суставчатые конечности, сжимавшие самое разнообразное оружие, дернулись раз, другой – и застыли, а нить за считаные мгновения проредила толпу конструктов и наконец угасла.
Из двух десятков тварей уцелело не более пяти, двух свалил еще один арбалетный залп, на сей раз безо всякой огненной нити, а остальных с видимым удовольствием покрошила секирой валькирия.
– Однако, – пробормотала потрясенная Клара.
Надо будет после боя поговорить с этими эльфами! Она в жизни такой волшбы не видела!..
Кристаллы стали угасать: они вместили в себя столько чар, сколько смогли.
– Уходим, – приказала Клара.
Однако легко уйти не получилось, крепость заинтересовалась пришельцами всерьез.
Едва Клара со спутниками отошли от Древнего бога на заметное расстояние и замешкались, перебираясь через какую-то особенно глубокую расселину, как перед ними возник – именно возник, будто из воздуха соткался, – молодой рыжий парень, крепкий, высокий, но в совершенно истрепанной одежде и с такой странной улыбкой на лице, что Клара невольно сделала шаг назад. Так обычно улыбаются сумасшедшие – сами себе, словно бы только им слышимому голосу.
Райна уже стояла рядом, сжимая рукоять секиры.
– Кто вы? – спросила Клара резко. – Что вам нужно?
Вместо ответа юноша взмахнул рукой.
Клару будто кто-то схватил за горло: она не могла сделать вдоха, не могла вывернуться из невидимой хватки; валькирия тоже пошатнулась, черты лица мучительно исказились. Чары рыжего незнакомца даже не имели видимого воплощения, он творил их одной силой мысли, не пытаясь придать им форму. Противостоять такому куда сложнее, но Клара все же сумела взмахнуть шпагой – взмах вышел неуверенный, в глазах уже потемнело, ноги подгибались, – и с кончика клинка сорвалось прозрачно-багряное полотнище проявляющих чар, почти мгновенно обрисовавшее в воздухе темно-багровые, будто из живых жил состоящие жгуты, и все они тянулись от рыжего мага.
Клара рухнула на колени: волшба, даже при помощи рубиновой шпаги, отнимала последние силы. Еще один взмах – как же тяжело!.. – и клинок обрушился на жгут, обвивший Кларину шею; зачарованное оружие должно было перерубить чужое заклятие или хотя бы ослабить, но шпага лишь бессильно соскользнула в сторону.
Пальцы разжались, бесценное творение оружейника Темедара со звоном покатилось по черным камням.
«Неужели все кончится вот так?.. – пронеслось у Клары в голове. – В каком-то непонятном мирке, вдали от родного дома…»
И тут ее ослепила оранжевая вспышка – такая, что глаза застили цветные пятна. Удавка, сдавливавшая шею, тут же спала, Клара сделала судорожный вдох, закашлялась, оперлась о землю, не имея сил подняться.
Обернулась: темный эльф Ульвейн стоял, направив ввысь арбалет… точнее, его дымящиеся остатки. Похоже, та магия, что сожгла заклятие рыжего, сожгла и оружие эльфа, опалила его боевые рукавицы, а сам он все еще жмурился, не решаясь открыть глаза.
– Не мог предупредить, Ульв! – возмутился часто мигавший Омейн.
– Как? – ядовито откликнулся товарищ.
Рыжий маг обратился в весело горящий костер, только Клара не обманулась: полыхал отпорный щит, которым противник успел прикрыться; еще немного, и огонь спадет, и придется снова отбиваться.
Да уж, сильны они там, в этой крепости!..
Клару подхватили под мышки сильные руки, поставили.
– Обопритесь, кирия. – Райна обняла волшебницу за плечи, повела было, но Клара высвободилась.
– Не надо, Райна, я могу сама… Отступаем, друзья! Не мешкаем!
– Бежим! – прибавила валькирия.
Бежать по изрезанному трещинами, усыпанному обломками скал и щебнем плато было трудно, однако это все же выходило куда быстрее, чем пробираться таясь от укрытия к укрытию. Клара уже видела свой отряд, собравшийся возле того места, где они ступили на Араллор, видела, что все готовы возвращаться, но, увы, рыжий чародей освободился раньше, чем они сумели скрыться.
Камни под ногами четверых беглецов вдруг с грохотом зашатались, задвигались и поднялись в воздух.
Клара отпрянула назад, но не удержалась, покатилась по земле – и неминуемо свалилась бы в образовавшуюся яму, если бы ее не удержала Райна, сама упавшая на одно колено. Эльфы и те при всей их ловкости едва устояли.
– Такого я еще не видел! – хмыкнул Ульвейн, подняв голову. – Надо будет рассказать нашим…
Камни вокруг расшатывались, со страшным треском выламывались из земного ложа, плавно поднимались, похожие на огромные черные зубы, и повисали в воздухе – на разной высоте, перегораживая беглецам путь.
– Да что же это… – пробормотал Омейн.
Клара вскочила, уперлась в ближайший к ней «зуб», замерший на уровне груди, – он даже не шелохнулся. Пробить дорогу? Исключено, на противонаправленные чары уйдет слишком много силы. Она подняла голову к темнеющему пасмурному небу. Левитация? Возможно, но… Камни, будто угадав ее намерение, со стуком сдвинулись, смыкаясь, закрывая и небо, и остатки света.
– Кирия, он нас замуровать хочет? – удивилась Райна.
– Знать не знаю, чего он хочет, – огрызнулась волшебница. – Омейн, Ульвейн! Руки давайте!
Эльфы сразу сообразили, что от них требуется: кольцо магов куда более могущественно, чем те же маги поодиночке. Клара сжала эфес верной шпаги, выпрямилась. Динамические чары – одни из самых простых и подвижных, вот только мощность их зависит от силы, приложенной чародеем, экспоненциально, то бишь, чтобы переставить бочонок с пивом, хватит и ученика чародея, а чтобы переставить десяток бочонков разом, лучше позвать двоих умелых магов. Потому-то в Упорядоченном так и не перевелись ни грузчики, ни ломовые извозчики…
Клара почувствовала, как на ее плечи легли узкие ладони – эльфы делились силой легко, словно у каждого в запасе был целый океан. Перворожденные, одно слово! Аж завидно… Зато магия их эльфья – особая, сродственная всему растущему – однобока, и никогда эльф-чародей не сравнится с человеком-чародеем по разнообразию и гибкости заклятий. Ну, наверное, почти никогда…
Волшебница встряхнулась. Пора дело делать, подруга, выбираться из ловушки! Может быть, рыжий безумец ожидает, что Клара Хюммель начнет разбивать камни, плавить их огнем, дробить, – но нет, боевые маги Долины далеко не всегда идут напролом.
– Мы поступим хитрее… – Клара вскинула шпагу и прямо в воздухе принялась чертить знаки: сложная, многосоставная руна, сверху – еще руна, когда и эта потускнела – еще… Подобные рунные конструкты иногда способны заменить магическую фигуру, а именно это сейчас и требовалось: времени не хватало, зато силы, благодаря эльфам, было в избытке.
Требовалось расшифровать, хоть в общих чертах, чары рыжего безумца, чтобы – нет, вовсе не снять. С этим Клара бы сейчас не справилась – слишком искусен рыжий и, чего уж там, силен. Но она могла попытаться понять, как они работают.
Ага! На пятой руне среди плотно парящих каменных «зубов» появились призрачно светящиеся натянутые нити – то, что Клара искала, пусковые механизмы чар Безумного Бога. Кончик рубиновой шпаги зацепил одну из
