быстро просмотрел текст, но сюрпризов не обнаружил.
Очередная просьба о деньгах. На «растущие расходы на лечение», на поддержание «образа жизни, к которому привыкла миссис Малфой». Что, по его мнению, примерно означало, что Астория на показах новой коллекции в начале этого месяца оторвалась на полную катушку.
Драко отбросил письмо в сторону. Он поступил так, как всегда, и закидал проблему золотом. Возможно, именно поэтому он продолжал получать эти треклятые просьбы. По крайней мере, Астория оставалась довольна.
Малфой откинулся в кресле, устремив взгляд в потолок. По его пятнистой поверхности пробежала внушительная трещина, и Драко направил на неё свою палочку, бормоча заклинание. Трещина заделалась с тихим треском, но на краске остался небольшой шов.
Вполне подходящая метафора, когда он размышлял о своём неудачном браке. Или «провалившийся» — более точное слово? «Провалившийся» подразумевает, что вначале нужно было постараться. Создать прочную основу.
Он вздохнул. В это время года ему всегда становилось тоскливо. И мысли о его браке всегда возвращали в прошлое, к детству и войне, когда всё, чему его учили, и всё, что он делал, обернулось бедой. Или позже, когда умер его отец и вместе с ним умерло всё то неистовое чувство, что он праведник, элита, Малфой. Та жизнь, которую, как считал Драко, он вёл, исчезла — пуф! — в тот момент, когда белая безносая туша Волдеморта рухнула на землю, и Драко смог начать мыслить самостоятельно.
Невозможно быть лордом поместья, когда перестаёшь верить в систему, лежащую в его основе.
Он выгнул шею. Не то чтобы он в полной мере осознал всё это до того, как женился на Астории. Тогда Драко старался делать то, что от него ожидали — угодить матери в последнем порыве сыновнего долга.
А Нарцисса была такой счастливой в день их свадьбы, такой сияющей. Она напилась эльфийского вина и назвала Асторию дочерью, которой у неё никогда не было. Даже мечтала о внуках. И не один раз.
Больше она никогда не упоминала о них после этого. Ни после того, как Астория начала проводить длительные «ретриты»{?}[Ретрит (англ. retreat — «уединение», «удаление от общества») — это время, которое человек посвящает духовным практикам, чаще всего за городом или даже в другой стране.] в Швейцарии сразу после свадьбы. И особенно когда они узнали причину этих путешествий — лечение кровного проклятия, из-за которого Астория никогда не могла иметь детей. Нет, Нарцисса вообще перестала говорить о будущем. Она едва слышно застонала, когда Драко сообщил ей о разводе.
А на прошлой неделе в поместье Нарцисса выглядела бледной и слишком худой и размышляла о том, почему не расцвели её белые розы. Ему с трудом удалось заставить её поговорить о чём-то другом. На неё свалилось столько разочарований. Они истощили женщину, тяготили настолько, что она осталась лишь жалким подобием себя прежней.
И он подозревал, что ей было одиноко.
Ему знакомо это чувство.
Каждый вечер возвращаться домой в пустую квартиру, или, что гораздо хуже, после нескольких месяцев работы. Как в последний раз после Экса. Он вошёл в квартиру после почти трёх месяцев отсутствия, а там царили тишина и покой. Всё осталось таким же, как перед отъездом. Как будто кто-то умер, чёрт возьми.
Драко резко сел. Дерьмо, он превратился в жалкое существо. Он взялся за стопку отчётов. Ничто так не помогает отвлечься от бессмысленных и депрессивных тем. Работа всегда приносила ему облегчение — с тех самых пор, как он устроился в этот отдел и обнаружил, сюрприз из чёртовых сюрпризов, что он вообще-то хорош в роли аврора, а увлекательная работа способна отвлечь. Она даже могла бы стать противоядием от яда прошлого, помочь ему смириться с разочарованием и стыдом. Создать что-то новое для самого себя.
И — он открыл обложку одного из рапортов — случай с Олсоном был довольно интригующим. Стажировка во Франции, двенадцать недель слежки за бандой магглов, управляемой волшебниками. Иногда Драко работал с ними под прикрытием в качестве наёмного охранника. Малфой ненавидел Оборотное зелье, но, боги, жить на острие ножа было захватывающе. Некогда предаваться меланхолии, пока ты полностью сосредоточен на том, чтобы тебя не обнаружили… или не убили. Ему очень понравилось бы составление отчёта по этому делу, особенно описание великолепного связывающего заклинания, которое Синг применил как раз в тот момент, когда главарь пытался исчезнуть из укрытия, в которое проник Драко. В последнюю секунду Синг отбросил мелкого засранца назад, удивительно, что он не расщепил его.
Связывание. Хм…
Драко поднёс кончик пера к губам, и его мысли устремились в класс с высоким потолком.
Он хотел подумать о ней, но не позволил себе этого.
Вместо этого он переключил свои мысли на занятия в целом. Преподавание. Ещё одно светлое пятно в его жизни. Каким охренительным сюрпризом это оказалось. Драко с неохотой согласился на это, потому что не смог придумать достойного оправдания, когда Робардс поставил его на замену в тот день, когда Роул прокляли. Но с каждой неделей он чувствовал, что с нетерпением ждёт уроков: новизны и вызова. Знакомства с учениками и возможности заглянуть в их жизнь. Наблюдать за их успехами. Вечерний мягкий свет в классе, запах лака для дерева и использованной магии. Меловая пыль на его руках.
Кто бы мог подумать, что он так проникнется этой работой? Найдёт её такой… полезной.
Несмотря — или благодаря? — ей.
Драко снова опустился в кресло и стал водить пером туда-сюда по пальцам, поддавшись воспоминаниям о том, как Грейнджер смотрела на него на прошлой неделе, как раз перед тем, как он протянул руку и…
Боже, как же его раздражала она и её чванливое, «я знаю лучше тебя» отношение. Но когда он прикоснулся к ней. Мерлин. Драко крепко сжал перо, раздавив его.
Она была тёплой, он чувствовал, как от неё исходят приятные волны вместе с пульсацией её магии, которая вплеталась в его чувства, словно приманка. А аромат её волос? Драко закрыл глаза. Он не мог остановить себя, наклоняя голову к ней, вдыхая. Представлял. Его губы на её шее, его рука, обхватившая её талию. Он потерялся в ней, пока кто-то не позвал его по имени.
Потерялся в мыслях о том, как прижимает её к колонне и целует пухлые губы, спускаясь вниз по нежной линии шеи. Какова она на вкус и что он почувствует? Будет ли она стонать для него? Особенно когда он проведёт руками по гладкой плоскости её живота к полным, округлым…
— Здорово, Малфой. — Из дверного проёма донёсся кашель, и Драко
