попали, либо промахнулись, - сказала Чику, сбитая с толку и встревоженная.
- Есть и третий вариант. Мы говорили о возможности, какой бы слабой она ни была, что у наших противников могут быть средства для детонации или нейтрализации своих ударных снарядов, если удастся договориться о каком-то перемирии. Дело в том, что у меня всегда была такая возможность. Мои кинетические снаряды - это не тупые пули - в них заложена логика. Я могу приказать им самоуничтожиться или изменить направление их полета с помощью импульсов управляемой микротяги. Последнее обеспечивает лишь очень небольшое изменение вектора, но на расстояниях в световые секунды или минуты этого обычно достаточно, чтобы изменить столкновение на промах или наоборот. Суть в том, Чику, что мои снаряды уже довольно давно находятся на курсе столкновения с голокораблями, но у меня есть возможность предотвратить это столкновение в последний момент, передав на них сигнал самоуничтожения. Я могла бы несколько раз нанести ответный удар по голокораблям, но в последний момент я всегда нейтрализовала свои снаряды. Хотели бы вы знать почему?
- Вы надеялись, что мудрость восторжествует, - сказала Чику. - Что они будут теми, кто отступит первыми.
- Да, это была одна из причин. Но я должна признаться, что мои действия были также окрашены элементом любопытства по отношению к Юнис. Как только вы упомянули о ее существовании, я не могла выбросить ее из головы. Часть меня хотела полностью уничтожить ее, но другая часть была столь же решительно настроена на то, что она не должна быть уничтожена, чтобы у меня был шанс поучиться у нее. Это была та часть, которая возобладала и направила мою руку, Чику. Я не осмелилась уничтожить голокорабли, пока она могла находиться внутри них.
- А теперь?
- Теперь я знаю, что ее никогда не было ни на борту одного из пяти судов, которые сейчас приближаются к нам. И это те корабли, которые в настоящее время бомбардируют нас. Возможно, они не могут остановить то, что уже запущено в действие. Но Крусиблу все еще причиняют вред, и достойная сожаления смерть некоторых из ваших товарищей высветила ограниченность моей защиты. Я отдаю себе отчет в том, что дальше есть другие голокорабли, которые, вероятно, наблюдают за событиями с помощью передач и датчиков дальнего действия и соответствующим образом уточняют свои собственные планы. Если на первых пяти кораблях есть замедляющие двигатели, думаю, весьма вероятно, что и на других голокораблях они тоже есть. Будете ли вы оспаривать это?
- Я не могу.
- Хорошо, мой следующий тезис будет гораздо более понятным, если вы согласитесь с первым. - Арахна, которая все время, пока говорила, стояла лицом к окну, теперь повернулась, чтобы встретиться с Чику лицом к лицу. - Эти бомбардировки не могут продолжаться, Чику, и мы не можем допустить возможности того, что вторая волна голокораблей предпримет аналогичную атаку. Должна быть проведена черта.
- Уничтожив голокорабль.
- Нет, - мягко поправила Арахна. - Уничтожив три. Один стал бы двусмысленным - это могло бы выглядеть как удачный удар. Два было бы лучше, но все равно это не было бы тем решительным жестом, которого я добиваюсь. Три - идеальное число. Это демонстрирует как ужасную силу, так и ужасное милосердие. Если я могу уничтожить три, то я явно способна уничтожить пятерых, и все же я решила этого не делать. Вместо этого я решила пощадить жизни - проявить милосердие и прощение! Есть сила в том, чтобы не быть сильной, как вы так красноречиво заявили.
- Я не это имела в виду!
- Возможно, и нет, но моя интерпретация в равной степени верна. События вынудили нас к этому, Чику. Я бы очень хотела, чтобы было иначе, но я не буду стоять в стороне и смотреть, как убивают этот мир. Нельзя, чтобы видели, что я ничего не делаю.
- Кто увидит? - Но как только Чику сформулировала вопрос, она смогла ответить на него сама. - Хранители. Вы думаете, что они наблюдают за вами, проверяют вашу реакцию. Вы думаете, что вас осуждают.
- Я несу ответственность, - сказала Арахна, - как и все мы. Я - продукт человеческого ума, как и голокорабли. Так же как и ваши танторы и ваша Юнис. Никто из нас не безупречен. Никто из нас не освобожден от ответственности. И уж тем более не вы.
- Вы явно приняли решение. Я защищала ваше дело, пыталась склонить их к миру. Чего еще вы хотите от меня?
- Ваше указание, - сладко сказала Арахна. - Будут уничтожены три голокорабля. Но решение о том, какие два не будут уничтожены - это решение может быть вашим. Мы уже обсуждали вероятные наименования пяти голокораблей.
- Нет, - сказала Чику. - Я не стану вам в этом помогать.
- Вы не так поняли. Я уничтожу три, что бы ни случилось - я уже сделала свой предварительный выбор. Но я даю вам возможность решить, какие два будут жить. Что бы вы предпочли, Чику? Что это решение будет принято машиной, без учета жизней и возможностей, содержащихся в этих сосудах? Или что человек должен иметь какое-то право голоса в этом вопросе? Человек, который что-то знает о караване, человек, который путешествовал между голокораблями, жил и дышал их воздухом? Человек, который увидел их изнутри, почувствовал их индивидуальные сильные и слабые стороны? Человек, чья проницательность могла бы каким-то незначительным образом оказаться полезной для мирного процесса? Мы все хотим мира - я думаю, мы можем договориться об этом. Я достигла предела своего понимания человеческой природы. Но у меня все еще есть вы.
- Нет, - повторила она.
- Эти пять судов - "Малабар", "Маджули", "Укереве", "Нетрани" и "Шрихарикота". У вас есть чуть больше трехсот секунд, чтобы выбрать те два, которые будут сохранены. Если вы не примете свое решение, я буду вынуждена принять свое собственное решение, и будет слишком поздно менять свое мнение. У вас есть пять минут, чтобы направить мою руку. Используйте это время с толком, Чику.
- Я ошибалась на ваш счет, - сказала Чику.
- В каком смысле?
- Вы начинали мне нравиться. Я начинала думать, что вы не тот монстр, которого я боялась.
- Никто из нас не монстр, Чику. Мы все просто пытаемся наилучшим образом использовать нашу необычную натуру.
ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ
Когда момент выбора миновал, решение было
