одним из моих работодателей.
Чую тайный сговор. А почему бы и нет?
Мы отправились вниз с холма, не особо разбирая дороги. Я чувствовал себя отлично. Пешая прогулка разгоняла кровь. Возможно, дело было в том, что одна из мрачных теней, что довлела над моей судьбой, наконец, вышла на свет. И там оказалась политика, а это уже штука понятная. Покойный венатор-пенсионер Ноктилус был прав, когда заявля, что ни у кого на Севере не хватит влияния использовать убер-демона типа Владыки. А все было очень просто. О глухом Севере таки помнили в Столице и пытались разрулить ситуацию.
— Вот уж не думал, что окажусь в центре Империи так скоро. — произнес я, споткнувшись на каменном выступе.
— Я же говорил, что Столица ближе, чем кажется. — напомнил "Тев". — Отсюда можно дотянуться в почти в любой уголок мира, если иметь достаточно времени и влияния.
— Учту. А если не секрет, то ты и подобные тебе получают за работу какую-то плату? Золото? Силу?
— Не деньги. Даже не человеческие жертвоприношения или магические артефакты. Все чуточку сложнее, стратег. Не обращай внимания. Это старая игра. Она началась задолго до твоего рождения и, думаю, продлится после твоей смерти.
Мы вышли к воротам довольно роскошной, но вполне обычной виллы, которые я во множестве созерцал по пути на Север.
— Шестой час! Девятая фаза Асармы! — выкрикнул "Тев" и ворота поспешили отвориться.
Внутри нас ждали двое вооруженных ликторов. Да, я точно имею дело с кем-то из самой верхушки Империи. Воин-палач в белой маске молча пригласил нас жестом.
Я оказался в красивом внутреннем дворике с фонтаном и статуями тонкой работы. Колонны, мозаики, внутри трехэтажного особняка уютно горел свет, но туда мы не пошли. Ликтор повел нас в обход дома. И мы оказались в месте, которое я уже тоже видел во сне. Податься чтоли на Битву Экстрасенсов?
В центре просторного двора находилась каменная площадка, покрытая сложным геометрическим узором канавок и выступов. Вокруг нее стояли, своего рода, трибуны. Удобные кресла на деревянных помостах, сверху прикрытые козырьком от палящего солнца и дождя.
— Это место для каких-то ритуалов? — спросил я у демона.
— В некотором роде. — лукаво ответил "Тев". — Это театр. Частный, не особенно известный, в каком-то смысле тайный театр. Сегодня здесь будет интересная пьеса.
— Зрители?
— Трое. Мы и ещё один человек. Он скоро подойдет. Располагайтесь, стратег. После войны стоит позволить себе немного комфорта.
Тут я был согласен на все сто. Убивать меня, наверное, не планируют пока. Планировали, но передумали. С кем не бывает. Так что давайте ка подождем и послушаем.
Мы устроились на одной из трибун. Издалека за нами наблюдали несколько ликторов. Трое обычных людей и один с подавлением аж на 3,4. Статы тоже неплохие. Выше тех, что когда-то ходили в охране Стилиона.
И вскоре показался, видимо, работодатель “Тева”. Из особняка вышла фигура в темно-красном шелковом плаще и маске. Система не смогла почему-то считать его.
— Доброй ночи, стратег Лимеса Север Михаир. — произнес незнакомец, приближаясь к трибуне плывущей походкой.
Его голос искажала и лишала эмоций магия. Похожим пользовались гробничники.
— А как обратиться к вам? — спросил я, не очень надеясь на ответ.
Если бы мой собеседник хотел представиться, то не носил бы заколдованной маски.
— Анонимный доброжелатель. — ответил незнакомец, садясь справа от меня.
Слева сидел “Тев”.
Доброжелатель, подославший ко мне демона-убийцу. С такими друзьями враги не нужны.
— Можно вопрос насчет вашей маски. Если подобную маскировку надену я, то будут ли другие стратеги распознавать меня на карте?
— Будут. — огорчил меня доброжелатель. — Есть способы скрыть стратега от других на карте войны, но они не позволят вам использовать дар.
Тем временем вокруг сцены зажглись яркие жаровни, зеркала за которыми направляли свет в центр. Из ниши за каменной площадкой донеслась музыка. Последний раз я был в театре вместе с Азардом. Теперь вот в сопровождении древнего демона и какого-то анонимного интригана. Интересный у меня подход к культурной программе.
— Пьеса очень известная, хотя не самая популярная. — просветил меня “Тев”. — Нумий Терегий. Оплата.
— Нумий был вольноотпущенником. — добавил анонимный доброжелатель. — Но получил прекрасное образование и был отмечен большим почетом за свой талант. Сообразно с тем обществом, в котором вращался поэт, его пьесы отличаются значительно большей чистотой и благородством языка, чем многие комедии. Слог Нумия был до такой степени изящен, что враги поэта распускали слух, будто ему помогали в составлении комедий лучшие ораторы Сената того времени. Терегий старался избежать в произведениях всего непристойного. Именно это морализаторство отталкивает зрителей из простого народа.
Ага. То есть пляшущих полуголых девиц как в пьесе у Азарда ждать не стоит.
— Вы не имперец по происхождению. — продолжал доброжелатель. — Очень много времени провели в варварской глуши. Вам стоит уже приобщиться к высокой культуре.
— В этой пьесе есть любопытные моменты. — многозначительно добавил “Тев”.
Ну ладно. Будем приобщаться к культуре.
На сцену вышла актерская труппа в довольно дорогих костюмах. Яркие ткани разных цветов, бутафорское деревянное оружие, крашенное под золото или серебро, самые настоящие доспехи. Однако, если честно, все действо показалось мне немного странным. Люди двигались медленно. Будто слишком величаво. Но может, это просто традиции местного театра.
Пьеса тоже оказалась не совсем обычной. Ни как такового сюжета, ни постоянных персонажей. Набор небольших историй, рассказанных в обратном хронологическом порядке. То есть от событий относительно современных и все дальше во тьму веков. Истории были объединены темой предательства, а также расплатой за него.
Действо озаглавил актер, видимо играющий роль Азарда.
Человек в красном плаще и с посохом-фонарем вышел в центр площадки, чтобы объявить:
"Предательством началось, предательством и закончится".
И завертелся на сцене театра круговорот интриг, скандалов и прочих гадостей. Стратеги, сенаторы, даже императоры подставляли, бросали в решающий момент или даже убивали своих союзников, друзей, родичей, чтобы самим после пасть жертвой чужой подлости.
Интересно, а эта пьеса не намек на мою судьбу, если попробую кинуть этого “доброжелателя” в маске. Вдруг мне пришла в голову важная мысль:
— А ничего что здесь столько свидетелей?
Актеры на сцене играли самозабвенно и, казалось, не обращали на нас никакого внимания, но даже сам факт встречи полуопального стратега Лимеса и загадочного человека в маске…
