такая».
Джо подозревала, что это как-то связано с его матерью. В свое время та была знаменитым итальянским сопрано. Джо постаралась представить ее себе – красивую, пышногрудую девушку, сидящую за туалетным столиком в гримерной, в то время как похожий на ангелочка маленький Лори ползал вокруг, роняя вазы с розами от не утративших надежду поклонников и круша все на своем пути. После этого она представила, как ее дорогой Тедди, обливаясь слезами, тянется к маме, которой больше нет…
Смолкли последние ноты.
– Итак? – начал он, роняя руки себе на колени. – Что собираешься делать?
Джо не сразу поняла, что речь идет о ее книге.
Она вздохнула.
– Я… не знаю, правильную ли историю рассказываю. А это важно, Лори. – И немного помолчав, добавила: – По крайней мере, для меня. Поймет ли это кто-нибудь еще или нет.
– Конечно, сюжет истории имеет значение. Но у тебя не останется времени на ее написание, если каждую секунду будешь только и делать, что переживать о том, что писать. Ты бери пример с меня.
Джо насупилась.
– Да что тебе известно о переживаниях?
– Ничего! – рассмеялся Лори. – Об этом-то и твержу: я эксперт в том, чтобы не переживать.
– Ах, как тяжела участь вечного джентльмена. – Она закатила глаза. – Что ж, некоторым из нас приходится работать и переживать. Не все могут следовать идиотологии Тедди Лоренса.
– Я тебя ей обучу! – Он вскочил с фортепианного стула. – Что тебе нужно, мисс Марч, так это перемена ритма… ну или хотя бы смена пейзажа. Поэтому я разработал для нас план, очень хороший. Выше голову! – Лори схватил ее за руку с восторженным выражением на лице.
– Что? – рассмеялась она, вырываясь из его хватки.
– Сюрприз! – Лори любил сюрпризы больше всего на свете. Это все его мини-постановки, вроде разыгрывания пьес в гостиной Джо, как думала она.
– Только чур без прыжков на диване, мистер Лоренс!
– Джо, ты что, мне не доверяешь? – Он выглядел слишком серьезным для Тедди Лоренса. «И пока что на удивление не тщеславным», – подумалось ей.
Она нежно улыбнулась ему.
– Конечно нет.
Он кивнул головой.
– Очень разумно. Но…
Планы так планы!
Два дня ушло на то, чтобы уговорить мистера Лоренса отпустить своего воспитанника в Нью-Йорк, тем более с одной из сестер Марч.
(«В этот воровской притон? Мой внук? Да еще и с такой приличной милой девой, как Джозефина Марч? Сорок сердечных приступов! Вот что мне от тебя достанется!»)
Три последующих дня они упрашивали маму Аббу, и та по итогу согласилась только потому, что ее бывшая соседка, миссис Керк, держала в Гринвич-Виллидже пансион, где Лори и Джо в данный момент и находились.
Когда их поезд прибыл, обед уже давно закончился, а до ужина было еще слишком рано, поэтому они сидели в общей столовой за длинным деревянным столом, пили чай, ели шоколадные конфеты и смеялись над персонами, повстречавшимися в поезде и на улицах по пути сюда.
Затем Лори достал из сумки флягу с бренди из дедовых запасов и плеснул по глотку в каждую из чашек – «Отведаем-ка дедушкиного чаю?!» – от чего их смех стал еще более громким. Почти скандальным.
Пансион был скромным, но чистым. Джо подозревала, что Лори никогда раньше не приходилось останавливаться в столь убогой комнатушке, однако он воздержался от чересчур тривиальных комментариев, что она высоко оценила. Что касается ее собственных впечатлений, то Нью-Йорк оказался еще больше, чем она представляла. Можно сказать, впервые в жизни ее посетили сомнения в том, была ли она на самом деле такой смелой, какой хотела казаться.
– Ты должна мне это позволить, Джо, – сказал Лори.
– Что именно? – спросила Джо, размешивая очередной кусочек сахар – и очередную порцию бренди – в своей чашке. Она подняла тост: – За дедушкин чай!
– За дедушкин чай, – отозвался Лори, чокаясь с ней, но в этот раз не пригубив напитка.
– Развлечь тебя, старушка. Вывести в свет. Показать, какими могут быть выходные в большом городе. – Он выпрямился, радуясь одному только предвкушению их будущих приключений. – Для вдохновения! Каждый вечер новое приключение! Тебе хоть будет о чем писать.
Джо недоверчиво покачивала головой, слушая его восторженные речи. В такие моменты он напоминал маленького ребенка, не старше учеников Мег.
– Мы здесь, Тедди. Разве этого недостаточно?
– Нет, Джо. – Он подскочил на ноги. – Не в твоем случае. Раз уж я взялся исполнять роль музы, то вдохновить тебя – мой долг.
– Муза? Ты! – рассмеялась Джо. Лори прикинулся обиженным. – Это действительно вдохновляет, но мы оба живем в Конкорде, мой милый друг. Откуда нам с тобой знать, что такое настоящие выходные в Нью-Йорке?
– Я навел справки. – Он поднял руку с пачкой билетов и бумаг. – Дед позвонил своему агенту. Я организовал нам настоящую нью-йоркскую жизнь на несколько дней. И вечеров тоже. Ну же, Джо! Дай себя побаловать. Хотя бы один-единственный раз. Ты не пожалеешь!
Джо подобного не ожидала.
– Билеты? Лори, куда? В оперу? Картинные галереи? Музеи? Зачем ты? Не стоило…
– А это не я, сказал же, – улыбнулся он. – Ну серьезно, Джо? Откуда у меня оперные билеты? Я ведь живу в Конкорде, как и ты. Я всего лишь отправил парочку телеграмм… переговорил с нужными людьми…
Джо с удивлением разглядывала билеты, качая головой, а затем опустила их на скатерть.
– Мы ведь не об этом договаривались? Ты должен был готовиться к колледжу, а я – пытаться писать, помнишь?
И правда, в сентябре Лори предстояла учеба в Кембридже – независимо от его воли и желаний, – и до поездки в Бостон ему нужно было одолеть литературу из устрашающе длинного списка. При этом он не только не притронулся ни к одной из книг, но и несколько недель подряд грозился вовсе не поступать к чтению, – то есть вел себя в точности, как Джо по отношению к своему провальному книжному проекту. На них обоих давил груз неизбежного фиаско.
– Фу-у-у! Читать.
– Не кажется ли тебе, мальчик мой, что я могу слегка обидеться на твое неуважительное отношение ко всему, что связано с моей противной профессией?
– Нам не обязательно обоим становиться писателями, – заметил Лори. – Это было бы невыносимо скучно. К тому же, я читал твою книгу.
– Врешь! – сердито вскрикнула она.
– Ну хорошо, – рассмеялся он. – Но когда-нибудь прочитаю. Ты напиши еще несколько… я и их прочту. Пиши-пиши, а со временем я обращусь в поклонника твоей противной профессии, мисс Марч. А пока буду довольствоваться ролью если не музы, то… скажем, маэстро вдохновения.
– Имеешь в виду маэстро отлынивания? – нахмурилась Джо. – Мы ехали сюда,
