Мой и Гала со стрелами в груди кинулись в стороны, а здоровенный громила, пораскинув мозгами, прям отлетел назад, попытавшись лбом остановить снаряд пращи. Особенность расы полуросликов, чем больше противник, тем удачнее выстрел. В ответ затренькали луки разбойников, от стрел которых мы все спокойно увернулись, только Огаринэ негромко ойкнула – стрела прошла возле ее плеча, зацепив его самым кончиком. И сполна расплатилась за свой испуг – отправив в адрес противника целый рой небольших сосулек, формирующихся прямо на лету.
В стане врага раздались вопли и стоны боли и противники наконец-то догадались рассыпаться, а то так и стояли плотной кучкой. Гал стрельнул еще пару раз, примерно с таким же результатом, что и первый выстрел, и закинув лук за спину помчался в бой с мечом, сразу же доказав, что как мечник – он в разы лучше, чем лучник. Пройдя быстрыми, стелящимися движениями между несколькими противниками, увернувшись от их выпадов, молниеносными движениями, казалось только слегка коснулся двух противников. Вот только результат такого касания не заставил себя долго ждать: у одного из вскрытого бока ручьем хлынула кровь, а второй, упав на колени, начал судорожно пытаться запихать кишки на место. А Гал тем временем уже был среди других противников. Понаблюдав за ним краем глаза, между прицеливанием, я понял, что за него волноваться не стоит: он превосходил разбойников и по мастерству и уровням, да к тому же, когда вражеский лучник попытался подстрелить его в спину, у того в горле, как будто из воздуха, появилась стрела. Кто-то из наших лучников его прикрывал. Вообще, наши стрелки действовали грамотно, в этом не откажешь: сначала убрали всех, кто пытался командовать, потом перебили лучников, а уже потом начали отстреливать тех, кто представлял наибольшую опасность. Вот только в одном они оплошали, кто именно главный – они не слышали, а тот и не стал себя никак обозначать, еще вначале затерявшись среди подчиненных. И вот сейчас он чуть было не получил геройскую смерть – резко выскочив из мясорубки, устроенной эльфийским мастером меча, резко отведя руку за спину и выбросив ее в сторону Огаринэ, этот Тихуша (ну да имечко подходит) швырнул имперский пилум.
За какие-то доли секунды я успел понять, что летит пилум довольно метко, и девушка просто не успеет увернуться. Не придумав ничего лучше и откинув в сторону лук, я просто схватил девушку за бедро и дернул на себя. Та даже и не видела летящее в нее копьецо, самозабвенно выводя посохом пространственные фигуры, поэтому мой рывок для нее оказался полной неожиданностью. Взвизгнув, эльфийка повалилась на меня, сам я не удержал равновесия и повалился наземь, старательно падая так, чтобы не ушибить магичку. Ощутив на себе упругое, молодое девичье тело, я непроизвольно обнял девушку и заглянул в ее глаза. И так непропорционально огромные, в такой близости они оказали просто магическое воздействие, а в совокупности с ее копошением, в попытках освободить зажатые между нами руки, пробудили, где-то в глубине меня давно забытые мужские желания. Колдовство между нами длилось всего пару секунд, а на перекрестке уже столько всего произошло! Главарь разбойников упал с пробитой головой, после удачного броска полурослика, Лени закончила свой тридцатисекундный речитатив громким вскриком и оставшихся в живых противников в тот же миг начали окутывать толстые, с руку взрослого мужчины, древесные корни. В общем, это и стало решающей каплей… Ну ладно, не каплей, ведром, не меньше. Опутанных врагов уже не спеша добили лучники и мечник, лишь троих оставив в живых.
– Мой Лорд, может вы уже, отпустите меня? – прозвенело мелодично мне в ухо.
С сожалением выпустив из объятий гибкое, миниатюрное тело, с чуть меньшим сожалением закрыл, не читая, табличку о неполучении опыта, не став расстраиваться утерянным количеством экспы, я поднялся и, подмигнув маленькой эльфийке, направился к пленникам.
– А чего этих не добили? – на ходу спросил Гала и подошедших лучников.
– Так приняли решение сдаться они, до того как корнями оплетены были, – пропел младший из братьев.
– Угу, и что делать-то с ними будем?
– Вам решать, мой Лорд, – ответил Гал.
– Мож отпустите? Живота просим! – просипел один из разбойников, заросший бородой по самые брови.
– С какой стати? – искренне возмутился я. – Как разбойничать так первые, а как отвечать за разбой – так 'живота просим'?
– Да этих вроде и не было, когда они у нас в деревне были, – неуверенно протянул мохноногий виновник бойни.
– С тобой еще поговорим, о, мой несдержанный на язык друг, – добавив немного холода в голос обратился я к хоббиту.
– Не было, как есть не было в банде. То, что Гнилой – разбойник, в смысле Тихоня, ну да, уже можно и просто, Гнилой – мы знали, как не знать, он и нашу деревню на оброк ставил. Мы у реки живем, в Больших Тинах. Но тута мы не разбойничать шли, он нас нанял, стало быть, мол, поможем ему, душегубу окаянному, донести до торгового поста товар, он нас на этой неделе от оброку освободит. Вот мы и пошли. А так мы не разбойничали, совсем, ага!
Еще раз оглядев трех мужиков, косматых, лохматых, одетых уже в лохмотья, из-за всё и вся обдирающих корней, но лохмотья чистые, видно что одежда была добротной, я задумался, что делать с данными индивидами. Все что пришло в голову, я и озвучил.
– Значит так! Жизнь я вам сохраню, но вам надо будет для меня сделать две вещи: первое, возвращаетесь в деревню и предупреждаете старосту, что сегодня-завтра я к нему загляну, поговорить надо. Если не поняли кто я – то я новый правитель этих земель и буду недалеко от вашей деревни возводить замок. Второе, вы мне пока не нужны, но как только понадобитесь – сразу, по первому зову будете обязаны выполнить то, что я скажу. Все понятно? Вопросы есть?
– Да понятно все, как не понять. Благодарствуем значиться, все сделаем, как вы сказали, в лучшем виде передадим значиться старосте.
– Звать-то тебя как?
– Вторяк я, стало быть.
– Вот и хорошо, Вторяк. А куда вы шли? Где товар-то лежит?
Всплыло какое-то сообщение, но я пока отмахнулся от него, не желая прерывать разговор.
– Дак мы-то откудова знать могем? То разбойники знали, мы с ними первой раз шли. Схрон у них где-то был, они много добра награбили, Гнилой тут давно живет, жил, стало быть, много ценного у него лежит там, стало быть.
– Ладно, собираете, что тут у разбойников ценного есть, заодно в деревню отнесете, я у вас там это
