Он ворочался в постели, как приговоренный. Завтра воскресенье, Элли будет смотреть за Эрикой, а ему предстоит лечь поздно. Вот этого ему как раз не хотелось. Ему хотелось встать пораньше, позавтракать с Элли и Эрикой и провести время с ними.
Он не признался бы в этом, но факт остается фактом: сегодня ему было хорошо с ними. Присутствие Элли ощущалось как глоток свежего воздуха. В отличие от других женщин, с которыми он встречался, она не предпринимала усилий, чтобы произвести на него впечатление. Просто оставалась сама собой, и в этом заключалась ее сила.
Поняв, что заснуть не удастся, Марк выбрался из постели, натянул пижаму и отправился в кухню, чтобы чего-нибудь выпить.
Элли тоже не спалось, и она решила заглянуть к Эрике. Через какое-то время она выскользнула из комнаты девочки, прикрыла за собой дверь и замерла, почувствовав, что прохладный пол под ее босыми ногами вдруг стал теплым. И тут ее взгляд встретился со взглядом Марка.
– Я думал, ты уже спишь, – почти шепотом произнес он.
Элли сглотнула, стараясь отвести глаза от его открытой груди.
– Я решила, что нужно взглянуть на Эрику, – сумела она выговорить.
Лицо Марка приняло озабоченное выражение, и он шагнул к ней.
– А что? С ней все в порядке?
С Эрикой все в порядке. Это я вот-вот загорюсь, хотела она сказать.
– Да-да, все хорошо. Просто мне не спалось.
– Я понимаю.
Элли не была уверена, что он ее правильно понял, но и слава богу. Сейчас ей нужно только одно: скрыться у себя в спальне, и побыстрее.
– Тогда я пойду. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Элли.
Марк посторонился, пропуская ее, но вдруг, повинуясь необъяснимому порыву, дотронулся до ее руки.
Он немедленно почувствовал, как прервалось ее дыхание, да и сам воздух как будто сгустился и начал пульсировать. Марк почти что осязал его.
И в эту минуту им овладело неодолимое желание почувствовать вкус ее губ.
Он внезапно потерял способность управлять своим телом, и причиной тому было нечто большее, чем инстинкт. Он наклонился и припал к губам Элли, продвинул между них язык. Его пальцы запутались в ее волосах. Он удерживал ее в своих объятиях, а его существо впитывало то, что породило столь мучительные бессонные ночи, – ее женственность.
Наконец потребность в глотке воздуха пересилила его потребность в ощущении вкуса ее губ. Он отпустил Элли, но не отступил и не прервал поцелуя вовсе. Кончик его языка медленно ласкал уголок ее рта. Он чувствовал глубокую дрожь, пронизывающую ее тело.
– Мы опять нарушаем правила, да? – тихо спросила Элли, переводя дыхание и прижимаясь лицом к груди Марка.
Он сделал глубокий вдох и крепко стиснул ее. Голос ее прозвучал горько, печально, и она вся трепетала.
– Прости, Марк. Опять я не сдержала себя. Утром я уеду.
Сердце Марка почти остановилось. Неужели она всерьез винит в происшедшем себя?
Он прижал Элли к себе еще плотнее. Никого не надо винить, особенно ее. Верно, они опять нарушили правила, но это уже неважно, потому что он и хотел, чтобы правила были нарушены. Его больше не волнуют чисто деловые отношения, которые сохранятся в любом случае. Возможно, он совершает величайшую ошибку во всей своей жизни, но ему нужна эта женщина. Ему нужно, чтобы она была в его руках, в его постели. Ему нужно узнать ее целиком, и нужно, чтобы она узнала его целиком.
– Элли, посмотри на меня, – прошептал он. – Что ты видишь?
Элли подняла голову. Что она видит? Что перед ней очень красивый мужчина, человек с большим сердцем, способный на большую любовь. Но он старается удержать эту любовь в себе. А ведь Марк может страстно любить, если только позволит себе. Но он исполнен решимости не выказывать своих эмоций. А главное – она видит человека, в которого безнадежно влюбилась два года назад. Ей хотелось открыть глубоко запрятанные в нем эмоции, излечить терзающую его сердце боль. И она сделала открытие, каким бы абсурдным оно ни могло показаться.
Она нужна Марку!
Тогда Элли решила, что Марк должен сам задуматься над собственным вопросом.
– Марк, скажи мне, что я должна видеть.
Время остановилось, пока он ничего не говорил. А потом он судорожно выдохнул воздух.
– Ты должна видеть человека, которого в данный момент не интересуют никакие правила. Я не желаю, не ищу серьезных и долгих отношений, именно поэтому я никогда не хотел крутить роман с тобой. Но если только ты мне позволишь, я подарю тебе все радости, которые могут вместе испытать мужчина и женщина. Те радости, от которых ты отказывалась, и я тоже. Элли, больше года у меня никого не было, потому что я хотел, чтобы каждая женщина, с которой я встречался, была тобой.
У Элли перехватило дыхание. Он говорит ей, что отвергает всякие обязательства... Как бы сказать, чтобы не обидеть его?..
– Я знаю, у меня нет никакого права просить тебя о чем бы то ни было, – сказал Марк, откликаясь на мысли Элли. – Сейчас я уйду к себе, а ты обдумай то, что я тебе предложил. Если ты принимаешь предложение, то приходи ко мне. Можешь не стучать. – Он глубоко вздохнул и добавил: – Если ты решишь не приходить, я пойму. Решать тебе.
Элли тоже вздохнула. Марк не прав. Решение будет принимать не она. Решать будет ее сердце.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Она не идет.
Марк не отводил взгляда от двери спальни с той самой минуты, как оставил Элли. Он посмотрел на часы на ночном столике. Прошло двадцать минут.
Марк был разочарован, но принял ее решение. В конце концов, он не предлагал ей ничего, кроме удовольствий, а этого могло быть недостаточно.
Но это все, что он может ей дать.
Он ясно обрисовал перед ней положение вещей. Недопонимание не нужно им обоим. Элли должна знать, что он может ей дать, а что – нет.
Понимая, что ему не заснуть, он встал и подошел к окну. Бархатный свет луны заливал луга и долины ранчо Хартмана. В детстве ему здесь нравилось, а потом, уже подростком, он считал дни до своего отъезда... И он, и Мэтт поклялись, что не вернутся сюда, пока жив их отец. И сдержали обещание.
Марк затаил дыхание, когда услышал, как открывается дверь его спальни, но не решался повернуться, боясь, что этот звук ему померещился. Но вот он услышал шлепанье босых ног по деревянному полу, вдохнул запах, несомненно принадлежавший Элли, и понял, что не грезит.
Медленно повернув голову, он увидел на губах Элли неуверенную улыбку.
– Я здесь, – прошептала она, и от этого манящего голоса пульс Марка, и без того бешеный, еще усилился.
Ему не хватало дыхания, голова кружилась, и он сумел только выговорить:
– Спасибо, что пришла.
Элли переоделась в длинную ночную рубашку и халат; так она выглядела еще сексуальнее. Красный шелк оттенял смуглый цвет ее кожи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
