class="p1">– Я надеюсь, что у вас всё будет хорошо, – голос хозяйки смягчился. – Ты перспективная девочка. А наивность – это один из немногих недостатков, которые обычно проходит с возрастом.
Она развернулась и вышла, оставив после себя лёгкий шорох ткани и ощущение прохлады, словно след от капли воды на коже.
Я обняла себя за плечи, пытаясь согреться. Тело сотрясала мелкая дрожь.
Обрисованные Риодеей перспективы, однозначно холодили кровь.
Да, я была готова отдать все за его спасение. Но даже не представляла себе размах этого «всего».. И остановилась бы я, если узнала о цене?..
Вновь опустившись на кровать, я придвинулась ближе к Дару. Несколько минут я просто смотрела на него – вглядывалась в каждую черточку лица, словно пыталась запечатлеть их в памяти.
Протянула руку и коснулась его кожи, затем спутанных серебристых волос. Он скоро проснется и это хорошо. Но между нами уже ничего не будет по-прежнему и это – плохо.
Было больно. Пронзительно больно – понимать, что, возможно, это последний раз, когда всё… вот так. Тихо. Спокойно. Без обвинений и выяснения отношений. Я себя не оправдывала – действительно я его обманула, и мне самой бы подобное было бы тяжело простить… Но я думала о ребенке и его безопасности.
Слезы снова катились по моим щекам, оставляя влажные дорожки. Я не могла остановить их даже когда Дар приоткрыл глаза. Его взгляд был мутным, усталым, с трудом фокусировался.
– Прости… – проговорила я. – Прости, я больше не буду никуда бегать… – рыдания сдавили горло, но я продолжила сквозь слезы. – От того, что я что-то предпринимаю, становится только всё хуже. Словно любой мой поступок – законченная глупость.
Его пальцы едва заметно дернулись, будто он хотел дотронуться до меня. Но он этого не сделал.
– Прости, – повторила я дрожащим голосом. – Я очень тебя люблю… Но я… я боялась за ребенка. В столице смена власти вряд ли бы прошла без беспорядков и… И я подумала, что нам лучше быть подальше от всего этого.
Он напрягся, будто не сразу понял, что я сказала, и тихо, еле слышно прошептал:
– Ребенка?..
Я снова всхлипнула, закрывая лицо руками, но потом медленно опустила их и посмотрела ему в глаза. Мне нужно было видеть его лицо, чтобы произнести это.
– У нас будет ребенок, – призналась я сквозь рыдания. Голос дрожал и срывался, но я не могла больше держать это в себе. – И я боялась, что если останусь, то потеряю и тебя, и его. И я не знала, как правильно поступить.
Дар прерывисто выдохнул. А потом медленно приподнялся и коснулся моего живота губами. Даже сквозь ткань платья я ощутила его прикосновение. Я крепко прижала его голову к себе.
До неудавшегося побега я думала, что сказать ему эту новость будет очень и очень трудно. Но слова так легко выскользнули… И ничего не произошло. На меня не упала мигом золотая клетка, наоборот, я будто скинула с плеч тяжелый камень.
Я сползла чуть ниже и крепко-крепко прижалась к сильному телу. Уткнулась носом в ямку возле шеи, пытаясь надышаться невероятно упоительным для меня ароматом этого мужчины. Поглаживая гладкую кожу на его руках, груди… Мои пальцы беспокойно метались, пока он не поймал мою руку и не прижался к коже губами.
– Тихо, – сказал Одар.
– Но…
– Ш-ш-ш, все хорошо. Молчи. И я помолчу. Возможно, это лучшее, что мы сейчас можем сделать.
Я только всхлипнула. Прикусила губу, чтобы сдержать судорожные вздохи, но они все равно вырывались из груди. Дар притянул меня ближе, и я замерла. Казалось, что хрупкость этого мгновения грозила рассыпаться от одного неверного движения.
– Прости, – повторяла я дрожащим голосом. – Прости… прости…
Я подняла голову, и наши взгляды встретились. В его глазах читалось всё: боль, обида, любовь. Я коснулась его губ своими – сначала робко, потом настойчивее, отчаянно прося прощения.
Он ответил. Со всей нежностью, на которую был способен. Моё сердце билось в унисон с его сердцем, страхи исчезли, остались только мы – два сломленных человека, цепляющихся друг за друга.
Его пальцы сначала мягко, потом настойчивее скользнули по спине, бокам, под ткань, едва касаясь кожи. Внутри всё сжалось, дрожь вспыхнула волной.
– Дар… – шёпотом сорвалось с моих губ, когда он коснулся моей шеи, оставляя влажный след и лёгкий укус. Он вдохнул мой запах, пальцы сжали талию, словно боясь, что я исчезну.
Но мне было мало этих прикосновений.
Я откинула голову, прижимаясь к нему всем телом, ощущая его дыхание, жадность прикосновений, его твёрдость. Он быстро стянул ставшую лишней одежду с нас. Мое тело покрылось мурашками и стало словно бы невесомым. Я вцепилась пальцами в его волосы и в плечи в попытке удержаться в этой реальности. В этот момент не существовало ничего, кроме нас двоих.
– Прости… прости… – шептала я, когда его губы снова нашли мои, теперь уже требовательно поцеловали.
Дар опрокинул меня на подушки, глядя мне в глаза, и его взгляд пронзал насквозь. Он двигался медленно, но настойчиво, словно искал в этом моменте близости спасение не только для себя, но и для меня. Я отвечала ему, выгибаясь, растворяясь в каждом прикосновении.
Мир исчез. Остались только дыхание, горячие ладони, влажные поцелуи. Тело отзывалось на каждую ласку, на каждый порыв страсти, пока мы оба не потерялись в этом вихре.
Когда всё закончилось, я осталась лежать на его груди, уткнувшись носом в его кожу. Его рука всё ещё покоилась на моём животе, медленно поглаживая его. Вверх и вниз, вверх и вниз… Ритм убаюкивал, и я не заметила, как начала засыпать.
А утром… Утром я проснулась одна.
Одар ушёл.
* * *
Сначала я ждала.
Хотя бы писем, а лучше его возвращения. Он же не мог меня просто оставить в здесь и уйти?
Мое одиночество скрашивали лишь Мареллина и Лаор. Впрочем, инкубу были интереснее красотки-наяды, а мою мышку Риодея познакомила с мэром Эльвиса, и тот, не будь дурак, едва ли не с песнями унес ту в свою канцелярию. Что-то у них там с бюджетами не билось и никак не могли понять, в чем дело.
А Марель денек посидела и поняла. После ее из канцелярии отнесли в казначейство. И в главный филиал ГТБ банка. И еще куда-то…
В общем, все были при деле, кроме разнесчастной ведьмы. Я честно попыталась занять себя уже знакомой работой и попросила у Риодеи помещение для варки зелий, но столкнулась с тем, что меня начало тошнить от слишком сильных ароматов.
Да и Хозяйка здраво заметила, что не все пары безвредны для малыша. Она же настояла на том, что мне нужно пройти обследование у лекаря. Тот подвердил беременность и сообщил точный срок, сказал, что мне можно заниматься магическими практиками, но нежелательно использовать чары выше шестого уровня искр. А по поводу зелий сообщил, что во втором триместре мое самочувствие должно стать гораздо лучше, и я смогу вернуться к ведьминской практике.
В итоге я осталась в Подводном дворце.
Госпожа Риодея настаивала на том, что в прошлый раз я совсем не успела как следует осмотреть Эльвис, подводный город, да и сам Озерный край. И раз сейчас я располагаю достаточным количеством времени, то будет грешно этим не воспользоваться.
И я, разумеется, согласилась. Тем более, что мне предложили занять один из особняков в верхнем городе. И он действительно был гораздо уютнее, чем потусторонние красоты в Озере.
Так что я гуляла, благо, ко мне приставили наяд, которые были готовы услужить. Хотите на дегустацию речных гадов? А на экскурсию на производство жемчуга? Или в речных садах прогуляемся?
Ну и вишенкой на тортике моей бесполезности стало то, что как только я пыталась колдовать, у меня начинало тянуть живот. Это пугало до такой степени, что я решила даже не пытаться призвать свои магические книги. Лишь регулярно созванивалась с обитателями поместья. От них же узнала, что лорд Ибисидский приезжал в поместье и даже спускался в подвал, к алтарю. Пробыл там час
