Юношам же, в отличие от девушек, похоже, на состояние моего рода было искренне наплевать. Широко улыбались практически все. Некоторые парни даже вставали с места и, проявляя учтивость, галантно кланялись. Кивая в ответ, я сохраняла невозмутимое спокойствие. Ледышка — этот образ мне очень хорошо знаком.
Так — с… Похоже, придется побороться среди дам за место под солнцем. Ну, или смириться и не вылезать из тени.
С присущим мне хладнокровием я открыто встретила язвительные улыбочки, которыми пытались уколоть несколько одноклассниц. Активных недоброжелательниц пока было трое. Четвертая же, сидящая среди них, смерила меня презрительным взглядом с головы до ног.
«Местная королева. Могут возникнуть проблемы, — взяла на заметку я, мельком глянув на красивое, но высокомерное личико, и неспешно села за парту. — Смотрины окончены. Первые недруги проявились. Интересно, что будет дальше».
Подняв взор на педагога, я приготовилась слушать лекцию по абсолютно чужой для меня литературе.
Глава 10
Божественные ароматы витали в воздухе. Звучал смех и звон посуды. Учащиеся старших классов обедали. За четырехместным столиком я так привычно сидела одна. Не прикоснувшись к вкусно пахнущему жаркому, отодвинула тарелку. Еду готовили в «Эвересте» действительно великолепно, но есть мне сейчас не хотелось.
Не прошло и минуты, как прибежала девушка в белоснежном переднике. Придерживая одной рукой серебристый поднос, она ловко поправила сбившуюся набок кокетливую шапочку. Сноровисто поставив предо мной тарелочку с парочкой круассанов и большую обливную кружку, оглядела столешницу. Не произнеся ни слова, труженица мгновенно забрала полные тарелки. После пожелала приятного аппетита и умчалась в сторону кухни. Обслуживание в школьной столовой, как и еда, на высоте.
Маленькими глоточками я пила обжигающе горячий шоколад и размышляла. Шел четвертый день учебы. Близняшки звонили исправно. Слыша их неподдельно счастливые голоса и восторженные рассказы, искренне радовалась за девочек. У них все шло гладко. О себе подобного я сказать не могла.
Нет, с учебой затруднений не возникало: многое из точных наук я помнила, а новое усваивала хорошо. И можно было бы обманывать и считать, что все идет по плану, но врать самой себе последнее дело. Проблема есть.
Одноклассницы меня бойкотировали. Я приближалась — они замолкали. Конечно же, я гордо расправляла плечи и проходила мимо. Почему так, не понимаю. Причин для подобного отношения я просто не видела. Предсказуемо вели себя «местная королева» и ее свита. Шушуканье, смешки в спину, кривые усмешки и многозначительные ухмылки — всем этим меня с избытком потчевала высокородная дворянка с подругами.
С каждым днем росло желание больно щелкнуть породистую зазнайку по носу. Но я стойко терпела и не реагировала. Конфликты с подобной особой к хорошему не приведут.
А еще я искренне пыталась понять, почему со мной не общаются остальные девушки. Может, присматриваются? Я думала, но ответа не находила. Чувствовать себя серой мышью среди затаившихся кошек то еще удовольствие.
С одноклассниками таких проблем не возникало. Активного пренебрежения я не замечала, напротив, видела заинтересованность со стороны противоположного пола. Вот и сейчас в который раз поймала на себе взгляд. На меня с интересом посматривал широкоплечий, темноволосый парень с удивительно красивым цветом глаз — васильковым.
Привычно сделала вид, что ничего не замечаю. Это уже стало обеденным ритуалом. А вообще чертовски приятно: я в одиночестве за столом, юноша в окружении парней и явно симпатизирующих ему девушек, но смотрит на меня… Кого же он мне напоминает?
Попыталась вспомнить, у кого видела такие черты.
— Приятного аппетита, Софья, — выдернул меня из раздумий девичий голос. — Вы позволите сесть с вами?
Ух ты! Первый раз за обедом ко мне кто — то подошел! Что это в лесу сдохло?!
Подавив изумление, я подняла взгляд от напитка. Возле стола стояла… одна из одноклассниц. В руках рыжеволосая, кудрявая девушка, имени которой я до сих пор не знала, держала кружку и тарелочку с круассанами. Глянув на сидящую за соседним столом группу девушек, она нервно закусила губу и вопросительно посмотрела на меня. Спустя мгновение застенчиво — робкая улыбка озарила симпатичное личико с россыпью веснушек.
— Присаживайтесь.
Девушка аккуратно поставила кружку и тарелочку на стол, а затем села на стул с полукруглой спинкой. Глубоко вздохнув, посмотрела на меня и негромко сказала:
— Разрешите представиться: потомственная дворянка Екатерина Федоровна Тимирязева, — примолкнув на мгновение, неожиданно добавила: — Я давно хотела подойти познакомиться. Боялась, что откажете.
— Почему вы так решили, Екатерина? — спросила, не скрывая удивления.
— Не обижайтесь, пожалуйста, — взгляд девушки наполнился тревогой, — но вы как прекрасная ледяная статуя. Красивы, холодны и неприступны. Многим кажется, что вам совсем не интересно и не нужно общение.
«Елки — палки, я мучилась, а все оказалось так просто! Дура набитая!» — мысленно застонала я.
Улыбнулась, посмотрев на девушку. Не сдержав облегченного вздоха, Екатерина медленно перевела взгляд на столешницу. Помолчала, а после, внезапно став серьезной, тихонько произнесла:
— Мы все знаем о вашей утрате… Примите соболезнования.
— Благодарю, — я тепло улыбнулась девушке и мысленно дала себе подзатыльник.
Меня считали ледышкой и боялись, но одновременно проявляли тактичность. Как я не догадалась об этом, непонятно. Школьники оказались сложнее, чем предполагалось.
Мило и застенчиво улыбнувшись, Екатерина отпила из чашки, видимо, подыскивая фразы, чтобы начать беседу.
Растерявшись от неожиданных новостей, я не торопилась начинать разговор. Чувствуя на себе взгляд, коротко усмехнулась и медленно повернула голову. Рядом со столиком парня стояла наша «королевишна» и что — то рассказывала. Юноша изредка ей кивал, но смотрел на меня. Впервые встретившись с ним взглядом, я мгновение помедлила, а затем обворожительно улыбнулась.
Я не ледышка! Я живой человек!
Застыв со стаканом апельсинового сока в руке и, кажется, позабыв, как моргать, юноша неверяще посмотрел на меня, и вдруг его чувственные губы медленно расползлись в улыбке. Разглядев чудные ямочки на щеках, я внезапно обнаружила, что в горле пересохло, а сердечко часто — часто бьется.
— Софья, беда будет. Теперь — то вы точно нажили себе врага, — вернул меня в реальность тревожный шепот одноклассницы.
— Вы о чем? — искренне удивившись, спросила я.
— Стрелецкая злопамятна, — сказала, наклонившись над столом Катерина. Видя непонимание на моем лице, добавила: — Вы не знаете… Михаил Потапов — парень, что который день с вас глаз не спускает — завидный жених. Боярыня Стрелецкая по нему сохнет. Ни для кого это не секрет. Вы на него не реагировали, так она просто на вас недовольно шипела. Мы с вами из древних родов, но… Когда нет денег, не больно — то жалуют те, кто богаче. Сами знаете, — она нахмурилась и замолчала.
— Судя по имени, он из простых, — взяв чашку, я задумчиво ее повертела.
— О! Тут все не так однозначно. Михаил — легенда нашей школы. Многие девушки, даже из высокородных, желают его внимания, — блестя глазами от возбуждения, делилась информацией Катерина. — Потапов не просто красавчик. Он очень умный и одаренный, на всех экзаменах набирает сто баллов. Никто не осмеливается бросать ему вызов на дуэли. Ни в физических, ни в магических поединках ему у нас нет равных. Он вообще первый, кто четыре года подряд одерживает победу в весеннем турнире, — закончила она с искреннем уважением.
— Уникальный парень, — усмехнулась я. — Да вот только простолюдин… — многозначительно посмотрела на одноклассницу.
— Все так да не так, — хитро прищурилась девушка. — Он Михаил Михайлович, но бастардам всегда вместо отчества отца дают их собственное имя. Теперь факты. Во — первых, он очень, очень богат. Во — вторых, действительно пользуется авторитетом не только у школьников, но во многих родах. Сам заслужил. А в — третьих, — девушка таинственно примолкла. Достав из кармана пиджака телефон, быстро поводила пальчиком по дисплею. Хмыкнув, повернула экран ко мне.
