– Тогда… – Каупони замолк, не решаясь произнести вслух свою догадку.
– Да, именно так и обстоит дело. К великому сожалению! – подтвердил его догадку кардинал. – Эта книжонка написана СС! Она является, я бы сказал, художественным пересказом созданной СС модели. Из этого следует, что СС настроена против нас и знает о наших планах. Если сравнить эти факты с событиями, которые развернулись спустя два месяца после исчезновения известного вам человека, то можно догадаться, кто ведет эти действия.
– Что же делать, святой отец?
– Все в руках Божьих. Главное сейчас – во что бы то ни стало, я подчеркиваю, во что бы то ни стало, найти так называемого автора и захватить его.
– Я ему придумаю такую казнь…
– Напротив. Вы окружите его вниманием и всесторонней заботой. Постарайтесь на любых, слышите, на любых условиях привлечь его на свою сторону! Вы, может быть, заметили, в книге сообщено, что СС неуязвима. Как вы рассчитываете добиться с ней соглашения, хотя бы о нейтралитете, без помощи этого человека?
– А это опасно? Я имею в виду выход СС из-под контроля.
– Более чем опасно. На Земле, как мне стало известно из тех же источников, нет такой силы, которая может противостоять СС. Правда, она не проявляет агрессивности, иначе бы мы с вами уже не сидели здесь. Но кто может поручиться за будущее?
– Понятно, отец мой! Так и сделаем. Я найду его!
– Найдите! Обязательно найдите! А пока сделайте вот что. Подайте на него в суд.
– Что это даст?
– Ровным счетом ничего, кроме того, что наш противник подумает, что мы не догадываемся об истинном авторе книги.
– Хорошо. Я сегодня же дам распоряжение своим адвокатам.
Каупони подошел к бару, вделанному в стену кабинета, и налил из бутылки два бокала.
– Ваше любимое, хиоское, – сказал он, протягивая кардиналу бокал.
Кардинал отпил глоток вина и поставил бокал на стол.
– Это не все, сын мой! – в его голосе появились металлические нотки. – Как мне стало известно, ваше финансовое положение несколько пострадало в результате акций противника?
– Вынужден признать, что именно так, и я жду помощи церкви.
– Погоди, сын мой. В этой книжонке, – он кивнул на лежащую на полу растрепанную книгу, – есть небольшое сообщение о ваших будущих взаимоотношениях с церковью. Учитывая истинного автора книги, мы не можем не проявить настороженности и не потребовать дополнительных гарантий.
– Святой отец! Клянусь вам Всевышним – это самая грязная клевета! Я наипокорнейший слуга церкви, и вы это знаете!
– Увы, сын мой, пути Господа неисповедимы, а душа человеческая блуждает в потемках.
– Вы мне не верите?!
– Послушайте, Каупони. Вы деловой человек. При чем тут верите – не верите? В больших делах решающую роль играет не вера, а гарантии.
– Я вам их предоставлю, какие только вы пожелаете.
– Вот и хорошо. Мы уже продумали их на нашем совете.
– И..?
– Во-первых, вы смените резиденцию и будете руководить вашим движением из Тибета. Там, правда, не будет таких удобств, – кардинал иронически обвел взглядом кабинет, – но сносные условия мы вам обеспечим. Это первое. Во-вторых, в каждый ваш штурмовой отряд войдут наши люди в количестве, которое мы вам укажем.
– Но это уже не союз, а полное подчинение!
– Подчинение церкви, сын мой, долг каждого доброго христианина. Мне поручено передать вам, что если я встречу отказ на эти скромные и справедливые условия, то Союз церквей порывает с вами все отношения и публично об этом заявляет. Кроме того, мы потребуем назад свои вклады во все банки, контролируемые вами и вашими людьми. Я не могу гарантировать, что ваша партия после этого будет признавать вас своим вождем. А святое место, сын мой, никогда не пустует.
Каупони весь кипел от ярости. С каким удовольствием он размозжил бы голову этому попу! Однако он справился с собой и смиренно склонил голову в знак того, что принимает условия.
– Я не сомневался в вашем благоразумии, сын мой, – сказал, поднимаясь с кресла, кардинал и протягивая ему руку ладонью вниз. Каупони почтительно поцеловал ее и проводил кардинала из кабинета.
– Вызвать Бэксона! – рявкнул он секретарю в приемной.
Как только дверь за кардиналом закрылась, он уже не мог больше сдерживать распирающую его ярость. Как крыса под фонарем, заметался по кабинету. Затем вытащил из ящика стола пистолет и почти в упор выстрелил в бокал с недопитым вином кардинала. Когда заглянул испуганный секретарь, он пустил пулю и в него, но, к счастью, не попал.
– Бэксона! – заорал он. – Я сказал, Бэксона!
Бледный как полотно Бэксон предстал перед ним, подталкиваемый сзади телохранителями.
– Отпустите его, – Каупони уже успокоился.
– Садись, старина, – почти дружеским тоном пригласил он Бэксона занять кресло напротив.
Бэксон сел на краешек, готовый в любую минуту вскочить,
– Слушай меня внимательно. Ты, старый солдат движения, допустил преступную оплошность. Ее надо исправить во что бы то ни стало. Это твоя жизнь. Не исправишь – пеняй на себя. Исправишь – считай, что у тебя в кармане пост будущего главы политической полиции. Ты меня понял?
– Понял, шеф! Все сделаю, – Бэксон понял также, что уйдет сегодня живым из дворца, а это его занимало в первую очередь.
– Ищи зацепку. Хоть какую-нибудь, но найди!
Осознав, что останется жив, Бэксон уже совсем успокоился и мог думать. Он всегда отличался быстрой сообразительностью, и Каупони это ценил. Действительно, через минуту Бэксон поднял голову, и по его взгляду Каупони понял, что он уже что-то придумал.
– Есть одна зацепка, – ловил мысль Бэксон. – Но я должен отправиться во Флориду. Там живет дочь моего бывшего друга. Очень красивая девка…
– Ерунда! Если тебе нужны красивые девки, я их тебе здесь предоставлю хоть дюжину.
– Вы меня не поняли, шеф. Дело в том, что она была личным врачом этого человека в институте СС и хорошо его знает. Мне, кстати вспомнил, моя агентка сообщала, что когда она внезапно уехала из института, то этот человек искал ее и, видно, был очень взволнован.
– Может быть, он влюбился в нее? – с надеждой в голосе предположил Каупони.
– Все может быть. Я же говорил, что она очень красива.
– Ты сказал, что ее отец был твоим другом. Он что, наш? И почему был? Погиб?
– Нет, жив.
– Тогда надо его использовать, чтобы вернее повлиять на… как ее зовут?
– Эльга!
– Странное имя, но неважно. Так как насчет отца?
– Отца мы вынуждены были прооперировать. Он хотел бежать.
– Черт возьми! А она об этом знает?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
