— Установка аппаратуры?
— Два дня от силы.
Клаус поморщился.
— Задержка крайне нежелательна… но ничего не поделаешь. Посылайте заказ. Хорошие новости есть?
— Имеется одна. «Шафтберри» совершил прыжок раньше, чем запланировано. Можем начинать выгрузку персонала с орбиты, как только очистим жилые помещения.
— Хорошо. Держите меня в курсе всех дел.
— Да, сэр.
Голографическое изображение пропало.
Мысли Клауса вернулись к «Доминику Магнусу». Он не особенно надеялся, что его морпехи засекут где-нибудь этого ублюдка. Уж что-что, а беречь свою шкуру этот получеловек научился, надо отдать ему должное.
К счастью, у Клауса имелись свои варианты на случай непредвиденных обстоятельств. Варианты, которые не имели ничего общего с тайной деятельностью ЗИК. Он не полагался на поставляемых Исполнительным Комитетом коммандос для достижения личных целей.
Клаус подошел к двери, у которой оставил свой кейс, взял его и, вернувшись к столу, положил на него чемоданчик. Потом сунул большой палец в отверстие на крышке и подождал, пока механизм идентифицирует его генетический материал.
Крышка открылась, и лазеры персонального голографического дисплея начертили в воздухе голубую сферическую контрольную таблицу. Клаус отстучал на клавиатуре код из двадцати трех цифр, чтобы привести в действие дешифратор. Потом назвал номер в Годвине.
Голографический дисплей сработал почти мгновенно, поскольку вызываемый абонент должен был отвечать только в аудио-режиме.
— Приветствую вас, полковник.
— Пора приступать к нашему делу, мистер Уэбстер.
Уэбстер — такова была вымышленная фамилия мужчины… или женщины. Голос не составляло труда изменить. Клаус встретился со своим осведомителем.
Для Клауса Уэбстер был просто-напросто высокооплачиваемым осведомителем, «мальчиком на посылках», его не интересовало, кто он и чем занимается…
— Я ожидал вашего вызова, — сказал Уэбстер. — Вы получили нужный вам список сотрудников «ГАА»? Мне пришлось основательно потрудиться, чтобы добыть его.
— Да, благодарю вас. Больше всего меня интересует первый человек в этом списке. Тот, которого нужно убрать.
— Доминик Магнус.
— Вы необычайно догадливы, — съязвил Клаус.
— Что я с этого буду иметь?
— Мои финансы не ограничены. Он должен умереть. Можете даже взяться за работу лично. Предположительно, он сейчас где-то в Восточном Годвине.
Уэбстер коротко хохотнул.
— Я не привык сам марать руки. Кроме того, в Восточном Годвине его могут замочить абсолютно бесплатно. Но…
— Но что?
— Мне кажется, я знаю, где находится ваша жертва… она… простите, он в руках Церкви.
— Какая еще церковь?
— Бакунинская Церковь Христа-Мстителя. Я дал им копию вашего списка. БЦХМ готова идти навстречу любому, кто делает хорошие пожертвования.
— Он мертв?
— БЦХМ… хмм… несколько необычна. Церковники все делают по-своему, довольно оригинально. Он будет жив до начала передачи. Представление начинается через несколько минут. Можете посмотреть, если хотите.
— Вы уверены, что его убьют?
— На сто процентов. Сами увидите… Ну что же, звоните мне, если возникнут еще какие-то проблемы. Желаю удачи.
Уэбстер прервал связь.
Представление?
Клаус включил голографический приемник и попытался настроиться на передачу БЦХМ, что оказалось не так-то просто, В бакунинском эфире царил полнейший хаос.
Наконец приемник нащупал передачу БЦХМ. Клаус увидел священника, стоящего на сцене перед массивным стендом тотализатора, на котором было начертано: «Золото для Бога».
Раздался вопль обратившегося к невидимой толпе священника.
— Добро пожаловать на нашу программу возмездия!
Послышались одобрительные возгласы.
Клаус поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее.
Десять лет полковник ждал той минуты, когда он сможет подобраться так близко к Ионе.
Пятнадцать со дня смерти их матери, Хелен Дахам.
— Смерть — лучшее, на что ты можешь надеяться, братец, — промолвил Клаус.
Глава 7
Доминику снились кошмарные сны.
Ему снился лесистый мир под названием Вальдгрейв, его родная планета, где царил расизм. Ему снились приступы пьяного гнева матери. Ему снилась ее паранойя. Ему снилось спасение от безысходности, которое предлагалось новобранцу вооруженных сил Исполкома.
Снилась уродливая маленькая планетка в системе Сигмы Дракона, планетка под названием Стикс. Ему снились тридцать пять тысяч человек, превратившихся в пар в тот миг, когда с орбиты ударила поликерамическая мономоллекулярная нить. Ему снился город, которого уже больше не существовало.
Доминику снился день, когда тот город настиг его. Ему снилась пуля, ударившая в его плечо. Ему снилось падение через перила, бесконечное падение. Снилась реконструкция его тела.
Доминику снилось уничтожение «Годвин Армз Энд Армаментс».
Ему снилось, что его жизнь — это огромная стеклянная скульптура, разбивающаяся снова и снова. После каждого раза, когда она разбивалась, недоставало нескольких кусков. И в конце концов осталось несколько изуродованных осколков.
* * *
По мере того, как воздействие станнера — оглушающего оружия — постепенно проходило, внешний мир начал понемногу просачиваться в его сознание. Доминик услышал людской говор.
Кто-то неискренним наигранным голосом кричал толпе:
— Добро пожаловать на нашу программу возмездия!
Одобрительные возгласы.
— Прежде всего, я хотел бы поприветствовать вернувшуюся к нам часть нашей, на некоторое время утраченной, аудитории. Община Дзено наконец-то отремонтировала свою видеоспутниковую подстанцию, поврежденную…
Конец фразы потонул в новом волне одобрения. Сознание Доминика было по-прежнему затуманено, но он догадался, что слышит топографическую передачу.
— А теперь наш первый преступник. Его поймал один из наших летучих патрулей, когда тот насиловал девочку-подростка… и что же мы с ним сделаем?
— Зажарим его!
— Я вас не слышу!
— Зажарим его!
— А почему мы его зажарим?
— Потому что он подонок! Аудитория разразилась аплодисментами.
— Ну что же, надеюсь, что так и будет. Но вам известны правила. Его могут выкупить. Наша первоначальная цена — полный килограмм.
Свист из аудитории.
— Если мы получим эту сумму или превосходящую ее — мы его отпустим!
Неодобрительные восклицания из аудитории.
— Итак, пока наша домашняя аудитория решает, давайте прокрутим видеозапись изнасилования…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
