скорее всего, в бою или сразу после него им придется приготовляться к Трансформе и проводить ее.
А значит, Великая Машина будет работать с максимально возможной нагрузкой, меняя режимы. Ведь ее для того и сотворили.
– Ничего, – дрожащими губами произнес мастер Тотта, погладив бок реторты с кипящей голубой жидкостью, потом блестящий медный экран над проводником, потом сам рубильник. – Мы справимся. Мы не подведем.
Грохот, ослабленный стенами, уже не умолкал, удары сыпались на Твердыню один за другим. За окнами потемнело, машинные залы освещали только реторты с фосфоресцирующими растворами, зато молнии и сталкивавшиеся чары за окнами вспыхивали ослепительно, и куда ярче светились обычно бледные проводники, исчертившие небо над крепостью.
Тотта как раз переключал режимы у главного проводника в девятом зале, когда очередной удар разнес вдребезги огромный стеклянный купол над его головой и тысячи раскаленных осколков посыпались в зал, накрыв огненным дождем и часть Великой Машины, и самого мастера…
* * *
– Чего мы ждем, братья и сестры? Долго еще тут торчать?..
Летающие кресла в беспорядке стояли на каменной площадке, нависающей над отвесным склоном Рога Огненного Зверя. Над столиками, уставленными вазочками с фруктами и сластями, возвышалась такая же отвесная стена, а за ней ввысь уходила струйка черного дыма, тянувшаяся из вулканического жерла.
Кругом бушевал ледяной ветер.
– Тут неуютно, братья. Холодно и скучно. Долго еще, ну?..
– Экая ты нетерпеливая, Волна! Не от нас же зависит, разве непонятно?
– Но можно подождать и в более приятном месте! – Светловолосая дева скривилась, глотнула из кубка вина, над которым поднимался горячий пар. – Терпеть не могу такую серость!
– Ничего, скоро будет горячо, – пообещала смуглая брюнетка, в пышной прическе которой то и дело мелькали лиловые искры. – Мы им всем покажем… всем отомстим!
Рыжебородый крепыш в вычурных латах поморщился. В одной руке он держал кубок устрашающих размеров, в другой – надкушенное яблоко.
– Молния, месть оставим на потом. Прежде всего дело, разве не так? Пусть этот идиот, – кубок небрежно качнулся в сторону громадного черного вихря, утюжившего вдалеке каменистое плато, – вымещает гнев на людских волшебниках, пусть! Он стал слабее без своих родичей, пусть еще потратит силы…
– Да, но и мы их не получили, тех родичей, – проворчала Волна. – Напомнить почему?
– Мы их не получили, – внушительно сказал Мастер Камней, – но мы не многое потеряли…
– Да-а?..
Мастер Камней смутился, обычная самоуверенность на миг слетела с него.
– Н-ну… Согласен, это был исключительно сильный амулет. Но мы знаем, где он! И теперь только мы сможем до него добраться, больше никто. Так что, – рыжебородый вновь воодушевился, – можно сказать, мы просто положили его под замок. Временно.
– Умеешь ты утешить, – хмыкнула Радуга. – Однако эти людские маги, право, не так уж никчемны – видали, что они понаставили в аэре? Зачем только, непонятно. Словно каркас для еще каких-то чар, куда более сложных и тяжелых…
– Ах, да какая разница, сестра! Разве они могут нам помешать? Главное, что нас тут уже не будет!.. – донеслось с разных сторон.
– Так мы можем подождать где-то, где теплее и светлее? – возвысила голос Волна. – Хотя бы вышвырнуть этих людишек из наших прежних покоев в Твердыне…
– Нет!.. – раздраженно ответили сразу несколько голосов, а Молния добавила:
– Ты разве не чувствуешь, как внутри мира сила волнуется? Те, в пирамидах, тоже готовятся. Мы должны ждать и не пропустить их удар, иначе все зря!..
Светловолосая Волна надулась, замолчала, но невольно бросила взгляд на вершину Рога Огненного Зверя. Там, в вышине, где не бывал еще ни один смертный, над самым жерлом серебрилась тонкая сеть, зацепившаяся прямо за каменные выступы, будто паутина, сплетенная гигантским пауком; в центре этой сети, над кипящей лавой, висело нечто, напоминающее здоровенную переливчато-золотую каплю; она колыхалась, играла веселым разноцветьем и изрядно отягощала сеть.
Сгусток заклятий, куда вложили силу все Стихии, сжатый так, что плотнее уже и не бывает. Как только их враги на Дальнем Юге сделают свой ход, пробивая путь к по-прежнему невиданным запасам мощи, скрытым в Араллоре, «капля» преобразится и ударит здесь. Потревоженная изнутри сила поможет ей заново открыть ход, дважды уже запечатанный.
И вовсе необязательно для этого чертить безумную магическую фигуру во все плато, как это делала та чародейка, Северная Ведьма. Совсем необязательно.
– А Темный разошелся, – заметила Молния, потягивая из высокого бокала нечто темно-синее. Над равниной сгущались сумерки, и полыхающие в Твердыне пожары стали куда виднее.
– Пусть его, – усмехнулся Камень, но тут склон под ними содрогнулся, а из жерла Рога вырвался клуб черного дыма.
– Кажется, начинается! Братья, сестры! Приготовьтесь!..
Глава XXVI
«Боевой молот? Но я не кузнец, не оружейник… Как его ковать?..»
«И я не кузнец, Золотая. Однако нам нужно оружие, которым мы сможем сокрушить преграду, стоящую меж нами и силой нашего мира. И которое позволит отстоять эту силу».
«Д-да… но…»
«Оголовок у нас есть, осталось сделать из него оружие. Ты понимаешь, о чем я?»
Она помолчала, обдумывая его слова.
«Понимаю, Ворон. Однако это очень опасно».
«У нас нет иного выхода, – Ворон вздохнул. – Путь, на который мы встали, короток и прям, как меч. И так же остер. Мы должны биться здесь и сейчас тем, что у нас есть, и выдержать. Иначе…»
«Иначе погибнет Араллор, – закончила она. – Что ж, Ночной летун, тебе начинать, а я помогу».
Ворон очутился внутри великой пирамиды, лишь подумав об этом (и снова испытал мальчишеский восторг). Мир, который он ощущал, будто видел сотнями глаз, никуда не делся, он по-прежнему шумел, сражался, умирал, жаждал, любил – но будто отодвинулся в тень. А перед Вороном, шипя и роняя багряные искры, вращался шар темного пламени, висевший над полом пирамиды, – сила Великого Темного, ее квинтэссенция, плененная магической фигурой.
Фигурой, измысленной и вычерченной смертными. Да, иной раз смертные умеют удивить богов…
Ворон протянул руку – из шара выхлестнул темный протуберанец, ударил, будто разъяренный тигр лапой, попытался достать врага. Эту неистовую силу придется каким-то образом приручить, обмануть, утихомирить.
Ибо она имеет сродство с тем золотым морем, что плещется внутри Араллора; они устремятся друг к другу, притянутся, стоит только показать путь. Без силы Древнего бога ход внутрь мира не пробить.
Но Златокрылая права: Великого Темного эта сила притянет тоже и может вернуть ему власть над утраченной было мощью.
«Нам понадобится все, что у нас есть. Вся сила пирамид, вся сила Великого Дракона, вся наша сила. Иначе нам это оружие не удержать».
«Я согласна, Ворон. Начинай, сейчас твое время».
И правда – снаружи уже сгустилась ночная тьма.
Ворон –
