- А кто способен? Твой Нейт?
Фелисия бледнеет.
- Не смей! Не смей его трогать, слышишь! Он простой парень. Не дворянин. Но он любит меня всей душой! Не смей ему угрожать!
Ее трясет, и это не игра. Страх в глазах стоит реальный.
- Ты его любишь?
- Да!
Плевала она на эту семью, зато по уши увязла в чувствах к какому-то проходимцу!
- Твой брат никогда не одобрит этот союз.
Фелисия не отвечает.
Она и без меня прекрасно знает, что это мезальянс, ее Нейт - простолюдин. Один из бедняков, даже не зажиточный купец или талантливый подмастерье. У него нет шансов и способностей самому подняться до той вершины, на которой стоит его любимая, чтобы открыто быть вместе. И, честно говоря, желания приложить все усилия тоже нет.
Конечно, зачем же, если все само так легко идет ему в руки! Помани пальчиком, и Фелисия тут как тут.
- А я могу.
Шок, смятение, неверие на лице юной, двадцатиоднолетней леди Эккарт.
- П-правда? – шепчут ее дрожащие губы.
Я улыбаюсь.
Это будет урок, который больше никто не решится преподнести Фелисии, словно дорогой и желанный подарок, который вопреки всем ожиданиям не принесет счастья…
Как попугай я хоть сотни раз могу повторять заверения и тыкать носом в доказательства на бумаге, но поверит ли, зародятся ли в ее сердце хоть тени сомнений? И даже если так, ведь этот оборванец – я не имею ничего против простолюдинов, наоборот, у меня совершенно нет никаких сословных предубеждений, плохие люди есть среди всех слоев общества, также как и хорошие – найдет нужные слова и играючи настроит девушку против меня и членов семьи, о которых она и так не лучшего мнения.
- Да. Правда. В отсутствии твоего брата, в вопросе брака, твоего и ребят, мое слово решающее. Но если ты хочешь быть с ним, ты должна оставить свой титул леди и все к нему прилагающееся. В том числе деньги, Фелисия, - говорю я ровно.
- Хорошо! Ты мне пообещала, Юнис! – восклицает молниеносно девушка.
Боги, она еще наивнее Эдварда. Юноша в сравнении со старшей сестрой более зрелый. Согласилась не раздумывая. Насколько велика эта любовь, стоит она подобных жертв, увидим.
- Да, Фелисия. Скажи своему жениху, что я, как глава рода в отсутствии твоего брата, одобряю ваш брак, но с этим условием. Пусть приходит, обговорим детали и назначим дату вашей свадьбы, - я приклеиваю на лицо фальшивую улыбку, но девушка того не замечает, окрыленная свалившимися на нее новостями.
- Да! Да! Я сегодня же ему обо всем расскажу!
Мне грустно на это смотреть. В душу закрадывается крохотная надежда, что я ошиблась. Что этот Нейт ни при чем. Что все было делом рук Уоллиса. И так сложились обстоятельства. А может, сначала это все было игрой, но потом простолюдин по-настоящему влюбился в Фелисию.
Ну как можно не полюбить эти ямочки на щеках и этот смех? Я ненамного старше нее, но при виде девушки испытываю что-то сродни материнским или сестринским чувствам. Несмотря на все те обидные слова по дороге в герцогское поместье, вызывает Фелисия только симпатию.
И страшное, страшное сочувствие.
По сюжету, когда герцог возвращается спустя два года обратно, он находит свою сестру в борделе с сильной наркозависимостью. Совсем не такой, какой она была, когда он отправился в плавание. Худой, изнеможденной, истерзанной, сломленной…без всякого желания цепляться за эту жизнь.
Нейт прилип к Фелисии словно пиявка и быстро вскружил голову наивной, но скрывающей свое хрупкое сердце за маской высокомерия и грубостью, девушке; не знаю, был ли сговор с самого начала, или он имел место позднее, но записи о регулярно перечисляемых на счет кавалера суммах явно свидетельствуют о том, что чистой любовью тут не пахнет.
В романе не было подробностей как Фелисия докатилась до такой незавидной концовки, но у меня нет сомнений в том, что руку свою к этому приложил ее обожаемый Нейт. Подсадил на вызывающие зависимость вещества, а когда наигрался, отправил в бордель. Думаю, как-то так все и было. Будет.
Но кто поверит мне и моим словам о том, что еще не произошло?
- Хорошо. Только…
- Что? – хмурится золовка. Что, подозревает, что я возьму свои слова назад?
- Будь осторожней, ладно?
Ее глаза округляются как у удивленного котенка. Хочется ущипнуть за эту щечку. До чего же милая.
Девушка, окрыленная своими мечтами, уходит. Я возвращаюсь к Эдварду в библиотеку. Гадко как-то на душе.
Она могла сказать нет. Твердо и четко. Я про ту Фелисию из романа. Сказать нет парню, когда он склонял ее к употреблению. Или попросить о помощи. Не Юнис, но своих братьев. Или друзей Рейнарда. Да даже обратится в следственное управление.
А может быть, тогда уже никого не было рядом? Так ведь действуют абьюзеры…
Нет, братья не были бы помощниками Фелисии в любом случае. Эдвард был на шахтах, а Джаред…
Я мысленно дала себе затрещину. Юнис, не стоит судить всех по себе. Только потому, что ты готова к трудностям, не значит, что остальные тоже. Я сильная, и я это знаю, но не все такие. Ничего. Слабость – это не порок и не смертный грех. И то, что Фелисия ошиблась…в этом нет ее вины. В ее наивности и стремлении любить и быть любимой нет ничего плохого.
Тогда у нее не было того, кого можно было просить о помощи…но не сейчас.
Со своего места шурин кажется, не вставал.
- Сделай перерыв.
- А! – Эдвард вздрагивает и поднимает свои сияющие от энтузиазма глаза. – Юнис, ты вернулась! Все в порядке?
- Да, - не могу сдержаться и подхожу, чтобы взъерошить и без того взлохмаченную копну шелковистых золотистых волос на голове младшенького. – Как учеба?
- Здорово! Я столько узнал! Как... твои дела?
- Видела твою сестру.
- А… - жизнерадостный тон сменяется на равнодушие.
Это тоже не хорошо. Не только со мной, мне хотелось бы, чтобы и друг с другом у них были хорошие отношения. Ладно, я чужой человек, но ведь они родня. И никого, кроме друг друга, у них нет.
Эд снова утыкается в книгу. О Фелисии он не спрашивает. Ну, как хочешь, расскажу сама.
- В бумагах, которые мы нашли у дворецкого, - плечи парня вздрагивают, я заметила, нет смысла скрывать свою реакцию; юный маг еще не оправился от этой травмы. – Много всякого. Не только про покушения на Рейнарда, Фелисии с Джаредом тоже достанется.
Юноша не поднимает голову, но видно, как он напрягся.
Я продолжаю, внимательно следя за его выражением лица:
- Парень Фелисии совсем не такой, как она думает. Он жадный и опасный. Я боюсь, что с твоей сестрой может скоро случится беда. А твой брат Джаред… - я вздыхаю.
– Ты знаешь, что случилось пару месяцев назад на его службе в рыцарском ордене? Нет, не знаешь. Я тоже не знала. Нашла в бумагах из сейфа, что старшие рыцари и командование плохо с ним обращается. Дают невыполнимые поручения и приказы, а потом ставят ему в вину. Это сильно пошатнуло его эмоциональное состояние. К тому же, гибель товарища во время учений…и Джаред был тогда рядом с ним, он винит себя и даже ходил к отцу друга просить прощения, хотя его вины нет. На фоне всего у него развилось расстройство пищевого поведения, и он набрал лишний вес. Тренировки стали еще невыносимее. Атмосфера среди рыцарей этого ордена оставляет желать лучшего.
Эдвард моргает. В какой-то момент моей речи он неосознанно поднял глаза и слушал так, словно я говорила о нем. Не отрывал взгляд от сидящей напротив меня, руки на книге сжал так, что проступили вены.
Джаред не сможет быть сильным вечно. Однажды он сломается. Но никто не понесет ответственность за доведение до самоубийства. Рыцари будут и дальше махать мечами, день не перестанет сменять ночь, ничего не изменится, просто на одного книжного персонажа станет меньше.
- Он говорил, что защитит всех нас, - хрипло бормочет Эдвард.
- Когда мама с папой погибли, на похоронах брат сказал, что он станет сильным, чтобы защитить нас.
Я грустно улыбаюсь.
- Ничего страшного, если он немного заплутал на этом пути. Сначала мы его защитим, хорошо?
