В первоначальном издании своего дополнения к книге (впоследствии оно вошло в книгу) Говард по поводу этого случая сообщает: “Многие спрашивали меня, какие меры предохранения я принимал при посещении зараженных мест в тюрьмах и госпиталях. Я здесь отвечу раз навсегда, что прежде всего – милосердие и благость моего Создателя, а затем умеренность и опрятность – всегда предохраняют меня. Надеясь на божественное провидение и следуя моему долгу, я посещаю самые опасные кельи. Никогда я не вхожу в тюрьму или госпиталь до завтрака и в зараженной комнате не дышу полной грудью”. Более благоприятными оказались впечатления, полученные Говардом при посещении госпиталя и дома для призрения бедных в Вене.
Во время своего пребывания в Вене Говард был приглашен к обеденному столу Марии-Терезии и, вопреки своему обычаю, принял приглашение. Во время обеда, данного в честь Говарда английским послом сэром Робертом Кейтом, где присутствовали многие дипломаты и придворные особы, один из гостей указал на заслугу императора, отменившего пытку. На это Говард возразил: “Простите, сэр, Его Величество отменил один только вид пытки, но вместо него установлен другой, более тяжкий. Прежняя пытка подвергала человека мучениям в течение нескольких часов, а вновь введенная – длится недели, месяцы, даже годы. Несчастные жертвы томятся в отравленной норе, пока не сознаются во всем, в чем их обвиняют”. Посол хотел прервать откровенную речь Говарда и шепнул ему, что следует быть осторожным, так как его слова несомненно будут переданы императору; но Говард ответил на это вслух: “Я никогда не воздержусь от того, чтобы не сказать правды, о ком бы ни шла речь, будь то о короле или императоре; я повторяю то, что сказал, и настаиваю на верности сказанного”.
Из Вены Говард направился через Штирию и Каринтию в Триест. После осмотра тюрем в этом городе он морем прибыл в Венецию, где осмотрел места заключения и обратил особенное внимание на галеры, к работам на которых присуждались в основном тяжкие преступники, большею частью пожизненно. После Венеции следовала остановка во Флоренции. Посетив тюрьму “Delle Stinche”, Говард заметил, что пища, отпускаемая арестантам, чрезвычайно недостаточна, поэтому поручил купить на данные им деньги говядины и раздать заключенным. Когда через несколько дней Говард опять появился в тюрьме, арестанты, не привыкшие к такой благотворительности, устроили ему трогательную встречу – припали к его ногам – и ему стоило большого труда уверить их, что он такой же простой смертный, как и они, и что он только желает сделать им добро из человеколюбия.
В Риме Говард провел сравнительно больше времени. Здесь он подробно осматривал знаменитый дом Св. Михаила для содержания бесприютных детей. Усилия его проникнуть в тюрьму святой инквизиции не привели ни к какому результату, и ему так и не удалось познакомиться с этой Бастилией католичества.
Посетив затем Неаполь, Говард направился на север Италии, в Чивитта-Веккиа, и затем отплыл в Ливорно. Буря, не утихавшая в течение трех дней, гнала корабль, на котором находился самоотверженный путешественник, а с окончанием ее корабль ожидало другое приключение, – население Ливорно опасалось чумы и, полагая, что этот корабль идет из “неблагополучных” мест, не пускало его в гавань. Новая буря прибила корабль к африканскому берегу, но и здесь пропуск оказался закрытым. Только после остановки на небольшом острове Горгоне, благодаря любезности местного губернатора, Говарду и его слуге удалось наконец добраться до Ливорно.
Через Милан, Пьемонт, Савойю Говард прибыл в Швейцарию; здесь вновь были осмотрены тюрьмы и госпитали, и затем через Германию и Фландрию он наконец вернулся к концу 1779 года домой, сделав по континенту семь тысяч верст. Прибыв в Лондон, Говард, по приглашению Общества попечения о бедных и раненых моряках, сделал сообщение на заседании общества о состоянии военных госпиталей. После короткого отдыха он решил вновь объехать Англию, чтобы ознакомиться со способом содержания пленных и удостовериться в справедливости того, что он слышал об этом во Франции. Проведя рождественские святки в Кардингтоне вместе со своим сыном, он с января до ноября 1779 года провел в путешествиях по Англии, сделав вновь десять с половиной тысяч верст пути. Из этой поездки Говард вынес утешительное убеждение, что его неимоверные труды не оставались бесплодными, что в состоянии тюрем за последнее время заметно значительное улучшение.
Реформа тюремного дела в Англии была на пути к осуществлению; парламент усердно занимался улучшением законодательства о тюрьмах, и недалеко уже было то время, когда английские тюрьмы сделались образцом для всей Европы.
Глава VIII
Назначение Говарда членом комитета по постройке новых тюрем. – Поездка в Данию, Швецию. Пребывание в Петербурге. – Допрос палача. – Москва. – Возвращение в Англию. – Посещение Португалии и Испании в 1783 году. – Чума. – Поездка на континент. – Запрещение въезда во Францию. – Италия. – Малая Азия. – Константинополь. – Венеция. – Возвращение в Англию. – Поездка в 1789 году в Россию. – Кременчуг. – Херсон. – Смерть Говарда
В 1780 году парламент решил приступить к постройке больших тюрем в Лондоне и других местах Англии. К руководству строительством пригласили Говарда, которому поручено было вместе с Блекстоном и прочими членами специально созданного комитета отыскать удобное для постройки место, разработать планы и т. д. Говард с понятной готовностью взялся за исполнение данного поручения, но поставил условием, что он не будет получать жалованья. Когда назначенный комитет приступил к делу, то вскоре выяснилось, что Говард расходится во мнениях со своими коллегами. Он, как замечает Беллоус, был положительно неспособен к совместной с другими деятельности. Слишком самоуверенный, настойчивый, он, должно быть, был несносным членом коллегии. Не желая тормозить дело, Говард сложил с себя данные ему полномочия и задумал новую поездку на континент. При своих многократных посещениях континента великий тюрьмовед до сих пор оставлял в стороне крайний юг, север и восток. Но он был человеком, который не мог оставлять начатое дело неоконченным, и вот, чтобы завершить свое знакомство с континентальными тюрьмами и госпиталями, Говард в мае 1781 года отправляется в новое путешествие. Бремен и Копенгаген были первыми городами, которые он посетил на этот раз. В последнем городе ему пришлось ознакомиться с весьма печальным положением мест заключения и крайней жестокостью карательной системы. Отсюда Говард направился в Швецию, где тюрьмы находились в самом печальном положении: все недостатки английских и континентальных тюрем, казалось, сосредоточены были здесь в еще более ужасной форме. С другой стороны, Говарда очень интересовали патриархальные обычаи населения и отправление правосудия, отсутствие формальностей и быстрота решения дел в судах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
