Король снова обратился к гонцу.
- Продолжай!
- Сейчас Атилла спешит в Южную Галлию. Он хочет разбить готов, своих заклятых врагов. Он называет их «мои конюхи». Если он разобьет готов, то вторгнется в Италию. И помешать вторжению может только Аврелиан.
- Аврелиан, - подумала я, - это не человек, это - город. Позже его назовут Орлеаном.
Голос гонца вновь донесся до моих ушей.
- Жители Аврелиана сделали всё, чтобы выдержать осаду. Они починили городские стены, заготовили съестные припасы, и послали своего епископа Аньяна к Аэцию, просить у него помощи. Епископ сообщил, что город может продержаться только до середины июня. «Если ты за неделю до срока не придешь на помощь, - сказал Аньян Аэцию, - то лютый зверь пожрет мое стадо». Две недели назад епископ вернулся в город, а вскоре Атилла начал осаду.
- Передай Аэцию, я вступаю в коалицию. Бургунды придут на помощь Аврелиану, – решил король.
Через некоторое время я услышала топот копыт. Гонец ускакал, а король собрал Военный Совет. И только после Совета Гундевех позвал меня к себе. Все вышли. Я осталась с королем, как будут говорить франки много веков спустя, тет-а-тет.
- Ильдико, твое предсказание сбылось.
Я молча кивнула. Говорить было нечего.
- Я хочу спросить тебя, правильно ли я поступил, пообещав помощь Флавию Аэцию?
- Что я могу сказать королю? Король принимает решения. И ЭТО решение – верное. Бургунды не исчезнут с лица земли, а гунны исчезнут.
И тут меня осенило, я сказала:
- Более точное Предсказание я смогу сделать, если увижу гуннов хотя бы издалека. Я должна быть там, возле Аврелиана.
- Но.. – начал, было, король.
- Достопочтенный король, я делаю Предсказание насчет себя самой. Со мной ничего не случится. И я смогу помочь в трудную минуту.
- Хорошо. Тогда через два дня выступаем. Успеешь собраться, Аврелианская дева? – усмехнулся король.
- Конечно, - ответила я.
Так я стала первой Орлеанской Девой.
А дальше, всё закрутилось словно в кошмарном сне. Мы скакали и скакали, чтобы успеть на помощь Орлеану. Те пять недель, который мог продержаться город, были уже на исходе. Потом мне рассказали. Жители Орлеана защищались, как могли, отражая атаку за атакой. Тогда гунны взялись за свои луки. Тучи стрел носились над городом, защитники не могли поднять голову, чтобы отразить атаку. Жители начали роптать, что их обманули, и только епископ Аньян не терял силы духа. Чтобы поддержать бодрость в защитниках, он обошел все стены с крестами и хоругвями. Но помощь все не шла, и тогда жители решили сдаться и открыли настежь городские ворота. Гунны с рёвом ворвались в город. И тут раздались звуки труб – это во главе римской конницы скакали во всю прыть Флавий Аэций и сын короля Теодориха. У городских ворот, на берегу Луары и даже в водах этой реки, завязалась первая битва.
Мы, бургунды, подоспели к этой битве. Да. Да. Я стала частью бургундов. Я неслась на Серапионе, а мой белый плащ, искусно вышитый золотыми лилиями – работа женевских мастериц – развивался словно крылья. Я ловко орудовала хлыстом, нанося удары сверху по спешившимся гуннам. Серапион орудовал копытами.
Слишком рано и рьяно гунны начали делить добычу. Пеший гунн – не воин, поэтому началось страшное смятение: гунны, побросавши добычу, кидались в разные стороны, не зная, где укрыться, куда бежать. Их побивали с крыш камнями, гнались за ними с оружием, истребляли поодиночке и целыми толпами.
Я пробилась на помощь к высокому франку с длинными волосами, которого со всех сторон облепили гепиды – союзники Атиллы. Один из них прицелился из лука прямо в спину франку. Я мгновенно сдернула плащ и набросила его на лучника.
Раздался странный гортанный крик – это Атилла дал приказ об отступлении. Я бросилась в ту сторону. МНЕ НУЖЕН АТИЛЛА!
Но франк, уже свободный, задержал меня, крепко схватив за руку.
- Прекрасная дева, ты спасла жизнь короля!
- Еще один король! – весьма непочтительно воскликнула я, вырываясь.
- Слава королю франков Меровею! – прокричали подоспевшие воины.
Я поняла, что уже никого не догоню, и смирилась.
- Прекрасная Аврелианская дева, позволь мне, королю Меровею, сделать из твоего плаща знамя. Клянусь, что лилии, которыми вышит твой плащ, станут гербом королевского франкского дома.
- Вот это да! – подумала я. – Так вот откуда лилии взялись!
Я смотрела на Меровея ни в силах ничего сказать. Тут подъехал король Гундевех и произнес:
- Ильдико, город спасен, ты возвращаешься в Женеву. Мы последуем за гуннами без тебя.
- Хорошо. Но дай мне слово, достопочтенный король Гундевех, что после победы над Атиллой…
- Победы над Атиллой? – теперь дар речи потерял Меровей.
- Ильдико – Великая Прорицательница, - пояснил король бургундов, - поэтому она здесь и поэтому она сейчас же уедет обратно! Продолжай, Ильдико.
- Атилла потерпит поражение очень скоро. Каталаунские поля – развеют миф о его непобедимости. Все вы вернетесь домой, достопочтенные короли и станете родоначальниками династий. А далее что будет мне неведомо. (Не рассказывать же им, как будут убивать друг друга в борьбе за власть). И после своего возвращения я прошу, достопочтенный король Гундевех, отправить меня в Рим. Меня ждёт Великая Миссия.
- Обещаю! – твердо сказал Гундевех. – А пока десять моих воинов будут сопровождать тебя, Ильдико, до Женевы.
- И десять моих! – добавил король франков Меровей.
Глава 6. Все дороги ведут в Рим
В сопровождении франкских и бургундских воинов я без всяких приключений добралась до Женевы. Там я и узнала все, что случилось после моего отъезда. Как всегда, Пророчество сбылось. (А как же еще?! Это уже история для меня.)
Аттила отошёл на Каталаунские поля, где и состоялось генеральное сражение, которое историки назовут «Битва народов». Великое по количеству войск и жертвам сражение происходило крайне сумбурно и без особой подготовки. Но, главное, Атиллу остановили и он скрылся где-то в Паннонии. Моя встреча с ним опять не состоялась.
Вернулись домой раненые и здоровые воины. Женева зажила своей жизнью, а король Гундевех, всё не выполнял своего обещания. Прошла осень, наступила зима, а потом весна. Приближалось лето 452-го года – вот-вот Бич Божий нападет на Северную Италию. Я поняла, что пришло время действовать. Мне нужно было в Рим! Туда устремится Атилла и там в этот момент должна быть я. Моя попытка поговорить с королём закончилась ужесточением режима. Меня, фактически, взяли в плен. Объяснение было коротким: «Великая Прорицательница нам нужна здесь!»
Что оставалось делать? «Бежать» - скажете вы, но куда бежать? В эти времена Европа была вся покрыта лесами и представляла непроходимые дебри. Я теряла время. И еще одно обстоятельство начало меня беспокоить – я вдруг осознала, что информацию об Атилле мне выдали в Планетарном Хранилище до 452-го земного исторического года. А дальше – ничего! Почему? Уходя на задание я даже не задумалась над этим фактом, но теперь я осознала, что совершенно не знаю, что будет происходить в 453 году. Всё чаще я вспоминала слова Сибелиуса: «Серапион поможет тебе там, где тебе придется действовать по обстоятельствам. Мы сохраняем свободу выбора и ты поймешь это, когда придет время». Как видно, время пришло.
Ночью я устроила Мысленный Совет с Серапионом. Я давно приучила конюхов к тому, что прихожу к своему коню перед сном. Правда, с недавних пор, меня сопровождала охрана, но меня это мало волновало. Бежать я пока не собиралась.
Я гладила Серапиона и, одновременно, говорила с ним. Мы перебрали все варианты решения проблемы – как найти Атиллу с клоном. И остановились на самом трудном варианте – варианте «Омега» - как назвал его Серапион, историк и археолог, знаток греческой письменности.
Суть этого варианта – Серапиону под кожу я вживляю датчик-усилитель мыслеформ, потом Серапион попадает в плен к гуннам, а они точно приведут его к своему повелителю. Страх перед Атиллой был таков, что любую диковинную военную добычу сразу же отправляли к нему. А красавец-конь – это, безусловно, царский подарок.
Датчик-усилитель я вживила утром без особых проблем. Оставалось разработать план попадания Серапиона в Рим. И тут помог случай. Меня снова вызвал к себе король Гундевех.
- Ильдико, - начал король, - император прислал письмо с требованием прислать моего старшего сына в Рим. Он ничего не объясняет. Он просто требует. Мне нужно Пророчество.
- Я могла бы отправиться с ним в Рим, чтобы … - начала я.
Король гневно прервал меня:
- Ты нужна мне здесь!
- Но вы же обещали?! – вырвалось у меня.
- Обещал! Но только, чтобы уберечь тебя на благо бургундам.
