– И как я им вас представлю? Как своего знакомого? Коллегу?
– Я думаю, лучше… – он немного помедлил. – Как жениха. Иначе меня ваша маменька в шею прогонит. Судя по тем словам, которыми вы ее охарактеризовали. Насчет тяжелого характера. А от жениха она уже никуда не денется. Как-никак, а придется ей с будущим затем познакомиться.
– А что я потом скажу? Что жених меня бросил?
– Не бросил, а ненадолго уехал. Идет?
Мною овладело некое чувство… странное, но приятное: какой-то вседозволенности, бесшабашности. Терять мне уже нечего! «Каннский ролик» украден, машина сломалась, коллектив практически развалился: никто теперь не сможет до конца доверять друг другу. Как говорится, под подозрением оказались все. И еще этот Шаповалов свалился на мою голову! И хочет познакомиться с моей матерью… а потом мать и Машка меня точно сожрут, обглодают до косточек и выплюнут, не поморщившись.
– Идет! – с трудом улыбнулась я. – Только не говорите потом, что я вас не предупреждала…
– Насчет ваших дам? Не беспокойтесь. Могли бы и не делать этого. Я калач тертый, меня голыми руками не возьмешь…
Поднимаясь в лифте на одиннадцатый этаж, мы оба молчали. Шаповалов насвистывал какую-то песенку, ему, очевидно, было весело – еще одно приключение, визит в московскую квартиру… Он вообще был какой-то очень уж уверенный в себе, шумный, большой, самодостаточный. К таким людям не «прилипают» никакие неприятности, они широко шагают по жизни, не обращая внимания на всяких мелких сошек под своими ногами. Они все делают так, как это им удобно в данный момент. А в данный момент Шаповалов не знал, как ему убить время, и он решил напроситься в гости.
«Ой ли! – усмехнулся мой внутренний голос. Так уж он и не знает, как ему убить время!» Молодой здоровый мужик приехал в Первопрестольную. С деньгами, на хорошей тачке, и самое «то» для него – пойти в какой-нибудь бар или ресторан и снять девушку на ночь. И ему особенно даже и стараться не придется: девицы сами к нему прилипнут, как только он обозначится на их горизонте: видно, что мужчина – при бабках и солидный. Часы «Ролекс» на запястье – не из дешевых! А он идет в московскую квартиру, где его встретят так, что и врагу того не пожелаешь…
Хотя, может быть, ему девицы надоели, потянуло человека на экзотику – вроде нашего московского хлебосольства. Я же не знаю, который день он уже в Москве: надоел ему, может быть, разгул, и хрустящие скатерти ресторанов, и смятые простыни в отеле, и чуткие нервные спины длинноногих моделей, и их гладкие волосы – мытые-перемытые по сто раз в импортных шампунях…
Дверь моя мать нам открыла не сразу. Сначала она придирчиво осмотрела меня через глазок, потом с садистским удовольствием долго громыхала цепочкой и наконец открыла.
– Ты? – тут она увидела Шаповалова, и глаза ее расширились, стали круглыми-круглыми, как у голодного кота при виде свежей рыбки или куска сочного мяса.
– Как видишь, я! – буркнула я в ответ.
– А с тобой кто?
– «Дед Пихто», – весело сказал Шаповалов. – Давайте, мамаша, открывайте. Не надо будущего зятя под дверью мариновать! Сумки-то у меня тяжелые, с продуктами и прочими гостинцами.
То ли от того, что ее назвали мамашей, то ли от желания рассмотреть этого хама и наглеца поближе, но дверь открылась, и из комнаты до нас донеслись какие-то завывающие звуки. Телевизор, как всегда.
– А почему ты меня не предупредила? – спросила маман.
– Некогда было! – ответила я. – Завал на работе. Вызвали в контору в выходной день.
– Я не о работе, а о твоем женихе!
– Каком женихе? – раздалось сзади.
К матери подтянулась Машка: нечесаная, в красном халате с оторванной верхней пуговицей, отчего она была вынуждена его все время запахивать.
– Вот! – мамаша указала Машке на Шаповалова. – Полюбуйся.
– Олег Николаевич я! – не дожидаясь приглашения, он ввалился в маленькую прихожую, почти заполнив ее целиком своей мощной фигурой. – Вас… запамятовал, как…
– Капитолина Викторовна.
– Очень приятно! А вас как зовут, позвольте узнать? – указал он на сестру.
– Маша. Маша Генералова.
– Ух ты! Мне бы хоть до полковника дорасти, а ты уже сразу – Генералова! – улыбнулся Шаповалов.
Маша издала некий невнятный звук, напоминавший фырканье.
– Вы давно знакомы с Владой? – спросила она.
– А что?
– Просто так. У нее обычно все романы – краткосрочные.
– Маша! – одернула я ее. – Кто тебя просит…
– А что, я и поинтересоваться уже не могу?
– Полгода женихаемся, – кратко бросил Шаповалов. – Такая информация вас устраивает?
– И ты молчала! – накинулась на меня Машка. – Я тебе все о своей жизни рассказываю. А ты, как партизанка, в молчанку играешь! И с кем? С родной сестрой!
– Маш! Тебя же об этом никто не просит… Мне, если честно, твоя жизнь по фигу. Ты мне в последний раз говорила о каком-то компьютерщике, с которым познакомилась на вернисаже…
– Не будем ссориться! – с интонациями трагической актрисы в голосе приказала мать. – Проходите, молодой человек, в комнату. Там мы с вами поближе и познакомимся! – зловеще прибавила она. – Вы есть будете?
– Будем. Мы в ресторанчике слегка перекусили, но это не в счет.
– Могла бы и сестру родную сводить в ресторан! – обрушилась на меня Машка. – Вы не хотите укрепить родственно-семейные узы и пригласить меня в ресторан? – обратилась она к Шаповалову.
– Насчет «укрепления» я подумаю. Как надумаю, сообщу, – кивнул Шаповалов. Он такой большой и шумный, что прихожая явно для него мала: все предметы в его присутствии словно бы съеживаются.
Он повесил свою куртку на вешалку и помог мне освободиться от полушубка.
– Проходите в комнату, – пропела мать. – Чем богаты, тем и рады. Уж вы не обессудьте.
– Вот вам сумки, женщины, разгружайте их и готовьте стол. А мы с радостью вашу кухню попробуем. – И он подмигнул мне.
Я вяло улыбнулась в ответ. Вся эта затея кажется мне сумасбродной и… опасной. Он потом слиняет, а Машка с матерью меня слопают! Но, с другой стороны… разве мне не все равно? Я ощущаю терпкий привкус приключения на губах. А, пропади все пропадом, пусть хоть сегодня все идет не так, как всегда… не так скучно, однообразно! Все мои вечера похожи один на другой, как две капли воды: они такие скучные, строгие, четко расписанные на много лет вперед… Я знала, как проведу выходные: пойду в фитнес-клуб, после посещения тренажерного зала отправлюсь в бассейн – или наоборот; потом куплю новые диски и посмотрю еще один фильм – тот, который надо посмотреть, потому что мне его рекомендовали знакомые, или потому, что о нем положительно писали в прессе… Я словно ставила галочку в расписании своего досуга… хотя фильмы эти я ни с кем потом не обсуждала и никаких бесед о тенденциях мирового кинематографа не вела. Но мне все это казалось правильным и прогрессивным: смотреть арт-хаусные фильмы и быть в курсе последних новинок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
