сгенерировать.
То же самое и с разрекламированной дальнобойностью этих пушек. Да, в принципе они могут выстрелить на десять световых минут — чуть больше астрономической единицы. Только к моменту, когда заряд (потерявший в процессе около 99% мощности) на такую дистанцию доползёт — сражение давно уже закончится. Практической надобности ни в тех, ни в других табличных достижениях нет никакой — поэтому когда строили «Победы» и «Имперские», от них отказались в пользу более простых и дешёвых XX-9. Которые не могли ставить таких рекордов, зато гораздо лучше и надёжнее выполняли основную задачу — сбивали вражеские щиты, крушили броню и выжигали планеты. Уныло, но практично.
Но для уничтожения генераторов щита на поверхности планеты эти рекордные орудия оказались весьма полезны. Торпеды открывают брешь в щите на секунды, иногда на доли секунды. За это время более одного выстрела не сделаешь в принципе. И лучше, чтобы этот один был помощнее — генераторы обычно хорошо защищены. А аномально высокий расход тибанны… граждане, да кому какое дело, когда мы говорим о танкере почти восьми километров в диаметре⁈
Поэтому в направлении каминоанского флота стартовали пять сотен торпед, каждая размером с приличный корвет. В отличие от обычного массированного торпедного залпа, здесь каждая наводилась индивидуально, собственным оператором, при поддержке мощнейшего компьютера. Так что уклониться от них было сложнее, чем обычно.
А десяток турболазерных орудий открыл огонь пусть и не на максимальной мощности, зато с пулемётной (в сумме) скорострельностью. Их огонь также координировался с высокой точностью, каждое орудие перекрывало свой сектор пространства.
Полмегаметра за секунду натянули
Сто петаджоулей энергия на дуле
Пять тысяч выстрелов в минуту — ОЙ НЕ МАЛО!!!
Порвет на месте, будь хоть Реван ты, хоть Малак!
«Имперские» тем временем, разделившись на две группы по пять кораблей, начали обходить противника по широкой дуге, чтобы зайти ему в тыл. Парадоксально, но эти массивные космические титаны оказались самыми быстрыми тяжёлыми кораблями на поле боя — даже быстроходные «Щедрые» им уступали, хотя и совсем немного. Питта приказал им открыть огонь с дистанции в мегаметр, когда выйдут на нужную позицию.
Против лома нет приёма, если нет другого лома. Торпеды Сферы Тренч встретил… торпедами же. На «Предусмотрительности» пусковых шахт тоже было более чем достаточно — 102 штуки, итого 408 в залпе. Противокорабельные торпеды, конечно, совсем не предназначены для перехвата других торпед — но это касается обычных, равных или уступающих по тоннажу. А гиганты, выпущенные Сферой, были для них вполне подходящими целями.
Проблема (для них, не для Питты) была в том, что вероятность успешного перехвата составляла примерно 75 процентов. То есть успешно перехвачено будет где-то около трёхсот торпед Сферы. Две сотни дойдут до целей, выпустить и навести второй залп «Предусмотрительности» уже не успевали. А для полного уничтожения любого корабля КНС с избытком хватит ОДНОЙ протонной торпеды такого калибра. Больше их перехватывать было нечем. Залпы турболазеров по активно маневрирующим противопланетным снарядам не попадали, а огня лёгких скорострельных лазеров они просто не замечали.
По всему выходило, что когда «Имперские» доберутся до цели, стрелять им будет уже не в кого. Щиты одного из «Барышников» стремительно подыхали под огнём турболазерного комплекса Сферы, но это была мелочь, незначительное приятное дополнение.
В последний момент все корабли Тренча ушли в микропрыжок, спасаясь от взрывов. Судя по всему, он был у них предпросчитан. Разумно, учитывая, что даже при наличии хорошей противоторпедной обороны, вероятность прорыва двух-трёх боеголовок просто по теории вероятности никто не отменял. А с учётом их мощности — даже одна-две могли наделать дел.
«Мы стреляем целыми городами», — подумала про себя Девятая. Питта буквально давил Тренча экономической и производственной мощью Империи. Его оружие не было более совершенным технически, и уж тем более не имело более опытных операторов. Оно просто было гораздо дороже. Империя могла позволить себе выбросить на мелкий локальный конфликт больше средств, чем у всех мятежников было за всю их историю в сумме.
Совсем уж впустую расточать средства вице-адмирал не собирался, поэтому он, слегка пожав плечами, приказал вернуть уцелевшие торпеды в гнёзда для дозаправки. Девятая чувствовала его уверенность, что противник скоро вернётся, и тогда уже с ним можно будет расправиться.
«В конце концов, это им надо нас остановить, а не нам — их. Каждая минута, когда они от нас бегают — это минута, на которую мы приближаемся к Камино».
Спустя примерно час стало ясно, на что рассчитывает Тренч. Пользуясь тем, что он успел досконально изучить карту гиперпространственных радиационных полей в системе, адмирал мятежников без зазрения совести скакал вокруг неповоротливого флота Питты, который не мог себе позволить даже один микропрыжок, не рискуя снова нарваться на гравитационную мину. Он выпускал торпеды и истребители, уходил, возвращался, чтобы подобрать истребители и выпустить новые торпеды, уходил, заправлял истребители, возвращался, выпускал их вместе с новой волной торпед…
Питта потихоньку закипал. Никаких серьёзных повреждений его корабли ещё не получили, но потрачено было уже около тысячи планетарных торпед, а проклятый паук тоже не понёс никакого ущерба. Пусть у каминоанцев неизмеримо меньше ресурсов, но у них эти ресурсы были под рукой, на расстоянии одного микропрыжка, а имперцы, хоть и привезли с собой очень много, для их пополнения вынуждены были бы уходить в межгалактический рейд.
Не добавляли хорошего настроения и грамотно расставленные мины обычные, действовавшие в трёхмерном пространстве. Как вскоре выяснилось, Тренч расставил их предостаточно, и хотя уничтожить или хотя бы необратимо вывести из строя тяжёлые Разрушители им было не под силу, но постоянные сообщения о взрывах и попаданиях вскоре довели Питту до белого каления.
Избежать повреждений было теоретически нетрудно — всего лишь тщательно сканировать пространство перед собой и уничтожать всё, что даст хотя бы слабый отблеск. Но это бы ещё больше замедлило продвижение эскадры и дало Тренчу больше времени, чтобы «покусывать» её своими периодическими набегами.
Девятая подумала, что она в принципе могла бы обнаруживать мины с помощью Силы. Но во-первых, предложение помощи от ксеноса, тем более мистической помощи, будет скорее всего презрительно отвергнуто Питтой. А во-вторых — обнаружить-то нетрудно, но как своевременно передавать сведения о найденных минах рулевым и канонирам на десятках кораблей? Боевой медитацией она не владела, а устно диктовать координаты в микрофон — слишком медленно, информация успеет устареть.
— Вице-адмирал, — самым невинным тоном поинтересовался Фетт. — А вам не приходило в голову, что в эти игры можно играть вдвоём?
— В какие ещё игры? — Питта посмотрел
