Начиная с того дня, как корона Алвалена стала принадлежать ему, Тень начнёт возвращать себе прежнее величие и власть.
– Ваше величество? - встревоженный голос леди Тараим вывел его из размышлений. Кажется, она заволновалась по поводу его изменившегося выражения лица. Да, при мысли о своей вине, он значительно помрачнел. - Что-то случилось, ваше величество?
– Нет, леди Тараим, - Бару вновь пропустил на лицо улыбку. Ну что ты скажешь ещё, прежде чем ты открыто попытаешься намекнуть мне про то, что готова на всё, чтобы я разрешил твою недавнюю проблему с Сакарой Мараатом?
Бару знал, что пришла она именно за этим. Попросить его убить - да, наверняка, приказать убить - Сакару Мараата. Обычно все эти трепетно глядящие на него огромными глазами и робко моргающие леди оказывались едва ли не более жестокими, чем многие Воины Тени. Убивать сами, правда, они не любили - исключительно чужими руками. Так почему бы не королевскими? Кто посмеет пойти против короля? Да ещё и такого, как Бару?
Сакара был главой новосформированной гвардии короля. Юстин Мдантер попытался убить Бару, дабы отомстить за смерть Радака - многие между собой обвиняли в смерти недолго правившего короля исключительно Бару. Но любой, кто осмеливался заикнуться об этом, горько потом жалел и раскаивался. За три дня своего правления Бару отыскал преданных за хорошие деньги людей, которые нашли других, повсюду выискивавших тех, кто пытался говорить что-то порочащее о короле Бару Алваленском. Некоторым пришлось Силой Ночи вбить в голову, что они должны верно служить ему. В конце концов, Бару удалось расформироваться практически всю старую гвардию и создать новую. И Сакара Мараат её возглавил.
А леди Тараим имела неосторожность до этого назначения задеть его честь и выставить посмешищем перед всеми. А сейчас Сакара оказался наделён особыми полномочиями, и порой посматривал на Тараим очень даже неоднозначно. Боясь того, что её вдруг решат выставить заговорщицей против короля, Амил Тараим решила спасать себя сама - любым способом добиться расположения Бару. Всё это было ясно Бару, как день, но это не значило, что ему не было интересно наблюдать за ней. Как бы ненароком вставляла она в свою речь намёки о том, что Сакара Мараат… И так далее.
– Я задумался, - произнёс он. Он знал, что против него оказываются без ума многие женщины, даже те, что знают о том, что он - Воин Тени. Ни чёрные следы татуировок на лице и руках Бару, ни жестокость, ни надменная маска их не останавливали. Но о женщинах думать не следовало - они приходят сами. Думать надо о вещах более важных. - Мне показалось, что вам не очень нравится новая моя гвардия, леди Тараим, - он заметил испуг в её глазах, хотя она даже не вздрогнула.
– Вовсе нет, ваше величество, - она улыбнулась, наклоняя голову набок. Завитая прядь чёрных волос упала на её лицо. - Я ведь женщина, я совсем ничего в этом не понимаю, ваше величество…
– Однако мне так показалось, - повторил Бару, наблюдая, как она начинает бояться всё сильней. - И ещё мне кажется, что больше всего в ней вас не устраивает командир Мараат, - он наклонился чуть вперёд, и Амил с трудом заставила себя не отшатнуться Глаза Бару заблестели достаточно двусмысленно.
– Вовсе нет, ваше величество, - засопротивлялась она, бледнея. Взгляд Бару прожигал её насквозь. Кажется, она даже засомневалась, правильно ли пришла к нему. - Я вовсе не…
Она едва не закричала, когда Бару крепко схватил её за талию и потянул на себя. Ничего подобного она и примерно не ожидала. Но стоило ей один раз дёрнуться, как яростный блеск его глаз заставил её покорно позволить ему самым непозволительным образом поставить её на колени - на колени! её, благородную леди! - перед собой и наклониться к её лицу так близко, что она прекрасно могла различить в тёмных зелёных глазах своё отражение. Но даже мысли воскликнуть: "как вы смеете", - не мелькнуло в голове Амил. Она только испуганно затрепыхалась, однако руки Бару продолжали непозволительно крепко держать её чуть выше талии, отчего из-за крепкой хватки и без того очень открытый ворот платья сполз ещё ниже.
– Как долго люди будут привыкать к тому, что мне всё всегда известно? - спросил Бару, смеясь холодно и резко. - И к тому, что меня бесполезно просить? - добавил он. Амил задрожала под его руками. Должно быть, она и не подозревала, что всё так обернётся.
Служанка в углу поспешно спрятала глаза, когда Бару поглядел в её сторону. Интересно, что будет, если дать ей поприсутствовать на каждой встрече короля с желающими его внимания леди, а потом повелеть не сметь даже пальцем к ней прикасаться? Вот уж слухов будет бродить тогда по Алвалену! Все эти леди будут локти себе кусать.
Первая заявившая к нему графиня Карилин была напугана точно так же, как сейчас Амил. Бару даже не запомнил, из-за чего она, собственно, пришла. Но после того как Бару велел ей раздеваться, она едва не лишилась чувств. Неужели она думала, что король Алвалена покорно запляшет под её дудку? Гренил, жена барона Шара Абе, несмотря на испуг, покорно сделала всё, что он ей приказал, и на коленях просила его всё-таки выполнить её просьбу. Просила она, как бы это не противоречило её поведению, освободить её мужа из-под стражи. Он был отдан мастерам пыток, ибо попытался построить заговор против Бару в первый же день. Но на деле он оказался редким трусом. Бару, поразмыслив немного, согласился, решив, что порой неплохо выглядеть и милостивым. И хотя вряд ли это было похоже на милость, после того как Гренил едва не назвала себя его рабыней, его позволение вызвало ещё один всплеск благодарных рыданий и поцелуев его рук. Потом он с трудом избавился от назойливой баронессы, после чего долго смеялся над всеми этими глупыми леди и их совершенно одинаковым мышлениям. Все они хотят добиться его внимания, а путь для этого у них всех один - исключительно постель.
А вот Амил Тараим, кажется, уже совсем расхотела соблазнить Бару. Ей было уже совсем не до внимания короля.
– Ты далеко не первая, кто думает, что может ослепить меня томным взглядом, - продолжил Бару. - И я не ослеплён. Однако я не люблю, чтобы дело оставалось незаконченным, - откинувшись назад, он одновременно потянул её за собой. Она оказалась зажатой между его коленями, по-прежнему стоя на коленях на полу. Дрожала она значительно сильнее.
– П-простите меня, ваше величество! - пролепетала она.
– Хм. Может быть, позже, - с ухмылкой, никак не вязавшейся с короной, он просто сорвал вишнёвого цвета лиф, оставив Тараим в одной полупрозрачной сорочке. Она не пыталась сопротивляться, но плакала так, что разжалобила бы любого насильника, что бродят по тёмным улочкам. Но Бару не считал себя насильником. Зачем эта женщина сюда пришла? Именно за этим. - Если ты хочешь, чтобы я выполнил твою невысказанную просьбу, я должен получить нечто взамен. Я - король, и у меня есть всё, - он довольно наблюдал за страхом в её глазах. Его колени сжались сильнее. - Если ты мне понравишься, может быть, тебе и удастся избежать судьбы тех, кто пытался меня перехитрить, - пятый Лорд Тени накрутил прядку чёрных волос Тараим себе на палец. - Сумеешь понравиться мне - я на твоих глазах убью Сакару, - ничего подобного он делать не собирался. Мараат был дельным гвардейцем - с хорошими мускулами и умением владеть мечом, а главное - с достаточным количеством мозгов, чтобы служить не как чурбан, но с недостаточным, чтобы пытаться как-нибудь обвести вокруг пальца Бару. Но Бару никогда не переживал из-за обмана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
