— Да.

Кошмарный вечер.

Тягомотный как патока.

Уже в своих аскетичных покоях, Гала думала, что может расслабиться. Но как бы ни так.

Послышался звонкий стук в окно. Отворив деревянные створки девушка увидела Валю. Он взобрался на ее этажи по барельефу на стене, и сейчас неуклюже держался одной рукой за выступ, а второй салютировал бутылкой.

— Я не стану Вас впускать.

Валя был пьян и весел. Покачивался неуклюже. Опасливо кренился.

Галка испугалась, что мужчина может упасть. Торопливо открыла щеколду. И тут же пожалела. Лучше бы он упал.

— Избегаешь меня, — он ввалился. Постарался обнять Галу, да повиснуть на ней, но девушка уворачивалась.

— Уходите, уже поздно.

— Не выгоняй меня. Я не хочу уходить.

— Ночь на дворе. Спать нужно. Мрак на Вас морок наслал.

Гала обеими ладошками уперлась в широкую грудь мужчины, пыталась его оттолкнуть.

— Мне хочется просто побыть с тобой. Не оставляй меня.

Улыбка его с лица не сошла, но тоскливой стала.

В груди заныло.

— Чего Вы от меня хотите?

Валя завалился на Галку пьяно. Она не могла выдержать эту ношу. Попятилась, и плюхнулась на кровать неуклюже.

— Ничего, — захихикал Валя. Он чуть сполз, сел у ног девушки, уронил тяжелую голову ей на колени. И привычно приложился к горлышку бутылки, — попробуй.

— Нет.

— Ты поди ничего крепче медовухи не пробовала. Это вино. Хорошее. Жрицами освещено. Попробуй.

Валя как ни в чем не бывало приподнялся, поднес к Гале алкоголь. А когда она головой замотала, схватил за челюсть. Влил пару капель насильно, так что красные струйки по подбородку потекли.

— Хватит, — вырывалась Гала.

— Прости. Не злись. — Отнял руки. Отставил вино. И снова крепко обнял коленки девушки, прижался лицом к ним.

Гала отчаянно пыталась его оттолкнуть, заставить отлипнуть. Но он только капризничал в ответ.

— У Вас ведь жена есть… Идите к ней.

— Она сейчас в своих покоях с парнишкой помладше да покрасивее. Мама ругается на меня. Говорит, я недостаточно для семьи стараюсь, раз моя же жена меня не хочет.

— Тогда почему Вы здесь?

Валя поднял лицо, надул обиженно губы.

— А мне нельзя изменять? Почему когда Варя с другими спит, то все нормально, а я сразу разлучник, извращенец, мерзавец? Я может тоже хочу любви?

— Валя…

— У нас знаешь какой секс последние годы? Она совсем про меня не думает. Говорит, я мужик, и так кончу, а ее прям надо ублажать. Так за весь процесс она обо мне и не вспоминает. Знаешь как обидно?

У Галы на затылке волосы вставали дыбом. Как бы ей ретироваться незаметнее?

— Что мама, что Варя, они же даже не спрашивают, чего я хочу. Что мне интересно. Только постоянно ждут и требуют. Я так устал. Это, — Валя вновь схватил вино. Пил долго, кадык только вверх-вниз ходуном ходил. И пустую бутылку отшвырнул, — ужасно. Это просто ужасно.

Валя ждал, что его пожалеют, спрятал лицо в складках юбки Галы. Бормотал что-то. Сопел тяжело.

Девушка замялась, задумалась. И легко коснулась его макушки, погладила.

— Вы сами никого не любите, — тихонько проговорила она. — Вы тоже не слушали меня иль мои просьбы. Вы такой же как они.

Валя лежал недвижимый. Будь Гала дурой, решила бы, что спит. Но он напряжен был страшно. В любую секунду готов был к нападению. И не нападал. Стоял на коленях у кровати и молчал.

Вдруг поднял голову, резко, внезапно.

И в глазах красных стояли слезы.

Сурьма чуть растерлась.

— Почему я тебе не нравлюсь? Почему не я? Почему ты Влада выбираешь? Что в нем такого? Отчего мама его больше любит? Он другой, да? Он тебя слушает?

Галка совсем опешила. С пьяными она обычно не общалась. А тут… Не знаешь ведь даже, что ему в голову ударит.

И девушка только погладила его снова. А что еще сделать?

Валя не сдержался, заплакал. И стиснул ножки Галки, прижал к себе. Утирал невзначай полами ее накидки свои сопли.

Ну, делать нечего, Гала терпела. Гладила по голове, и ждала, когда это кончится.

Спина уже даже устала сидеть. И ноги затекли.

Валя долго проплакал. Но наконец успокоился, постепенно стихал, переходя на жалкие всхлипы и воцарилось могильное спокойствие.

Вот теперь, наверное, спит.

И за окном окончательно стемнело.

— Не уходи, — тихонько попросил Валя, когда Гала постаралась двинуться.

Да когда же ты уснешь?

Он замычал недовольно. Ворочал головой. И расслабленной рукой скользнул к полу. Юрко забрался под юбку девушке. Только кончиками пальцев, едва касаясь, прошелся по голени. И пока та окончательно, не вскочила, придвинул руку ближе к спине. Обхватил хвостик у самого основания.

Дискомфорт. Боль. Скулеж.

А у него с лица будто спала пьяная пелена. Он посмотрел на Галу удивленно. Рассмеялся сначала заторможено. Понял что-то и уже захохотал безумно.

Галка вырвалась, отползала назад. Но все зря. Валя был больше, сильнее. Ухватил ее за лодыжку, притянул к себе. Задрал религиозный плащ. Жадно старался рассмотреть ее хвост.

Галка развернулась, наобум пнуть постаралась, отбиться. Но любую вспышку ее сопротивления Валя без труда гасил.

Обхватил ее голову своей лапищей, стянул платок. И, улыбаясь, ушами любовался. Прикоснулся большим пальцем внутренней нежной части, и грубо оттянул.

Жестко. Жестоко. Галка обессилено скулила, била кулаками, пиналась.

Только на секунду Валя приподнялся, чтобы с себя накидку праздничную стянуть. Галка воспользовалась мгновением. Грузно подалась назад. Свалилась с кровати.

Валя не торопился. Откинул ненужную тряпку. Обогнул постель.

Когда Галка спасительно уже подбежала к двери, он ее остановил. Схватил за кисть, стиснул до жгучей боли. Дернул резко вверх, так что хрустнуло у нее что-то в плече. И поднял над дощатым полом.

— Убюлдок, урод, пусти. Пусти!

— Ты ничего не перепутала?

Он приблизился. Острый нюх Галы обжег запах вина. Даже больше от удивления, чем от испуга, она полоснула ногтями. Угодила Вале прямо в лицо.

Три неровные полосы краснели медленно, тянулись рвано от щеки к носу.

Валя остановился. Неверяще прикоснулся к собственному лицу. Понять силился, неужели его красоту могли испортить. Неужели она его изуродовать попыталась.

И если до этого Валя глумился, веселился чуть зло. То сейчас он был по-настоящему разъярен.

Ночь была глубокая. Темная. Страшная. И даже в это время хотя бы пара служанок не спала. Глядела из окон.

Валя был хладнокровен. Методичен. На Галку не смотрел, не реагировал ни на ее крики, ни на мольбу. Притащил к конюшням за волосы. Бросил на пыльную землю.

Стены имения не спали. Гала чувствовала, что за ними наблюдают. Но никто не смел показываться. Знали, иначе их самих накажут.