он, — может, закусим вместе и все обсудим?
— Я собирался в торговую палату на званый завтрак. Ты тоже член палаты, так поехали вместе и поговорим по дороге.
— Ладно, — он скорбно вздохнул. — Наверное, скоро мне это будет не по карману.
Мы опоздали, и двух мест рядом за столом для нас не нашлось. Казначей сунул мне под нос кружку для штрафов и «закрутил ей хвост», требуя с меня десять центов за опоздание. Кружкой служила простая сковородка с велосипедным звонком на ручке. За все провинности мы уплачиваем штрафы, что пополняет общественный фонд и служит источником безобидных шуток. Казначей подставляет сковородку и крутит звонок, пока провинившийся не выложит десять центов.
Я торопливо вытащил десятицентовик и опустил его на сковородку, а Стив Хэррис, владелец автомобильного агентства, завопил:
— Правильно! Пусть-ка шотландский скупердяй раскошелится!
— Десять центов за нарушение тишины и порядка! — объявил Норман Сомерс, наш председатель, даже не повернув головы. Казначей встал перед Стивом, и я услышал звяканье монеты, а затем дребезжание звонка.
— Что там еще? — спросил Сомерс.
— Стив опять за свое, — устало сообщил казначей. — На этот раз магическое золото.
Стив бросил на сковородку синтезированную монетку, которую сотворил для него какой-нибудь знакомый чародей. При соприкосновении с холодным железом она, естественно, улетучилась.
— Еще двадцать центов за попытку всучить фальшивые деньги, — постановил Норман. — Наденьте на него наручники и позвоните в прокуратуру.
Стив завзятый любитель розыгрышей, но с Норманом его номера не проходят.
— Можно мне хоть завтрак доесть? — Стив ну просто изнывал от жалости к себе. Норман промолчал, и Стив уплатил все штрафы.
— Веселись, Стив, пока можешь! — посоветовал Эл Донахью, владелец закусочных для автомобилистов. — Вот заключишь контракт с «Магией», и больше розыгрыши с чарами устраивать не будешь.
Я навострил уши.
— Кто сказал, что я стану с ними связываться?
— Никуда ты не денешься.
— Да зачем мне?
— Зачем? Потому что это прогрессивное начинание. Возьми хоть меня. Я предлагаю разнообразнейшие исчезающие десерты во всех моих ресторанах. Можешь съесть разом хоть три, и не переешь, и не прибавишь в весе ни унции. Так вот: я на них терял деньги, но шел на это ради рекламы и привлечения женской клиентуры. И вот корпорация «Магия» предлагает мне то же самое, но за такую цену, что мои десерты начинают приносить прибыль. Естественно, я подписал с ней контракт.
— Естественно. А что, если они повысят цены, когда наймут или выгонят из города всех компетентных чародеев?
Донахью засмеялся самодовольным противным смехом.
— У меня есть контракт.
— Вот как? На какой срок? А пункт о расторжении ты прочел?
В отличие от Донахью я его прекрасно понял. Такое я испытал на себе. Лет пять назад портлендская фирма начала у нас в городе скупать мелкие предприятия и снижать цены — продавали цемент за тридцать пять центов мешок вместо обычных шестидесяти пяти и разорили оставшихся конкурентов. А потом начали полегоньку поднимать цену вплоть до доллара двадцати пяти центов за мешок. Ребята здорово нагрелись, прежде чем поняли, как их обратали.
Но ту мы все замолчали, потому что встал почетный гость, старик Б. Дж. Тимкен, крупнейший подрядчик. Он произнес речь о «сотрудничестве и служении». Оратор он не ахти какой, но очень неплохо говорил о том, как бизнесмены могут служить обществу и помогать друг другу. Мне даже понравилось.
Когда аплодисменты стихли, Норман Сомерс поблагодарил Б. Дж. и сказал:
— На сегодня все, господа, если только кто-то не хочет представить новый вопрос на обсуждение…
Встал Джедсон. Я сидел спиной к нему и только тут увидел, что он здесь.
— Мне кажется, господин председатель, — заявил он, — такой вопрос есть, и крайне важный. Прошу разрешения на несколько минут, чтобы обсудить его неофициально.
— Пожалуйста, Джо, — ответил Сомерс. — Если это так важно.
— Спасибо. На мой взгляд — очень. Собственно, это продолжение того, о чем раньше спорили Эл Донахью и Стив Хэррис. Я считаю, что в нашем городе назревают значительные перемены в деловой обстановке прямо у нас под носом, а мы закрываем на них глаза, если только они нас прямо не затрагивают. Я говорю о коммерческой магии. Кто из вас пользуется чародейством в производственных целях? Поднимите руки.
Руки подняли все за исключением двух адвокатов. Но я всегда подозревал, что они сами чародеи.
— Ладно, — сказал Джедсон. — Мы все им пользуемся. Я использую чары в производстве тканей. Хэнк Мэннинг чистит и гладит только с их помощью, а возможно, и красит тоже. В «Кленовой мастерской» Уолли Хейта чары собирают и отделывают дорогую мебель. Стен Робертсон скажет вам, что великолепное оформление витрин «Бомарше» создается чарами, как и две трети его товаров, а в секции детских игрушек и того больше. А теперь я задам вам еще один вопрос: часто ли процент ваших расходом на магию превышает прибыль? Подумайте, прежде чем ответить. — Он немного выждал. — Ну ладно, поднимите руки!
Рук поднялось почти столько же, что и раньше.
— В этом суть дела. Без чар нам не выстоять. И если в нашем городе кто-то приберет чародейство к рукам, мы все окажемся в их власти. Нам придется платить столько, сколько с нас запросят, назначать цены, какие нам укажут, и довольствоваться той прибылью, какую нам оставят, или лишаться своего дела!
— Подожди, Джо, — перебил председатель. — Пусть все, что ты сказал, правда — а так оно и есть! — но какие основания у тебя считать, что нас подстерегает подобная опасность?
— Самые веские, — ответил Джо негромко и очень серьезно. — По отдельности они таковыми не выглядят, но в совокупности убеждают меня, что кто-то тайком старается прибрать к рукам весь бизнес нашего города. — И Джедсон коротко изложил историю того, как Дитворт затеял организовать чародеев и их клиентов в ассоциацию, якобы для поднятия престижа профессии и как рядом с бездоходной ассоциацией возникла корпорация, уже почти монопольная.
— Секундочку, Джо, — вмешался Эд Пармели, владелец фирмы мелких услуг. — По-моему, эта ассоциация прекрасная штука. Меня попробовал запугать какой-то подонок — чтобы я поручил ему находить для меня чародеев. А я обратился в ассоциацию, и они обо всем позаботились. Больше мне тревожиться не пришлось. На мой взгляд, организация, способная укротить рэкетиров, именно то, что нам требуется.
— Но ведь вам пришлось подписать контракт с ассоциацией, чтобы заручиться ее помощью, так?
— Ну да. Но ведь это вполне нормально…
— А не этого ли добивался ваш рэкетир?
— Так до чего угодно договориться можно!
— Я вовсе не настаиваю именно на этом объяснении, — не отступал Джо, — но ничего невозможного тут нет. И не в первый
