слова. И за подарок!
Все заулыбались. Нас ещё раз похвалили и отпустили. Попрощался со своими и пошёл за женой.
По дороге домой зашли в магазин, купили семь бутылок шампанского на подарки. Домой добрался навьюченный: в одной руке портфель и сундук с конфетами от ЗИЛа, во второй две тряпичных сумки с бутылками. В одну сумку всё грузить побоялись, а то ручка оторвётся, останемся и без бутылок, и без денег.
Галия заметила письмо в почтовом ящике, пришлось подождать её у лифта.
– Миша твой из Брянска. – прочла жена обратный адрес.
– О! Насчёт нового года, наверное. – обрадовался я.
Первым делом открыли пластмассовый сундучок – интересно же, что подарили. Завод могучий, интересно, что может себе позволить?
Внутри оказалось три вида шоколадных конфет, да четыре огромных апельсина. Ну что же – неплохой подарок по нынешним временам. Не говоря уже про сам сундучок – я его под инструменты буду использовать, размер позволяет.
Пока Галия занималась ужином, я бросился читать письмо. Так, едем мы в Брянск или не едем?
Мишка же, как назло, опять сначала рассказал про всех общих знакомых, и только потом перешёл к делу. Светка согласилась! И с радостью примет нас у себя. Они с Мишкой решили, что Новый год надо встречать со своими семьями. Согласен. А первого января, на вечернем автобусе, выехать в Брянск. День проведем в Брянске. И оттуда мы с женой вернемся сразу в Москву.
На счёт культурной программы написано как-то невнятно. Но, найдём чем заняться. И надо предупредить, что едем с другом. Сразу сел писать ответное письмо. А Галия подсунула мне тарелку с ужином. Заляпал немного лист жирными пятнами, но ничего. Не даме пишу.
Так, из Святославля надо уехать вечером первого. И одного дня погулять по Брянску нам с женой хватит. Зимой много не погуляешь.
Прикинул, что если мы выедем второго в ночь на Москву, то утром третьего будем дома. Я сразу рвану на экзамен в МГУ, а Галии возьму такси, поедет с вещами домой. И суну таксисту рубль сверху, чтобы помог их до квартиры дотащить. А я, надеюсь, сдам экзамен быстро, и приеду скоро к ней домой. Эх, хорошо быть молодым! Можно вот так лихо сразу с поезда на экзамен идти, и неважно, если в поезде не выспишься. Соображать вполне нормально будешь.
– Ой, надо же билеты ещё взять! – хлопнул я себя по лбу. – Небось таких умных, как мы, половина Москвы. Сейчас все куда-нибудь поехать планируют.
Решил не откладывать в долгий ящик и съездить за билетами сегодня же. Время семь, ещё рано. Поздно вечером в центральной круглосуточной кассе народу меньше. Уже схлынет поток тех, кто сразу после работы за билетами поехал.
По дороге решил в ЦУМ заехать в ювелирную секцию. Посмотрю, может, будет из чего подарок Галие выбрать. Появилась у меня мысль купить ей гарнитур, серьги и кольцо. На Новый год подарить кольцо, а на день рождения серьги. И вплоть до начала марта свободен от тяжких дум по выбору подарков. Да и на восьмое марта подарки можно уже полегче по ценовой категории дарить.
Велел жене не ждать меня, ложиться спать, и через пятьдесят минут я уже толкался у витрин с золотыми украшениями.
Выбрал серьги «Тюльпан» с александритами, как раз, нашлось к ним и кольцо нужного мне размера. Форма у вещиц классическая, у всех женщин Советского Союза есть такие. Все равно, думаю, сейчас Галие понравится, выбора все равно особого нет. А уж как падёт железный занавес, и начнём ездить в Европу, тогда и накупит себе эксклюзивов.
Довольный собой, бережно спрятал свою добычу в двух отдельных коробочках во внутреннем кармане пальто и поехал на вокзал.
Уже через полтора часа я держал в руках три билета до Святославля и три билета Брянск-Москва. Повезло – не успел и пятнадцати минут постоять, как вторую кассу открыли. Посчитав это хорошим знаком, поехал на электричке домой. Пройдусь от станции до дома.
А дома меня ждал возмущённый Тузик. Со всеми хлопотами не рассчитал время, припозднился. Не раздеваясь, сразу вывел пса. Сделал с ним круг по району. И ему приятно, и мне польза. Физо нужно больше, а то я так в делах закрутился, что и ни на одну из спортивных секций не пошел, как планировал. Хотел же на самбо или дзюдо податься, да на шахматы. Эх! Все не ухватить! Может, все же выкрою время до второй сессии? А то стрельба – вещь, однозначно, хорошая, но и тело прокачивать надо. И на шахматах сейчас есть смысл акцент сделать – учитывая, сколько чемпионов мира по ним из СССР, они сейчас на уровне какой-то мании у народа. Многие даже под водку играют… Великолепная вещь, чтобы устанавливать с людьми самых разных социальных слоев доверительные отношения.
Вот только тут же вспомнил, что на права запланировал учиться идти. Эх, прощайте пока мои секции!
Глава 7
Москва
Пятница пролетела моментом. Зачеты шли один за другим, и у некоторых непривычных к такому прессингу первокурсников начали сдавать нервы. Логика у нас в учебном плане всего один семестр, сейчас один раз сдать зачёт и забыть. Навсегда. Но девчонки так просто не могут. Две наши студентки, подружки, Галя Романович и Катя Слонова, начали смеяться, едва мы расселись перед зачетом. Между тем, доцент решил еще немного натаскать нас перед зачетом, пожертвовав своим временем, начав разъяснять те вещи, которые, по его опыту, вызывали проблемы у студентов на зачете. Я это оценил, и другие тоже, но не эти две клуши. Ржут и ржут, и чем дальше, тем заметнее. Препод, не старый ещё мужик, сначала пытался игнорировать их, понял, что нервы сдают у девчонок. Но потом, когда они, прячась за тетрадками уже начали закатываться от сдавленного хохота на своей галёрке, он прервал занятие, на котором по-человечески пытался решить проблемы своих некоторых не очень успешных учеников.
Он застыл на полуслове, уставившись на девчонок. А они не видели ничего вокруг, прикрывшись тетрадками и сипя, шмыгая и похрюкивая, давили в себе дикое ржание.
Староста оглянулся на них вопросительно. Ноль реакции.
– Простите, Модест Савельевич, я сейчас разберусь. – встал Булатов из-за парты и пошел в конец аудитории, где не могли успокоиться девчонки.
Ему достаточно было положить свои медвежьи лапы каждой из них на плечо и тряхнуть слегка, чтобы привести их в чувство.
– Простите, пожалуйста. – простонала Романович, приходя в чувство.
А Слонова сидела красная как рак,
