Она ласкала себя, наслаждаясь ощущением горячей скользкой кожи и тем, как она, должно быть, мучает парня. Он должен был наблюдать, должен был желать, чтобы
его рука скользила между её грудей, лаская их голые бока.
По очереди она просовывала пальцы под шнурки бикини, висящие на шее. Она разгладила масло по верхней части каждой груди. Она проникла под облегающую ткань и провела кончиками пальцев по уже набухшим и торчащим соскам.
Спорим, ты не ожидал такого шоу, говнюк.
С правой рукой внутри топа и с маслянистыми пальцами, скользящими по соску, она повернула голову, чтобы взглянуть на своего зрителя.
Он исчез.
Там не было ничего, кроме неглубокого отпечатка его тела на песке.
Куда он, чёрт возьми, делся?
Ким высунула руку из-под бикини и осмотрела пляж. Огляделась по сторонам. Окинула взглядом береговую линию и прибой. Даже повернула голову, чтобы осмотреть территорию позади себя.
Она увидела множество людей, даже нескольких парней в обрезанных джинсах вместо плавок. К счастью, никого не было достаточно близко, чтобы насладиться её шоу. Но очкарика, который был обязан находиться всего в нескольких футах от неё и страдать, нигде не было видно.
Этот ублюдок слинял от меня!
Хорошо, — сказала она себе. — Я пришла сюда не для того, чтобы меня пожирал глазами какой-то выродок.
Чёрт возьми! Как он мог просто встать и уйти?
Должно быть, гомик. Другого объяснения нет. Нормальный парень остался бы или подошёл ко мне и начал приставать.
Если только он не ушёл, чтобы позлить меня.
Я не злюсь.
Я рада, что он ушёл, в добрый путь. Я пришла сюда не для того, чтобы меня доставал какой-то странный подросток.
Ким укупорила бутылку с маслом. Её руки дрожали.
Успокойся, — сказала она себе. — Он ушёл. Теперь ты можешь просто забыть о нём и наслаждаться собой.
Повернувшись, она прислонила флакон к пляжной сумке. Затем легла. Закрыла глаза. Подвигалась туда-сюда на одеяле, прижавшись к песку, чтобы придать ему форму изгибов своего тела.
Она сделала глубокий вдох, который сильнее вдавил её груди в гладкие, облегающие мешочки бикини. Ей нравилось это ощущение. Ей нравилось чувствовать солнечное тепло и то, как лёгкий ветерок нежно касался её кожи, словно кончиками пальцев.
Замечательно, — подумала она. — Прекрасно, теперь, когда мерзавец ушёл. Почти идеально.
Ей не понравилось, как комок песка прижался к её крестцу. Она извивалась, пока он не вдавился в ложбинку между ягодицами.
Наверное, пивная бутылка, оставленная каким-нибудь проклятым мусорщиком.
Она подумала о том, чтобы избавиться от неё. Но это потребовало бы стольких усилий: сползти с одеяла, убрать её с дороги, покопаться в песке, а потом ей бы пришлось прикоснуться к этой штуке. Чей-то чужой мусор. Возможно, грязный. Возможно, это даже не бутылка. Может быть, старая кость или что-то ещё. Фу! Забудь об этом.
Кроме того, сейчас она не вызывала никакого дискомфорта. На самом деле, было довольно приятно. Она сжала её ягодицами.
Я должна перевернуться и получить максимум удовольствия, — подумала она.
Но она уже намазалась спереди. И чувствовала себя слишком ленивой и довольной, чтобы двигаться. Она зевнула. Потянулась. Прижалась к песку и выпуклости, и вскоре уснула.
Во сне молодой человек в очках стоял на коленях между её ног и скользил руками по бёдрам.
— Я знала, что ты вернёшься, — сказала она ему.
— Я знал, что ты хочешь меня, — ответил он.
Она засмеялась и сказала:
— Не льсти себе.
Он улыбнулся. Затем он опустился вниз и начал лизать. По своим ощущениям она поняла, что нижняя часть бикини исчезла. Она посмотрела на себя сверху вниз. Верхняя часть тоже отсутствовала. Задыхаясь, она подняла руки и прикрыла грудь. Лизание прекратилось.
— Всё в порядке, — сказал он. — Никто не смотрит.
Она сказала:
— Готова поспорить.
Он расстегнул пуговицу и сдвинул молнию вниз.
— Разве я бы это делал? — спросил он, — если бы у нас были зрители?
Он позволил обрезанным джинсам сползти до колен.
— О, Боже, — пробормотала Ким.
— Всё для тебя, — сказал он.
Её руки упали по бокам. Наклонившись, он целовал и облизывал её груди. Он сосал их. Она стонала и извивалась. Затем она произнесла, задыхаясь:
— Нет, подожди.
Он поднял голову. Улыбнулся ей и облизал свои блестящие губы.
— Что? — спросил он.
— Я тебя даже не знаю.
Он ответил:
— Ничего страшного. Ты хочешь меня. Это всё, что имеет значение.
Она покачала головой.
— Меня не волнует твоё имя, — сказала она ему. — Но мне нужно тебя видеть. А ты — как будто прячешься от меня за этими дурацкими очками.
Он снова улыбнулся.
— Можешь их снять.
Подавшись вперёд, он опустился на неё. Когда его горячее тело прижалось к ней, а его язык скользнул между её губами, она протянула руку и подняла очки на лоб.
У него не было глаз.
Пустые глазницы. Тёмные, кровавые ямы.
Ким вскрикнула, оттолкнула его и, проснувшись, села прямо. Пот струился по её телу. Она сидела, задыхаясь. Сон. Это был просто сон. Очень реальный.
Какое-то время просто замечательный. Но эти глаза!
Да. Чьи глаза?
— Глаза мужчины, — пробормотала она. — Что со мной не так, если я воображаю что-то подобное?
Она откинулась назад, подперев голову онемевшими руками и повернула голову, чтобы разработать мышцы шеи.
И увидела его.
Он вернулся.
Он лежал, растянувшись на песке, в нескольких футах от неё, но справа. Он сменил место. Однако, как и прежде, его голова покоилась на сложенных руках, повёрнутых к ней. Как и прежде, на нём были странные круглые очки, скрывавшие его глаза за тёмно-зелёными линзами.
Если у него есть глаза? — подумала Ким.
Она поморщилась.
— Что-то не так? — спросил он.
— Да. Ты. Что ты здесь делаешь?
— Наслаждаюсь пляжем.
— Пляж большой. Почему бы тебе не перейти на другое место?
— Мне здесь нравится. Очень красивый вид.
— Да? Я думала, может, ты слепой или что-то в этом роде.
Он улыбнулся, показав ровные белые зубы. Затем он перевернулся, сел и повернулся к ней лицом. Скрестив ноги, он смахнул песок с плеч и груди.
— Ты долго спала, — сказал он.
— И я полагаю, ты наблюдал за мной.
— Ты выглядела так, будто тебе снился кошмар.
— Зачем ты носишь эти дурацкие очки?
— Они защищают глаза от песка.
— Из-за них ты выглядишь как дебил.
— Извини.
Уголок его рта изогнулся кверху. Затем он поднял руки к очкам.
Сердце Ким заколотилось. Желудок куда-то провалился. У неё перехватило дыхание.
— Нет, — задыхаясь, сказала она. — Не на…
Слишком поздно.
Он водрузил очки на лоб.
И Ким обнаружила, что смотрит на пару голубых, как
