скандал по возвращении… Так что Грейнджер решила полагаться на свои силы. Она искренне искала способ обойти клятву, и, кажется, нашла выход не совсем изящный, но всё же выход. И просто очень надеялась, что это позволит ей разговаривать с некромантами — она была настолько оптимистично настроена, что надеялась встретить не одного — и, по крайней мере, намёками и отсылками просто узнает, есть ли хоть малейшая возможность, снять какое-то пространное проклятие, а если нет, то как найти того самого — или его потомка, — который много лет назад проклял её предка, ведь они наверняка должны знать, потому что некромантов — если они всё ещё существуют — не так много, а, значит, они должны иметь какое-то сообщество некромантов или что-то в этом роде…
С такими мрачными мыслями, Грейнджер провожала Гектора в больницу. Он, казалось, не расстроился, что Гермионы не будет рядом. В последнее время он выглядел гораздо хуже, не помогали даже зелья. Поэтому, возможно, её общество и впрямь было бы лишним — так она себя успокаивала.
Двигаясь по коридору в сторону выхода, Гермиона прошла мимо кабинета Адама, и он её окликнул.
— Гермиона, постой.
Она остановилась и сделала несколько шагов назад. Адам протягивал ей пейджер. Внутри девушки сжалась пружина.
— Зачем?
— Возьми, — Адам настойчиво вложил пейджер ей в руку, — если… что-то произойдёт, он сработает.
— Меня не будет в стране, и…
— Он сработает, — уверенно сказал Адам. — Гиппократ Сметвик доработал наши пейджеры.
Кивнув, Гермиона прикрепила пейджер к брюкам и, поблагодарив мужчину и попрощавшись, направилась к выходу. Пружина так и не разжалась.
***— Готова? — спросил Долохов, входя в библиотеку.
Том шёл за ним.
— Да, — просто ответила Гермиона.
Антонин протянул уже дрожащую цепочку, Грейнджер прикоснулась к ней, и за момент до рывка, она почувствовала, как её притянул к себе Том. Его молчаливая забота немного приободрила Гермиону.
Глаза резануло от контраста освещения, тело покрылось мурашками от пронизывающего влажного ветра и холодного дождя. Вокруг была грязь, но под ногами ощущалось нечто… твёрдое. Гермиона опустила взгляд и обнаружила, что стоит на большой бетонной площадке. Маглы, живущие в деревне, которая обнаружилась за их спинами, явно не замечали это местечко — антимагловский купол, окружающий площадку, потрескивал от большого количества магии.
Том взял её ладонь, и они все вместе направились в сторону сгустившихся деревянных домиков, сливающихся с природой.
— И какие у нас планы? — спросила она, продолжая шагать рядом.
— Мы проведём здесь пару дней, за которые я надеюсь выяснить кое-что о волшебнике… который согласился на обмен тиары. Если мне не понравится то, что я выясню — мы просто не пойдём к нему. Если же всё будет в порядке, то мы отправимся в Кильписъярви через пару дней.
Пока что это совпадало с планами самой Гермионы — ей нужно было узнать хоть что-то, любые слухи, касающиеся некромантов. А потом она найдёт способ отправиться в их поселение.
* * *
Два дня они провели в этой деревушке и стали настоящей местной достопримечательностью. Жители заходили в паб, чтобы посмотреть на пришельцев и расспросить их о всякой ерунде вроде той зачем они здесь. Риддл удивлялся развлечению, которое устроили Долохов и Гермиона, рассказывая каждому местному новую историю. Но, в любом случае, это приносило свои плоды. Им удалось разузнать о Кильписъярви и даже найти магла, который согласился их туда отвезти — естественно, не бесплатно.
Том удивлялся, что сумел так долго находиться в магловском мире: обычно он путешествовал только по магическим частям стран, что конкретно в этой ситуации могло сыграть плохую службу. Но он всё же решился на вылазку под оборотным зельем во второй день, однако безрезультатную.
В Кильписъярви они выехали рано утром, дорога заняла почти три часа, но трансгрессировать в незнакомое место было опасно, так что пришлось перетерпеть. Гермиона, казалось, наслаждается поездкой. Она о чём-то увлечённо болтала с водителем, расспрашивала его о поселениях, встречающихся на пути, делала какие-то заметки на карте — Том решил, что она играет роль магловского учёного или что-то вроде. Правда, под конец пути, когда она в очередной раз указала вдаль на редкие домики, водитель посмотрел на неё, как на умалишённую и сказал на ломаном английском, что там ничего нет. Так выяснилось, что существует целое магическое поселение, скрытое от глаз маглов.
Когда они добрались до места назначения, уже окончательно рассвело. Получив деньги — Гермиона настояла на том, чтобы заплатить, а не применять конфундус — водитель распрощался с ними и уехал.
— Да уж, я думал Энонтекиё — немноголюдный, но это вообще забытое Мерлином место, — задумчиво проговорил Долохов, почесав затылок.
— Нам в магическую его часть, — сказал Риддл, осматриваясь. — Кажется, это туда, — он указал на домики, стоящие в стороне, скрытые едва заметным слоем защитных заклинаний, будто тонкой плёнкой, поблёскивающей на солнце. И они пошли туда. — Встреча назначена на завтра, так что ничего такого в том, что мы прибыли на день раньше — нет. Но всё же ведите себя осторожно с местными. Мы для них чужие.
— Думаю, если бы они знали, насколько ценные артефакты мы с собой таскаем, нас прикопали бы не задумываясь, — хмуро пробурчал Долохов.
Гермиона молчала. И это молчание Тома напрягало, несмотря на то, что оно было ей свойственно. У неё было несколько видов молчания: задумчивое, хмурое и решительное. Когда она задумывалась, её взгляд стекленел, как у Абраксаса; хмурое молчание сопровождалось сдвиганием бровей — она использовала его, когда обижалась или была недовольна чем-либо; решительное молчание сопровождалось острым взглядом и ощутимыми волнами магии, исходящими от ведьмы. Сейчас её взгляд был острым, как тысячи ножей.
В магической части Кильписъярви их приняли радушно — маги путешествовали чаще, чем маглы, поэтому местные не так дико реагировали на пришлых. Путников разместили в пустом домике одного из жителей, а затем провели экскурсию по деревушке. И даже предложили сходить на охоту. Антонин и Том, однако, предпочли бар. Гермиона же отправилась посмотреть лес с одной из местных девушек, она выглядела достаточно приветливо, а её мысли не выдавали никакой опасности — Том проверил её поверхностной легиллименцией, поэтому отпустил Грейнджер с ней.
Риддл и Долохов заняли столик в пабе. Выглядело заведение вполне прилично. А вот Антонин выглядел нерешительно. Это было странно. После первых двух рюмок чего-то крепкого, он решился заговорить.
— Я связывался с братом, — сказал он, уставившись на Тома.
Риддл подобрался.
— И?
— Он предложил встретиться, я хотел сделать это сегодня. Ну, ты знаешь, мне хотелось бы поделиться с ним кое-какими новостями.
— Ну, на
