«Говорила Александра, — сделала я вывод, провожая взглядом зашедших в кабинет близняшек. — Она побойчее сестренки. Когда же я научусь их различать? Похожи, как две капли воды».
Стоя около приоткрытой двери, я наблюдала за тем, как секретарь подошла к двум женщинам, сидящим за одним столом. Положив перед ними документы, она негромко принялась что — то объяснять. Внимательно слушая Алину, педагоги иногда согласно кивали.
Постояв несколько мгновений в проходе, юные боярыни переглянулись и самостоятельно сели за разные парты.
Закончив говорить с членами приемной комиссии начальной школы, секретарь доброжелательно улыбнулась близнецам и вышла из класса. Плотно закрыв за собой дверь, повела меня к месту, где уже мне надлежало проходить вступительные испытания.
* * *
В небольшом кабинете абитуриентов оказалось шестеро. Трое юношей и три девушки. Вначале нас ожидал диктант по русскому, а после предложили на английском языке описать осенний лес.
Покусывая кончик ручки, я мысленно рисовала картинку и пыталась художественно ее описать. Бегло пробежавшись глазами по тексту, осталась довольна. В качестве своего письменного, да и устного английского я не сомневалась.
Заметив, что все отложили ручки, худощавый мужчина с узким болезненным лицом и женственными руками, забрал выполненные работы и раздал очередные бланки. На этот раз предстояло решать задачи по математике. К своему удивлению я справилась довольно быстро.
Украдкой посмотрев на пребывающих в глубокой задумчивости возможных одноклассников, тихонько вздохнула. Кто — то явно не справится. И даже догадываюсь кто. Девушки сидели перед девственно чистыми листами и с мольбой посматривали на старательно пишущих юношей.
Взяв исписанные листы, я встала из — за парты. Неспешно подойдя к учительскому столу, положила их перед полноватой женщиной средних лет.
— Быстро вы. Сразу видно представителя боярского рода, — сказала педагог и широко улыбнулась. — Софья Сергеевна, пройдите в коридор. Вам придется подождать результатов вашего испытания. Это недолго, — торопливо добавила она. В голосе члена комиссии явно сквозило извинение.
Коротко кивнув, я вышла из кабинета. Отойдя от двери, присела на свободный диванчик и принялась разглядывать картину на противоположной стене. В том, что справилась, сомнений не было. Я волновалась за близняшек. Справились ли они?
Минуты неспешно текли. Устроившись поудобнее, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Поблизости на диване сидели три скромно одетых женщины и шептались. До меня доносились лишь обрывки фраз, но понять, о чем разговор, хватило. Они беспокоились за своих детей, которые проходили вступительные испытания в школу.
— Софья Сергеевна, — послышался женский голос.
Неторопливо открыв глаза, я встретилась взглядом со стоящей неподалеку Алиной.
— Приношу извинения за ожидание, — виновато улыбнулась секретарь и, быстро глянув на сидящих женщин, негромко добавила: — Мы только что получили результаты испытаний ваших сестер. Девочки справились чудесно. Сейчас они в сопровождении педагога на экскурсии по начальной школе. Пройдемте к директору, — предложила она, доброжелательно улыбаясь. — Светлана Владимировна вас ожидает.
Скупо улыбнувшись, я встала и пошла за секретарем. Зайдя в кабинет, сразу же заметила сидящую за массивным столом светловолосую симпатичную женщину.
«За собой следит. Лет тридцать пять — сорок», — сделала вывод, разглядывая кожу на шее и руках директора. Подняв глаза от бумаг, женщина улыбнулась и неожиданно сказала на хорошем английском:
— Присаживайтесь, Софья Сергеевна. Хочу с вами побеседовать о вашей семье.
Усмехнувшись, я подошла к столу и присела на один из двух мягких стульев.
— Что конкретно вы хотите узнать, Светлана Владимировна? — ответила я также на английском и спокойно посмотрела в глаза директора школы.
— У вас отличное произношение, — одобрительно улыбнулась та. — Откуда оно, позволите узнать?
— Долгое пребывание за границей и общение с носителями языка принесли свои плоды, — ответила, ничуть не лукавя. В прошлой жизни я действительно много времени провела в Лондоне.
— М — м… — многозначительно протянула женщина и, внезапно перейдя на русский, добавила: — Испытания по всем предметам ваши сестры прошли. Мне уже понятно, что вы, Софья Сергеевна, на должном уровне владеете английским языком. Как письменно не допустили ошибок, так и устно изъясняетесь отлично. Не вижу смысла отнимать друг у друга время.
Улыбнувшись, я посмотрела на женщину в ожидании ее следующих слов. Опыт подсказывал — сейчас должно быть что — то интересное.
— Александра Сергеевна и Елизавета Сергеевна по итогам проверки получили 98 и 99 баллов, — посмотрев в бумаги, торжественно сказала директор. — Вы же, Софья Сергеевна, лучшая из всего набора. У вас 100 баллов из 100, — одобрительно улыбаясь, женщина взглянула на меня с искренним уважением. — Для прохождения вступительных испытаний необходимо набрать 80. Конечно же, вы и ваши сестры приняты в школу «Эверест».
Едва уловимо кивнув и не произнеся ни слова, я продолжила смотреть на Светлану Владимировну.
— Хм, — прокашлялась та. — Светлейший князь Игорь Владимирович Разумовский вот уже восемь лет как дарует милость: по его велению дети из всех сословий могут на бесплатной основе учиться в нашей школе. При условии, что наберут необходимые баллы. Оплата за учебу, учебники, форму и проживание в общежитии производится лично Игорем Владимировичем. Количество мест, разумеется, ограничено. На бесплатной основе могут учиться только лучшие из лучших.
— Похвально, — лаконично ответила я и, немного подумав, спросила: — Я правильно вас понимаю, что мы с сестрами имеем право учиться на льготных условиях?
— Да, безусловно! — согласно кивнула директор. — У нас на сегодня осталось всего четыре места. Благодаря отличным знаниям и милости князя Разумовского, вы и ваши сестры можете учиться бесплатно. Что скажете?
«Теперь понятно, откуда взялись обычные дети, — подумала я, медленно переведя взор на окно за спиной директора. — Заманчивое, однако, предложение. Молодец, голубоглазик. Поступок, достойный уважения. Оказывается, он еще и дальний родственник императора. Согласиться, что ли? Денег — то в обрез».
Меня терзали сомнения. Неожиданно вспомнив о юношах, писавших вместе со мной работы, и о тревожащихся в коридоре за детей женщинах, посмотрела на ожидающую моего решения директора и спросила:
— Светлана Владимировна, а есть дети из низших сословий, которые могли бы получить эту льготу, но набрали немного меньше, чем мы, баллов? Вы можете сказать?
— Конечно, — удивленно глянув на меня, директор зашуршала бумагами на столе. — Иванов, Степанов по 96 баллов, Михайлов — 95. Они простолюдины. Претенденты в старшую школу. Тимофеева также из простолюдинов. У нее 86 баллов. Претендент в начальную, — подняв взгляд на меня, она нахмурилась и добавила: — Разумеется, мы не делаем различия между старшей и начальной школой. Льготные условия получает тот, кто набирает наивысший балл. Вы и ваши сестры занимаете первые три места в списке кандидатов на бесплатное обучение.
— Я имею возможность оплатить и учебу сестер, и свою, — негромко сказала, пристально глядя в глаза женщины. — Светлейший князь даровал шанс одаренным детям получить великолепные знания в вашей школе и послужить на благо. Империи нужны на службе лучшие из лучших. Я откажусь. Уверена, на моем месте любой дворянин поступил так же.
— Похвальное решение. Дворяне всегда отказываются, но я обязана предложить, — уважительно закивала директор. Примолкнув на мгновение, она наморщила лоб, а затем сказала: — Софья Сергеевна, я знаю, что у вас недавно умерла матушка. Примите мои искренние соболезнования.
Сухо кивнув, я вопросительно посмотрела на женщину.
— Для учащихся начальных классов, так же, как и для старших, имеется возможность проживания в очень хорошем общежитии на территории школы. Комфортные номера на двоих, пятиразовое питание, организация досуга после уроков. У деток будут кураторы. С ними с первого дня начнут работать логопеды и психологи. Выходные можно проводить дома. Если вы позволите, — она на мгновение замялась, — как опытный педагог я бы рекомендовала проживание ваших сестер в нашем общежитии.
