— Ну да, я финансовый директор «Сити труп», а это как раз отдел инвестиций.
Я рассмеялась.
— Нет, серьезно. Вы тут работаете?
— Нет.
— А у вас есть работа?
— Я похож на человека, у которого есть работа?
— А вы хотите работать?
— Вы что, нанимаете?
— Может быть. Вы знаете, что такое нянь?
— Что?
— О господи, простите. Давайте я начну сначала. Меня зовут Джейми Уитфилд. — Я достала визитную карточку и протянула ему. — Я работаю в новостях Эн-би-эс. У меня трое детей, и я живу неподалеку отсюда. Вы вообще часто работаете с детьми?
Одним глазом он продолжал приглядывать за группой.
— Да нет.
— То есть вы вообще не работаете с детьми?
— Ну, то есть я могу подменять учителей. Здесь им ничего не угрожает, разве что конфет переедят, и все.
Он был похож на человека, который не станет терпеть глупости от Дилана и сможет изменить ситуацию. Есть ли у него свободное время? Очевидно, если настоящий учитель доверил ему такую группу…
— А как вас зовут, и, если вы не против, у меня еще один вопрос…
— Питер Бэйли.
Я не знала, с чего начать, так что просто выпалила:
— Мне нужен человек на хорошую высокооплачиваемую работу. В послеобеденное время и по вечерам.
— Ну, хорошо, может, высокооплачиваемая хорошая работа меня и интересует. Что за работа?
Я глубоко вздохнула.
— Это сложно. — Мне требовалась пара секунд, чтобы выработать стратегию, как его убедить.
— Рассказывайте.
— У меня есть сын, ему девять лет. Он сейчас… ну, ему трудно. Может, у него даже депрессия.
— Клиническая депрессия? — Теперь он слушал меня внимательно.
— Нет, формального диагноза нет, но у него были приступы паники. И теперь он не может из-за этого заниматься спортом.
— И как со всем этим связан я?
— Ну, я не знаю, может, шахматы…
— Я знаю, как играть в шахматы, но я не тренер по шахматам. Хотя высокая оплата, конечно, может превратить меня в хорошего тренера. — Он усмехнулся.
— Ну, мне не просто шахматный тренер нужен, но отчасти и это тоже.
— Понятно.
В сумке у меня загудел телефон. Я потянулась его выключить и увидела, что звонит Гудмэн. Может, ему еще что-то помыть требовалось.
— Слушайте, вам пора к детям, а у меня дела. Я вам дала свою карточку. Если вы не против, позвоните мне утром, и я вам все объясню поподробнее.
— Да, конечно, позвоню. Приятно было познакомиться.
Я остановилась на мгновение и снова подошла к нему.
— Можно еще один вопрос?
Он кивнул.
— Как один человек привел группу из тридцати двух детей с огромными масками из папье-маше на головах в глубь Центрального парка?
— Я ничего особенного не делал. Они мне помогали. — Он повернулся и направился к детям.
Я пошла обратно на Уэст-Сайд, не переставая улыбаться.
Глава 6
Пора браться за дело
— Ну… — Я не представляла, с чего начать.
Питер Бэйли выжидающе смотрел на меня. Он сидел на стуле в моем рабочем кабинете, одетый в брюки цвета хаки и белую рубашку, Его спокойствие почему-то тревожило меня. Я не могла понять, почему так нервничаю, если работодатель здесь я.
— Спасибо, что позвонили мне, — сказала я.
— Спасибо, что пригласили.
— Так вот.
— Да?
— Вы без проблем сюда добрались?
— Это здание находится на одном из крупнейших перекрестков Мапхэттена. Авеню Америк и Пятьдесят седьмую улицу довольно легко найти, знаете ли.
— Да-да, конечно. Я…
— Интересно взглянуть на закулисную жизнь студии новостей.
Он блуждал взглядом по сотням кассет на полках, рассортированных по темам и передачам, с крупными пометками сбоку. На стенах по обе стороны от моего стола висели старые яркие плакаты, рекламирующие передачу о секретах ЦРУ и «новаторское» городское собрание на Западном берегу.
— Да, за кадром всегда творится страшная суматоха.
— Ну, здесь ее особо не видно.
Передо мной лежали четыре газеты, аккуратно сложенные лесенкой в ряд; в черных проволочных подставках располагались канцелярские принадлежности: маркеры и клейкие листочки всех цветов, коробки с выдвижными ящичками для разных размеров скрепок, блокноты и записные книжки в идеально ровных стопках.
— Вы давно на Джо Гудмэна работаете?
— Десять лет, с тех пор, как пришла сюда в двадцать шесть лет.
— И что он за человек?
— Очень умный, прекрасно пишет. Требовательный, мягко говоря. — Я не собиралась говорить кандидату в няни, что Гудмэн отличался дурным характером, резкостью и к тому же неблагодарностью.
— Похоже, он высокого мнения о себе. — Питер показал на огромные фотографии Гудмэна в коридоре напротив моего кабинета: на одной Ведущий Кошмар стоял перед БМП, одетый в бронежилет и голубую каску ООН, на другой он был рядом с Борисом Ельциным на танке, на третьей, где видны были камеры и свет, он интервьюировал Лорен Бэйколл; она смеялась, откинув голову, будто он только что задал ей самый блестящий в ее жизни вопрос.
— А вы смотрите нашу передачу?
— Да, в общем, нет.
Большинство людей на его месте сочли бы нужным хотя бы притвориться.
— Наверное, вы много работаете на компьютере. Я прочитала в вашем резюме, что вы разрабатываете интернет-программу, так? Это, наверное, занимает много времени.
— Ну, у меня гибкий график. Эта программа — я ее называю «Помощник по домашним заданиям» — должна, как я надеюсь, изменить способы общения учеников с учителями в государственных школах. Она поможет им сотрудничать в работе над домашними заданиями.
Мне нравился этот парень. Я не представляла, насколько реален этот его план с программой, но, несмотря на небрежный вид, в нем чувствовалась уверенность и сосредоточенность.
— Ну, кто знает? Кое-кто уверяет меня, что идея может оказаться выгодной, если школы ее примут.
— Тогда, вероятно, вам предложат работу на полный день. А если это произойдет, боюсь, вы…
— Это пока не работа, а идея. Я надеюсь, что она будет успешной, но, честно говоря, до этого еще далеко.
Зазвонил мой телефон.
— Извините, я на секунду… Джейми Уитфилд.
Не надо было мне снимать трубку.
— Ох, слава богу, ты тут.
— Кто это?
— Это я, Кристина. — Кристина Паттен, самая пустоголовая женщина нашего времени и председатель родительского комитета в классе у Грейси.
— Кристина, я занята…
— Извини, Джейми, у меня только один вопрос, но очень важный. То есть в общем и целом он, наверное, неважный, но с такими вещами лучше не ошибаться.
