Он принял свою нагую рабыню за тяжеловооруженную гейшу из сна и слетел с койки, одним прыжком переходя в боевую стойку и пытаясь выудить из-под подушки пистолет.
Пистолета там, естественно, не оказалось, но и гейша тоже была не вооружена.
— Что случилось? — спросила она удивленно.
— В следующий раз постарайся не делать резких движений, — попросил в ответ Роман. — Я на них болезненно реагирую.
Рабыня с готовностью пообещала не делать вообще никаких движений, если так хочет хозяин, но против отдельных нерезких движений хозяин нисколько не возражал. И эти движения так успокоили его, что он снова уснул с мыслью о том, как бы раздобыть поскорее если не пистолет, то хотя бы меч.
В крайнем случае можно даже не именной.
14
Его честь благородный господин дон майордом королевства Грус Лео Когеран вступил в деревню Таугас вскоре после обеда верхом на сером скакуне, украшенном золотой попоной.
Господина майордома сопровождали доблестные рыцари в количестве ста человек с именными мечами в дорогих ножнах.
У каждого рыцаря было как минимум двое спутников — оруженосец и гейша. У них тоже были мечи — но не именные, и Барабин понял, наконец, что это означает.
Главным украшением рыцарских ножен были причудливые буквы, в которых с трудом, но все-таки можно было узнать стилизованную латиницу.
У одного рыцаря эти буквы были совсем простые, вроде ирландских, и очень большие, во всю ширину ножен. И если читать сверху вниз, то они складывались в слово, которое Барабин произнес вслух:
— Карумдас.
Кажется, именно в этот момент у жителей Таугаса окончательно рассеялись последние сомнения в его умственных способностях.
Во всяком случае, первая красавица деревни Сандра сон-Бела, одевшая в этот торжественный день свое лучшее платье и воткнувшая в волосы цветок, но все так же босая, воскликнула с неподдельным удивлением:
— Ты умеешь читать?
— В моей стране все умеют читать, — ответил Барабин, ничуть не покривив душой, и кажется, его репутация в деревне Таугас поднялась на новую сияющую ступень.
А сам он наконец разобрался, что такое «именной меч». Было у него смутное предположение, что это нечто вроде наградного оружия, как именные пистолеты или красные революционные шаровары, но более вероятным Роману представлялось другое толкование: что именной меч — это фамильное оружие рыцарского рода.
А оказалось — не то и не другое.
Именной меч — это рыцарский меч, который имеет собственное имя.
Кажется при дворе короля Артура и позже, в империи Карла Великого, был такой обычай — давать имена неодушевленным предметам рыцарского обихода. И не только мечам.
У небезызвестного Роланда из одноименной песни был, к примеру, рог по имени Олифан, и означенный Роланд трубил в этот рог при каждом удобном случае.
Свой Олифан Роланд руками стиснул,Поднес ко рту и затрубил с усильем,Высоки горы, звонок воздух чистый,Протяжный звук разнесся миль на тридцать.Французы слышат, слышит Карл ВеликийИ молвит — наши с маврами схватились.
Эта строфа из «Песни о Роланде», засевшая в памяти Барабина благодаря одной любовнице — аспирантке, писавшей диссертацию под названием «Тема любви в средневековом рыцарском эпосе» — выплыла из глубин подсознания главным образом потому, что свита майордома Когерана, въезжая в деревню Таугас, тоже трубила в рога во всю силу своих легких.
И возможно, у этих рогов тоже были имена.
Не исключено даже, что в пьяном виде доблестные рыцари не отказывали себе в удовольствии пообщаться со своими мечами, щитами, шлемами, копьями и рогами, обращаясь к ним по имени.
Но в этот день благородные спутники господина майордома были безупречно трезвы. По крайне мере до тех пор, пока гейши старосты деревни Таугас, обнаженные по такому случаю по пояс, не вручили гостям по обычаю вместо хлеба-соли вино и фрукты.
Только Наида была освобождена от участия в этой церемонии, поскольку старосте Грегану она уже не принадлежала.
Имя старосты Барабин узнал еще вчера, а вот его настоящее звание услышал только сегодня, когда полуголые гейши торжественно объявили:
— Майор общины Таугас приветствует его честь благородного господина дона майордома королевства!
Барабин тут же вспомнил, что «mayor» по-английски — это мэр, но именовать деревенского старейшину «мэром» у него не поворачивался язык. Поэтому Роман стал про себя называть его «майором», что еще меньше соответствовало действительности, но зато было смешнее.
Сам майор Греган привычно стоял за спинами своих рабынь и выглядел бодро, хотя было очевидно, что королевский визит для его деревни — чистое разорение.
Один только передовой отряд из четырех сотен человек увеличил население деревни более чем вдвое и выжрал в один присест шестнадцать ведер вина. И это только в честь прибытия, для разминки, за которой должен был последовать скромный пир.
И главной радостью деревенского старосты в этих условиях, казалось бы, должно было стать известие, что король с основными силами останавливаться в Таугасе не намерен.
К ночи его величество должен прибыть в замок графа Белгаона, откуда рано утром войско двинется в сторону заговоренной крепости Беркат.
Единственная дорога туда ведет через Таугас, и отряд майордома Когерана призван оберегать эту дорогу от любых происков Робера о’Нифта и его союзников.
У деревни Таугас дорога особенно близко подходит к морю, и поскольку среди союзников Ночного Вора есть морские пираты из долины Таодар, часть передового отряда встанет лагерем на берегу. А другая часть будет патрулировать дорогу до самой крепости.
Все это охотно объяснил Барабину майор Греган, который вопреки здравому смыслу отнюдь не пришел в восторг от известия, что король не остановится в его деревне, а сразу проследует в крепость Беркат.
Наверное старосте полагалась какая-то компенсация за все издержки гостеприимства, и король мог оказаться в этом отношении щедрее, чем майордом.
Но увы, надеждам майора Грегана не суждено было сбыться. Король решил проехать мимо.
— Его величество хочет напасть на черный замок внезапно, — объяснил Греган, и Барабин удивился местному представлению о внезапности, когда за двое суток до намеченного штурма даже самая последняя деревенская рабыня знает, когда и куда прибывает король и что он намерен делать.
Однако староста высказал предположение, что за двое суток Ночной Вор не успеет вызвать подкрепления из Таодара, и уж во всяком случае они никак не смогут оттуда подойти.
— В таком случае, у меня есть плохие новости, — сказал в ответ на это Роман. — Я своими глазами видел в замке толпу аргеманов в красных плащах и с рогами на голове. А командовал ими тип с черной бородой, для которого отдать за гейшу двести пятьдесят шесть золотых королевских фунтов — все равно что раз плюнуть. Как ты думаешь, не стоит ли поделиться этой новостью с господином майордомом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
