- Нужно вызвать следователей, - произносит мужчина, и – сюрприз – смотрит на меня, ожидая моего решения.
- Да. Так будет правильно, - киваю я. – Эдвард…
- Я не хочу снова стать героем статьи в столичном вестнике, - отрезает на удивление твердо юноша. Быстро он понял, что я хотела спросить его, собирается ли он выдвигать обвинения.
Розье сжимает губы так, что они превращаются в тонкую линию. Не доволен решением Эда, но к моему огромному удивлению, уважает его выбор и не настаивает. Слушайте, хороший у Рейнарда друг!
- Этих доказательств будет достаточно, - заключает он. – Но если ты передумаешь…
Фраза повисает неоконченной, но и так ясно, что имеет в виду Майкл. Однако выражение лица Эда подсказывает мне, что не передумает.
Прибытие служителей закона из управления бюро расследований, составление различных протоколов и дача показаний занимает изрядное количество времени.
Но избавление от дворецкого стоит того.
Оригиналы бумаг, обнаруженных в сейфе, забирает мой знакомый Бэриот Дортвуд, тот следователь, что вел дело Эдварда. Быстро мы встретились снова.
Он довольно тепло приветствует меня и кивает деверю, словно история их знакомства началась вовсе не с задержания и допросов.Тот кивает нехотя в ответ, тесня меня себе за спину, словно я нуждаюсь в его защите от правозащитника. Смешно.
Энтузиазм следователя замечает и Розье, который, словно заставший жену друга за изменой, сканирует холодным, метающим ножи взглядом, Бэриота. Мол, я тебя запомнил.
Да что вообще происходит, уже и улыбнуться нельзя никому? Должно быть, здесь принято мужчинам опекать девушек, а поскольку мужа рядом нет, его функции великодушно взяли на себя брат и товарищ Рейнарда. Хотя никто их и не просил! Я и сама справляюсь неплохо!
Поговорить с Дортвудом, кажется, не удастся, а мне так хотелось узнать у него, раскопал ли он что-нибудь по тому, с кем пьянствовал Эдвард!
Когда стражи уходят, забрав с собой Уоллиса, который уже пришел в себя, да так и проглотил язык от страха – кончилась его песенка, вот по ком точно плачут соляные шахты – Майкл Розье, самый близкий друг и соратник герцога, моего супруга, произносит то, что услышать я от него не ожидала совсем:
- Простите, Юнис. Вы не представляете, как я рад, что поверил вам и решил проверить ваши слова. Простите за то, что сомневался.
Я, слегка сбитая с толку внезапными извинениями, киваю, принимая раскаяние мужчины. Поверил и решил проверить – ладно, допустим, принято, как бы странно ни звучало.
У него были все основания сомневаться.
- Варрх, еще и Бест Индастриз и этот щегол Мелвин, - на мужчину накатывает озарение всех возникших проблем. Это к лучшему.
- Нельзя ли с ним договориться? Сейчас тот, кто предложит больше, будет потом пожинать плоды. Если перебьем долю Уоллиса, учитывая то, что его и так взяли под арест и их сделка не состоится, окажемся в плюсе, - пожимаю плечами.
Для меня следующие действия очевидны.
Проблема не в артефактах связи, никакого брака нет. Есть прекрасный потенциал их реализовать и оказаться в большом плюсе. Но логистическая на аутсорсинге фирма кинет компанию, а искать кого-то в столь ограниченный срок и ставить невыполнимые условия…Чудо если кто-нибудь согласится.
Дирижабли были транспортом редким из-за своей дороговизны.
Магия, поддерживающая махину в воздухе, была удовольствием не дешевым. Но Мелвин Бест нашел какой-то способ сделать их экономически выгодным средством передвижения. Не просто недорогим, но настолько дешевым, что хочет запустить воздушные грузоперевозки. И я уже знаю, благодаря книге, что это дело выгорит.
- Нет никаких гарантий, что затея Мелвина сработает. Сомневаюсь, что у него что-то получится, - сомневается Майкл.
- Есть что-то большее, верно? Откуда такое презрение в адрес наследника Бест Индастриз?
Эдвард улыбнулся, он уже знаком с тем, как я зрю не в бровь, а в глаз проблемы. По хитрому взгляду вижу, что он в курсе недомолвок мужчины.
Розье неловко потирает шею рукой.
Я боролась с зевотой, но упрямо ждала ответов.
После ухода следователей в кабинете дворецкого никто на втором этаже оставаться не захотел, мы переместились в гостиную внизу; Ирма услужливо принесла полный чайник свежезаваренного ромашкового чая, бутерброды – ура, еда! - и мягкий плед для меня, в который я сразу же завернулась, словно была начинкой в этом клетчатом рулетике.
- Пару лет назад… - многообещающее начало.
- Рей увлекся одной леди…
- Говорите без прикрас, Майкл, вы же в курсе, какие у нас с герцогом отношения на самом деле! – смеюсь я, откусывая от бутерброда большой кусок. Пардоньте, я не ела с самого завтрака, кажется.
Лица Розье и Эда одинаково киснут.
В этот раз что? Раньше ведь им все равно было на связывающий меня и его светлость брак без любви. Откуда такое расстройство теперь? Или я как-то непотребно жую этот вкуснейший бутерброд с ветчиной и сыром?
- Кхм, - прокашливается русоволосый мужчина и тянет время, потягивая из фарфоровой чашки, в его руках выглядящей будто из детского набора, ромашковый чай.
– Так вот, Рей уже хотел сделать ей предложение. Но застал за изменой. С Мелвином. Из-за этой истории отношения у них не лучшие. Бест клялся и божился, что понятия не имел, что та леди не свободна, но, кхм…как вышло, так вышло…
- Девушка покинула столицу, - добавляет Розье. – Чувства Рея к ней давно в прошлом. Сейчас его сердце свободно.
Я хмурюсь, разглядывая плавающие в чашке лепестки заваренных цветков. Мне-то эта информация к чему?
- Да-да! – поддакивает, кивая Эдвард, неожиданно бодро, хотя только что клевал носом.
Сводничеством решили заняться, что ли? Я давлю смешок, делая новый глоток горячего напитка. Ладно младшенький, а вот Майкл когда переобуться успел? Загадка.
- Мне совершенно не до сердца его светлости... А вот Мелвин Бест имеет огромный потенциал…
Не стоило делать здесь паузу. Боги, гляньте только на эти недовольные лица.
- Стать нашим бизнес-партнером. Мы протянем друг другу руки помощи и вместе выберемся из кризиса. А заодно и зароем топор войны, как вам идея, Майкл?
Эдвард снова зевнул. Ему темы бизнеса совсем не интересны. Чего тут высиживает только – не понятно. Говорила ему уже несколько раз, чтобы шел спать, но он все упрямится.
- Вряд ли Мелвин даже в ситуации на грани банкротства согласится сотрудничать с Эккартами. И возможно, мы сможем договориться с другими перевозчиками…
Неа, не получится. Он ведь и сам понимает, что не выйдет. Да и подозреваемые в грядущем провале с логистикой у Майкла наверняка уже на уме. Просто тяжело признавать, что люди, которым веришь - предатели.
- А если я с ним поговорю? Я ведь не Эккарт!
- Нет! – в унисон кричат оба мужчины.
- Как это не Эккарт? – хмурится Эдвард.
Я кручу в воздухе той рукой, где должно быть обручальное кольцо, которого нет.
- Только на бумаге. Меня даже слуги не слушаются. И все только дни и считают до нашего развода. Когда герцог вернется, расстование будет по обоюдному согласию. Но не волнуйтесь, я не претендую на деньги или что-то в этом роде, мирно разойдемся и… - замолкаю, встречая непонимание на лицах этих двоих.
Эдвард поджимает губы, разглядывая мои голые пальцы без единого колечка.
- Что ж, об этом, когда вернется Рей, а насчет Мелвина…попробовать можно, но вы уверены, что оно того стоит? Мало верится, что он нашел способ, как сделать топливо для дирижаблей дешевым настолько, чтобы запускать грузоперевозки.
Я тыкаю пальцем в открытые сводные таблицы с вереницей чисел, копии тех оригиналов, что нашел в сейфе друг герцога.
- Показатели очень наглядные. Использование ресурсных мощностей, индекс производительности расписания, скорость, затраты и возвратность инвестиций, - перечисляю я.
Майкл наклоняется над кофейным столиком между нами, чтобы ближе рассмотреть разложенный на красном дереве отчет. Его брови снова теряются под взлохмаченной не менее двадцати раз за этот вечер челкой.
