он за границей не останется.
— Откуда ты об этом знаешь? — спросил Малыгин.
— Между прочим, я хожу с ним в финскую баню и знаю его настроение. Володя мне прямо сказал, что за границу его не пускают те, кто думает, что он меньше их любит советскую власть и Родину.
Малыгин улыбнулся и, сняв трубку, доложил мое мнение Андропову.
В ответ Юрий Владимирович заметил:
— Я тоже считаю Володю настоящим патриотом. И, если комиссия откажет ему в выезде, это будет грубая ошибка, позор на весь Союз. Так что ты, Ардалион Николаевич, завтра на комиссии костьми ложись, но добейся положительного решения.
— Хорошо, я так и сделаю, — пообещал Малыгин и получил-таки “добро” в ЦК. Высоцкий съездил в Париж и вернулся в Москву, выразив свои впечатления о Париже и всей этой истории в своих известных песнях».
Вот одна из них — её можно назвать «Реквием лесу»:
Лукоморья больше нет,
От дубов простыл и след,
Дуб годится на паркет, так ведь нет.
Выходили из избы здоровенные жлобы,
Порубили все дубы на гробы.
Ты уймись, уймись, тоска,
У меня в груди,
Это только присказка,
Сказка впереди.
Нету мочи, нету сил,
Леший как-то недопил,
Лешачиху свою бил и вопил.
Дай рубля, прибью, а то,
Я добытчик али кто,
А не дашь, тогда пропью долото.
Я ли ягод не носил,
Снова Леший голосил,
А коры по сколько кил приносил.
Надрывался издаля,
Всё твоей забавы для,
Ты ж жалеешь мне рубля, ах ты тля.
И невиданных зверей,
Дичи всякой нету, ей,
Понаехало за ней егерей.
Так что, в общем, не секрет,
Лукоморья больше нет,
Всё, про что писал поэт, это бред.
Ты уймись, уймись, тоска,
Душу мне не рань,
Раз уж это присказка,
Значит, дело дрянь.
Кузница штирлицев
Друг не тот, с кем в праздник распевают песни,
И не тот, с кем делят чашу на пиру.
В трудную минуту с ним встречают вместе
Беды и потери, холод и жару.
Продержись хоть сутки под огнем в овраге,
Обойди экватор и полярный круг,
С ним глоток последний отхлебни из фляги,
И тогда узнаешь, что такое друг.
Михаил Матусовский
3 июля 1974 года четверо вооруженных преступников захватили самолет Як-40 и потребовали от экипажа лететь в Швецию. Бортмеханик, пытаясь оказать сопротивление, был ранен выстрелом в живот, одного из пассажиров ударили ножом. Однако экипажу удалось убедить террористов посадить лайнер в Москве под предлогом дозаправки топливом. По иронии судьбы самолет приземлился во «Внуково-2», где как раз собирались встречать генерального секретаря ЦК Болгарской компартии Тодора Живкова — ожидалось прибытие Брежнева и других членов Политбюро, на подъезде был министр внутренних дел СССР Щёлоков.
Самолет с заложниками стоял на дальней рулёжной дорожке, примерно в километре от пассажирского терминала. Угонщики поставили условие: полтора миллиона долларов. В противном случае они обещали взорвать самолет. Андропов дал указание провести операцию по освобождению пассажиров. После завершения официальной встречи министр Щёлоков и первый заместитель Председателя КГБ СССР Цвигун лично возглавили руководство операцией по освобождению заложников. Проблема заключалась в том, что действовать предстояло «с листа» — никаких структур антитеррора на тот момент ни в КГБ, ни в МВД не существовало. Когда офицер КГБ с чемоданом долларов двинулся в сторону самолета, террористы увидели его и открыли дверь. Операция завершилась в течение десяти минут. У самолета стоял густой оранжевый дым. Трупы двух террористов лежали возле двери — главарь угонщиков по фамилии Романов застрелился. Двух других, захваченных в салоне, выводили в наручниках. Ни один из пассажиров в ходе штурма не пострадал.
Вскоре генерал-майор Михаил Михайлович Милютин, начальник 7-го Управления (наружное наблюдение) КГБ СССР, был вызван к генерал-полковнику Семёну Кузьмичу Цвигуну, и тот без особых предисловий сказал: «Юрий Владимирович приказал создать боевую группу для противодействия угонщикам самолётов».
Особо было оговорено, что подчиняться это новое формирование будет непосредственно Андропову. 29 июля 1974 года Андропов подписал приказ 0089/ОВ об изменении в штатах 7-го Управления и утвердил Положение о Группе «А» 5-го отдела этого Управления. Этот день считается Днём рождения группы «Альфа».
В Положении говорилось: «Группа “А” выполняет специальные задания Председателя КГБ СССР по пресечению террористических, диверсионных и иных особо опасных преступных акций, совершаемых с целью захвата иностранных представительств, их сотрудников, особо важных объектов, а также членов экипажей и пассажиров транспортных средств на аэродромах, вокзалах, в морских и речных портах на территории СССР».
При этом Юрий Владимирович предупредил Милютина: «Командира я вам подберу сам». Ещё свежи были в памяти кровопролитные бои за остров Даманский. Тогда пограничники КГБ СССР приняли на себя удар китайцев и стояли насмерть до подхода основных сил. 5 сентября 1974 года по предложению Андропова командиром Группы «А» был назначен бывший начальник пограничной заставы Герой Советского Союза майор Виталий Дмитриевич Бубенин.
Первоначально Группа «А» насчитывала 30 человек. Костяк составили офицеры среднего звена — от старшего лейтенанта до майора. Главные критерии отбора: абсолютная выносливость, умение хладнокровно мыслить и действовать — даже под пулями. В числе трёх первых сотрудников был принят Сергей Александрович Голов. Как сообщили о нём из отдела кадров: «Врач, мастер спорта по самбо, физически развит, окончил медицинский институт, Институт физкультуры и Высшую школу КГБ СССР». Это два точных выстрела майора Голова, произведенных 28 марта 1979 года из бесшумного пистолета 6П9, завершили историю с попыткой захвата американского посольства в Москве. В тот день террорист Ю. Власенко, увешанный взрывчаткой, требовал незамедлительного выезда за рубеж…
Особое внимание в подразделении обращали на физическую и специальную подготовку. До автоматизма отрабатывали способы нейтрализации террористов в захваченном самолете. Все без исключения прыгали с парашютом, осваивали программу боевых пловцов. Могли управлять автомобилями любых типов, вести огонь из танков, БМП, БТР, учились поражать цели с первого выстрела, первой же очередью, — днем и ночью, на ходу, на звук, по вспышкам, на предельной дальности.
8 января 1977 года в 17.33 в вагоне московского метро на перегоне между станциями «Измайловская» и «Первомайская» взорвалась бомба. В 18.05 произошёл взрыв в
