по дальности.
Полчаса назад, издали осматривая новообразовавшиеся истлевшие земли, я пришел к странному выводу. На сто процентов не уверен, в идеале проверить бы с воздуха, однако у меня сложилось впечатление, что характер распространения Тления изменился. Если несколько дней назад здешняя его часть походила на щупальце осьминога, то теперь его можно сравнить… пожалуй с одуванчиком. Ну или глазом улитки. Дело, видимо, в том, что оно прекратило расти по прямой. Скорее всего, достигнув необходимой точки (считай «Маяка»), оно начало расширяться по кругу.
Именно к сердцевине этого круга я и подошел. Маркер указывал на обычное, ничем не примечательное дерево. Не одинокое, как то, под которым покоилась «Четверть Зуртарна», рядом с этим полно точно таких же деревьев. Если бы не «Очи во Тьме», я никак не смог бы выделить именно это дерево среди остальных.
И что дальше делать?
Я еще раз огляделся, а затем обошел дерево кругом. Проверил соседние деревья — как и показалось сперва, ничего особенного. Да, все в этом мире по-своему уникально, но так или иначе укладывается в рамки общепринятой нормы. Как и мертвые деревья в этом участке леса.
Раньше маркер «Очей во Тьме» меня ни разу не подводил. Уверен, прав он и сейчас, так что не буду впустую тратить время.
Начал простукивать ствол дерева. Чтобы сравнить звук, простучал и соседние. Никаких отличий. Так что же, срубить его? Или подкопать? Хотя, если бы что-то было скрыто в корнях, маркер, скорей всего, указывал бы именно на них.
Маркер… Как бы мне его усилить?
Порой, достигнув какой-нибудь, даже промежуточной, высоты мы начинаем забывать о том, что осталось внизу. О том, кем мы были раньше и чем пользовались. Такая мысль пронеслась в моей голове, когда я вспомнил, при каких обстоятельствах увидел свой первый маркер «Очей во Тьме».
Покрывало, что я забрал из дома родителей Ильзы, до сих пор у меня в инвентаре. Материализовав его, я накинул половину на голову, второю же плотно прижал к сухому почерневшему стволу. В непроглядной тьме маркер вспыхнул ярче. Я внимательно уставился на него, ожидая, что будет дальше.
Не зря я улучшал способность. Если в башне Тления свечение приобрело контуры подошвы сапога, то теперь оно закрутилось в спираль, внешний край которой был едва заметным, но с каждым витком становился все ярче, а в центре так и вовсе сиял, как звезда.
Где-то минуту я разглядывал узор, затем решился прикоснуться к нему ладонью. Ничего не произошло. Подумав немного, провел пальцем по всей спирали — тот же результат. Хмыкнув, повторил попытку, немного изменив тактику — в самом начале едва касался пальцем маркера, но чем ярче он сиял, тем сильнее я давил на рисунок.
— Черт… — сквозь зубы выругался я, осознав, что и сейчас ничего не вышло.
Скинул с головы покрывало и размял шею. Крепко задумался.
Маркер не случайно принял именно эту форму. В мрачном мире не бывает случайностей, все поддается объяснению. Другое дело, что не всегда легко его найти…
Итак, что все это может значить? В голову приходит только одна мысль: спираль — это замок или своего рода печать. А значит мне в любом случае нужен ключ. Вот только где его взять, я ума не приложу.
Я тяжело вздохнул и почесал лоб. Почему я вообще опять оказался один ночью на территории Тления?
Потому что хотел выяснить, что именно его притягивает. Хотя нет, уже можно смело говорить иначе: «Что именно его подкармливает?» Ну а как еще объяснить тот факт, что, торопливо схватив своими цепкими лапами этот клочок земли, Тление начало расширяться? Да, увеличивалось оно и раньше. Возможно и без загадочного дерева продолжило бы расти. Но сейчас ему как будто подкинули удобрение.
Все это субъективные ощущения, могу ошибаться, но, сдается мне, я стою возле источника энергии. Как получить к нему доступ? В реальном мире в играх и книгах твердится, что довольно сложно пробить магическую защиту физической мощью. Нужно действовать тоньше, либо противопоставить магии другую магию.
С замиранием сердца я извлек из инвентаря похожую на кусок пиццы частицу темного каменного диска. Несколько секунд не мог отвести взгляда от легендарного артефакта. Столько хлопот и беготни из-за него, а я до сих пор не знаю, что такое «Колыбель Богов».
В очередной раз огляделся по сторонам. Вокруг ни души, но я все равно чувствую напряжение, сжимая в руках «Частицу Зуртарна». Гораздо проще, когда она мирно покоится на дне моего условно безопасного невидимого кармана.
Верно, не стоит размахивать сокровищем. Пусть никого рядом нет, я на землях Тления. Кто знает, вдруг они чувствуют мощь Зуртарна? В частице содержится практически сто пятьдесят тысяч единиц маны, я их воспринимаю, как цифры, но Тление вполне может взаимодействовать с миром по-другому.
Накинул на голову покрывало и через несколько секунд снова увидел спираль. Приложил уголок частицы к хвосту узора и осторожно начал двигать артефакт против часовой стрелки.
Как только закончил, тут же убрал легендарное сокровище обратно в инвентарь.
Спиралевидный маркер запульсировал так ярко, что заболели глаза. Я мгновенно скинул с головы покрывало, отпрыгнул назад и заморгал. Затем, прищурившись, понял, что мерцает уже не маркер. Похоже, узор печати напитался энергией и стал видимым.
Земля под ногами задрожала, послышался оглушительный треск ломающихся сухих веток. Инстинктивно я отпрыгнул еще на несколько шагов назад. Как раз вовремя, с неимоверной скоростью участок леса, метров пятнадцати в диаметре, вместе с мертвыми деревьями резко ушел под землю, а через миг на его месте образовалось небольшое озеро.
Материализовал вилы и на всякий случай отступил еще на несколько шагов. Все стихло и ничего больше не напоминало о недавнем землетрясении. Если не знать, что еще минуту назад здесь вместо водной глади был участок мертвого леса — так и не догадаешься.
Настороженно сжимая древко трезубца двумя руками, я подождал минуты три. Все тихо. Тварей Тления на новообретенных землях пока мало, и ни одна из них не удосужилась явиться сюда и проверить, кто здесь расшумелся.
Медленно, шаг за шагом, я двинулся к озеру. Остановился возле берега, восхищенно выдохнув — такой прозрачной воды я ни разу в жизни не видел. Я мог разглядеть каждое, ушедшее на дно деревце, при том что глубина достигала метров двадцати.
Стоя на краю, я понял, что озеро напоминает большущий колодец, стенки которого испещрены огромными темными дырами.
Из этих нор, пока я на них смотрел, хлынули здоровенные неоновые лягушки в черную и зеленую крапинку. С
