Читаем без скачивания Идеальное тело Пятачка - Дарья Донцова

– Зачем он ему?

– Отличный вопрос. Но точного ответа нет. Наверное, хотел продать. Кнабе многократно подчеркивал: я детей не балую. Но у Эрики был «Порше» – дорогая тачка. Может, говоря о строгости воспитания, Герман имел в виду, что не купил дочери «Майбах»? Вероятно, в его системе координат «Порше» сущая ерунда.

– Что еще?

– Ничего. На коже жертв отпечатков не нашли, со шнурков снять не сумели. Аккуратный гад! На Эрике ни чужих волос, ни волокон, ни капель слюны, ни кожных частиц не найдено. Как я уже говорил, их смыл ливень. И повторю для лучшего усвоения материала: Крафт с Караваевой обнаружили не сразу. Первая пролежала в лесу около трех дней, вторая больше недели, опять же шел дождь, следы утекли в прямом смысле слова.

– Преступника, конечно, не нашли, – подвела я итог.

– Нет, – пробурчал Димон. – После нападения на Кнабе он затаился, исчез. Все.

– Ты же знаешь, что маньяк не может остановиться. Если начал убивать, то продолжит. Почему же этот пропал? – резонно усомнилась я.

Коробков чихнул, как всегда, прямо в трубку, и в моей голове словно взорвалась петарда.

– Он мог попасть за решетку по другому делу, – запыхтел Димон, – мог тяжело заболеть, умереть, уехать из страны...

Мне пришлось признать правоту хакера:

– Да, исключить такие варианты нельзя.

А Коробков продолжил:

– Общее в трех случаях следующее: нападения были совершены в Битцевском парке, все жертвы – девушки примерно одного возраста, и их фамилии начинались на букву «К»: Крафт, Караваева, Кнабе. Дальше сплошные «не». Между собой бедняжки не были связаны, нигде не пересекались, не имели общих друзей, не посещали один фитнес-клуб или салон красоты, не имели сходных хобби...

– И все же что-то их объединяло, если они очутились в руках преступника, – протянула я. – Ладно, теперь другие вопросы, мелкие, но важные. Проверь, в какую больницу вчера из дома Кнабе доставили Майю Лобачеву, узнай, в котором часу в имение приезжала «Скорая помощь» и какой диагноз у горничной.

– Записано, приступаю к выполнению, – отбарабанил Димон.

– Эй, погоди! – остановила я его. – Мне нужны одежда, зубная щетка и прочие мелочи. Местная начальница разрешила, чтобы все это привезла мне подруга. Желательно получить вещи сегодня.

– Как прикажете, о великий зоодушевед всех времен и народов! – заунывно пропел Коробков. – Ваша лучшая подруга притащит в зубах то, без чего порядочной барышне не обойтись: бальные платья-с, шляпки с вуалями, корсеты, чулочки фильдеперсовые, накладные букли...

Я не стала слушать бред Димона, сунула трубку в карман и медленно пошла в глубь парка.

Чеслав сказал, что Варвара Богданова находится на территории имения Кнабе, значит, она здесь. Работа в отделе приучила меня не задавать вслух вопросы вроде: «А откуда вы знаете, где Варя?» или интересоваться, достоверна ли информация. Если Чеслав указал местонахождение Богдановой, так оно и есть. Наш босс ни за что не скажет, коим образом разузнал про Кнабе, и никогда не назовет имя человека, разыскивающего Варвару, если только, конечно, знание о клиенте не приблизит нас к решению проблемы.

Итак, имеем условие задачи: Богданова в поместье, осталось лишь ее обнаружить. Где она может быть? Либо в здании, либо в укрытии на территории. Зоопарк отпадает, там слишком много не приближенных к семье людей. А вот особняк обслуживает преданный персонал, готовый ради хозяев на многое. Чеслав уверен, что Варвару удерживают здесь силой, следовательно, она не может шнырять по коридорам в образе горничной. Я побывала во флигеле, где живут девушки, внимательно прочитала таблички с фамилиями на дверях и удостоверилась: никакой Богдановой там нет. Да и глупо прятать похищенную среди прислуги. Значит, про помещения, где отдыхают от трудов поломойки и охрана, надо забыть. Полагаю, вам не нужно объяснять, почему я вычеркнула из списка возможного места пребывания Богдановой общежитие секьюрити? Идем далее. Если хочешь спрятать человека, держи его подальше от людных мест. Похоже, Варвара находится либо в хозяйской части здания, либо в парке. Судя по тому, что мне, абсолютно постороннему человеку, разрешили ходить по всем этажам и засовывать нос в любые помещения, Лаура Карловна не боится, что зоопсихолог наткнется на нечто подозрительное. Почему я считаю экономку замешанной в историю с пропажей Богдановой? Думается, в семье Кнабе все происходит с согласия старухи, это она, а не Герман Вольфович рулит всеми делами в поместье. Значит, мне следует сначала сосредоточиться на парке, поискать там маленький домик, сарайчик, накат из бревен. Погода отличная, дня за три я изучу округу. А по ночам продолжу осматривать дом.

Пару часов я бродила по аллеям и лужайкам, рассматривая идеально постриженные газоны и клумбы с буйно разросшимися цветами. Вначале территория показалась мне безлюдной, но вскоре я стала натыкаться на садовников или охранников. Первые самозабвенно орудовали граблями, секаторами и тяпками, вторые выныривали из самых неожиданных мест или проносились мимо на велосипедах. Все мужчины вежливо здоровались. Уж не знаю, вышколила ли их Лаура Карловна, видели ли они у меня брошку-пропуск или просто были воспитанными людьми.

Никаких построек, кроме двух фонтанов, я не обнаружила. В процессе прогулки я набрела на Емелю, который принимал солнечные ванны около садовой скульптуры, бездарно прикидывавшейся статуей Венеры Милосской. Я приняла было тушу пса за кучу мусора и, приближаясь к нему, самозабвенно чихнула. Волкодав подпрыгнул, встал на лапы, незамедлительно рухнул без чувств, но довольно быстро пришел в себя и решил сопровождать меня с Гензой.

Так приятной компанией мы доплюхали до зарослей сирени и замерли на месте. Дорожка закончилась, я решила повернуть влево, но тут ирландский охотник на хищников нырнул в глубь кустарника и с грацией боевой машины пехоты начал ломать ветки.

– Немедленно прекрати! – приказала я.

Емеля не послушался, наоборот, лишь сильнее засопел. А потом внезапно взвизгнул.

– Получил? – с явным злорадством произнес вдруг мужской голос. – Попался?

Я подскочила и оглянулась по сторонам. Вокруг никого, стою одна. Вернее, с Гензой, но рукохвост не умеет говорить.

Емеля издал жалобное постанывание.

– Сейчас тебе мало не покажется, – пообещал баритон. – Не задирай Македонского!

Сообразив, что звук несется из-за сирени, я пригнулась, раздвинула ветки руками, протиснулась сквозь кусты и очутилась на... огороде.

Вскопанные грядки зеленели укропом, петрушкой и салатом, чуть поодаль из земли торчали большие листья, похожие на лопухи. Но вряд ли человек станет сажать то, что беспрепятственно растет в любом овраге, значит, я вижу не сорняк, а неизвестную мне сельскохозяйственную культуру.

Узкая дорожка, окаймленная битым кирпичом, вела к лубочной избе, покрашенной в небесно-голубой цвет. На секунду мне показалось, будто я попала в сказку. У домика было резное крылечко, на котором восседал огромный черный кот, и ставни с прорезанными посередине отверстиями в виде сердечек, из распахнутых окон вывешивались белые кружевные занавески. На скамеечке, стоявшей около небольшой клумбы, сидел дед с длинной лопатообразной седой бородой. Определенно передо мной был тот самый Степан, пугавший горничных историями про Клауса!

Старик носил одежду, будто созданную для героя голливудской ленты, посвященной России. На нем была красная косоворотка, подпоясанная золотым шнуром, и бежево-серые льняные брюки. На какую-то секунду мне показалось, что на ногах у него лапти, но я присмотрелась и поняла: нет, это вполне современные кроссовки с белыми махровыми носками.

У крыльца, причитая на разные лады, тряс головой Емеля.

– Что вы сделали с собакой? – возмутилась я. – Немедленно прекратите!

Степан повернул голову.

– Коли пришла на чужой двор, не кидайся пантерой на хозяина, поздоровайся вежливо, а уж потом свару затевай. Собаку я никогда не трону, даже такую бестолковую, как Емеля. Он на Македонского блажит, на кота моего, у них вечное выяснение отношений. Ну, знакомиться будем?

– Добрый день, – опомнилась я.

– И тебе, Татьяна, хорошей погоды, – не остался в долгу пенсионер.

– Откуда вы знаете мое имя? – вырвался у меня вопрос.

– Так на лбу у тебя огромными буквищами написано: Татьяна, – без всякой агрессии объяснил Степан.

– А что еще вы видите? – прищурилась я.

Колдун кашлянул.

– Все. Мужа не имеешь, детей тоже, нанялась к ироду за живностью ухаживать. Хочешь похудеть, думаешь, если килограммы уйдут, жизнь наладится, счастье придет. Это ошибка. Сначала надо внутренность менять, тогда и внешность перелицуется.

Я изобразила восхищение его банальным прогнозом.

– Ой! Здорово! Вы не пробовали в телешоу участвовать? Ну там, где экстрасенсы соревнуются...

Степан кашлянул в кулак.

– Не смотрю телевизор, не обзавелся.