Броган круто развернулся к ней. Она плюнула ему в глаза.
Налившись кровью, он протянул руку. Кэлен ударила его ногой в пах. Броган заорал. Лунетта кинулась к нему, и тут же Эди сзади обрушила ей на голову полено.
Броган выпрямился и ударил Кэлен по ребрам. Эди ухватила падающую Лунетту за разноцветные лохмотья, стянула их с нее и швырнула в огонь. Лунетта, едва не потерявшая сознание после удара, в ужасе вскрикнула.
Кэлен видела, как ярко вспыхнули разноцветные полоски. Упав на спину, она подсекла Брогану ноги и тут же вскочила. Броган начал подниматься, но она ударила его сапогом в лицо.
Лунетта взвизгнула. Кэлен не сводила глаз с Брогана. Из носа у него хлестала кровь. Он вновь приготовился броситься на Кэлен, но вдруг увидел за ее спиной свою сестру и замер.
Кэлен быстро глянула через плечо.
Лунетта исчезла.
Какая-то очень красивая женщина в белой одежде суетилась возле камина, отчаянно пытаясь вытащить из огня полыхающие лохмотья.
Кэлен не верила своим глазам. Что произошло с Лунеттой?
— Лунетта! — яростно завопил Броган. — Как ты смеешь наводить на себя красоту в присутствии посторонних?! Как смеешь пользоваться магией, чтобы ввести людей в заблуждение? Прекрати немедленно! Ты безобразна!
— Господин генерал! — вскричала она. — Мои красотулечки! Они горят! Пожалуйста, брат, помоги!
— Ты, мерзкая стреганица! Прекрати, я сказал!
— Не могу, — рыдала она. — Не могу без моих красотулечек!
С яростным ревом Броган отшвырнул Кэлен и метнулся к камину. Схватив Лунетту за волосы, он поднял ее и с размаху ударил кулаком в лицо. Та упала, сбив с ног Эди.
Когда Лунетта попыталась встать, Броган пнул ее.
— Я сыт по горло твоим непослушанием!
Кэлен, схватив полено, кинулась на него, но генерал успел уклониться, и удар пришелся ему по плечу. Он кулаком отбросил Кэлен назад.
— Ах ты, мерзкая свинья! — закричала она. — Оставь свою красавицу сестру в покое!
— Она быть чокнутая! Чокнутая Лунетта!
— Не слушай его, Лунетта! Твое имя означает «маленькая луна»! Не слушай его!
Завизжав от бешенства, Броган протянул руки к Кэлен. Комнату пронзила молния. Она не попала в Кэлен лишь потому, что Броган был почти ослеплен гневом и не соображал, что делает. Со стены посыпалась штукатурка.
Кэлен окаменела. Тобиас Броган, генерал Защитников Паствы, человек, посвятивший жизнь уничтожению магии, сам обладал даром!
С криком бешенства Броган метнул в Кэлен воздушный сгусток. Он ударил ее в грудь и отбросил к стене. Кэлен едва не потеряла сознание и сползла на пол.
Лунетта, увидев, что делает Броган, завопила еще громче, чем он.
— Тобиас, нет! Ты не должен пользоваться этим!
Он схватил ее за шею и принялся колотить головой об пол.
— Ты быть та, кто это сделал! Ты пользуешься этой мерзостью! Ты прибегла к приворотным чарам! Ты сотворила молнию!
— Нет, Тобиас, это сделал ты! Ты не должен пользоваться своим даром! Мама говорила мне, что ты не должен им пользоваться!
Он поднял ее за волосы.
— Что ты несешь?! Что сказала тебе мама, ты, мерзкая стреганица?
Миловидная женщина, тяжело дыша, ловила воздух ртом.
— Ты быть избранный, мой брат. Тот, кому предназначено стать великим. Она сказала, что я должна сделать так, чтобы меня не замечали, и тогда все будут смотреть лишь на тебя. Она сказала, что только ты быть важен. И сказала, что я не должна позволять тебе прибегать к дару.
— Врешь! Мама ничего этого не говорила! Мама ничего не знала!
— Нет, Тобиас, знала. Она тоже немножко владела магией. Приехали сестры, чтобы забрать тебя. Мы с мамой любили тебя и не хотели, чтобы у нас отняли нашего маленького Тобиаса.
— У меня нет этой мерзости!
— Это быть правда, брат! Они сказали, что у тебя есть дар, и хотели забрать тебя во Дворец Пророков. Мама сказала, что если они вернутся без тебя, то в следующий раз привезут с собой подмогу. И мы их убили. Мама и я. Тогда ты и получил этот шрам возле рта. Мама сказала, что мы должны их убить, чтобы не приехали другие. И она сказала, что я не должна позволять тебе пользоваться даром, иначе они снова придут за тобой.
Грудь Брогана от ярости ходила ходуном.
— Все это ложь! Ты сотворила молнию и навела на себя красоту для других!
— Нет, — всхлипнула Лунетта. — Они сожгли мои красотулечки! Мама сказала, что ты создан быть великим, но все может рухнуть. Она научила меня, как пользоваться красотулечками, чтобы казаться дурнушкой и не давать тебе пользоваться даром. Мы хотели, чтобы ты стал великим. Моих красотулечек больше нет. А ты сотворил молнию.
Броган уставился в пространство бешеными глазами. Он ничего не видел вокруг.
— Это не быть мерзость, — прошептал он. — Это просто быть я. Мерзость быть Зло. Но это не быть Зло. Это просто быть я.
Броган заметил, что Кэлен пытается встать, и взгляд его снова сделался осмысленным. Яркая молния вновь пронзила тьму. Она врезалась в стену прямо над головой Кэлен, которая едва успела распластаться на полу. Броган вскочил на ноги, готовый кинуться на нее.
— Тобиас! Прекрати! Не смей пользоваться магией!
Тобиас Броган посмотрел на сестру с жутким спокойствием.
— Это быть знак. Время пришло. Я всегда знал, что так будет. — По кончикам его пальцев пробегали голубые огоньки. Он поднес ладонь к лицу. — Это не быть мерзость, Лунетта, это быть сила Создателя. Мерзость была бы уродливой. А это быть красота. Создатель потерял право указывать мне. Создатель быть еретик. Теперь у меня есть сила, и пришло время ею воспользоваться. Отныне я буду вершить судьбы людей. — Он повернулся к Кэлен. — Отныне я быть Создатель.
— Тобиас, пожалуйста, — умоляюще протянула к нему руку Лунетта.
Он резко обернулся к ней. Смертельные огненные спирали змеились по его рукам.
— То, чем я владею, быть восхитительно. И я больше не желаю слушать твой жалкий лепет и ложь. Вы с мамой были еретички. — Он извлек меч, по которому тут же побежали огоньки, и взмахнул им.
Лунетта наморщила лоб. Умственные усилия ей явно давались с трудом.
— Ты не должен пользоваться своим волшебным даром, Тобиас! Не должен.
Огоньки на ладонях у Брогана исчезли.
— Я буду пользоваться тем, что мне принадлежит! — Пламя на руке вновь загорелось и заплясало на клинке. — Теперь я — Создатель. У меня есть сила, и я говорю, что ты должна умереть!
В его глазах сверкало безумие. Он зачарованно уставился на свои окутанные пламенем пальцы.
— Тогда это ты — еретик, — прошептала Лунетта. — И я должна тебя остановить, как ты сам меня научил.
С ладони Лунетты сорвался розовый луч и пронзил Брогану сердце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
