Сейчас нужно было одержать эту победу.
«Один к одному»…
Рассудительность и военная честность его благородия Кенеса очень понравились Терезе. Кенес был предсказуем. У него было все, что надо, и такое как надо: авангард, арьергард, прикрытие с флангов, разведывательные отряды… Командир, который не относился к этому всерьез, в любой момент мог из прихоти перестать делать глупости, что стало бы неприятным сюрпризом. Отличавшегося незаурядным умом Кенеса нелегко было перехитрить, но все же однажды сложенная головоломка пока что держалась крепко, составляя единое целое.
42
Дорога вела через широко раскинувшийся густой лес. С самого утра разведывательные отряды Кенеса переправились через Мереву, еще до подхода передовой стражи. Две небольшие группы солдат, каждая во главе с рыцарем, поехали вдоль левого берега реки. Третья группа двинулась по дороге в сторону находившегося в неполной четверти мили леса. У самого его края, шагах в трехстах от дороги, виднелись строения бедной деревушки. Разведывательный отряд проехал среди хижин, откуда выглядывали перепуганные крестьянки. Один из солдат задал несколько вопросов, показал командиру на каменистое поле за деревней и махнул рукой. Это была одна из тех деревень, которых больше всего коснулась война, — где не хватало мужчин, похищенных и проданных в невольничьи хозяйства пользовавшимися военным беззаконием вооруженными бандитами. Крестьянки умирали от голода. Рыцарь бросил под копыта коня монету и, оставив позади дерущихся за деньги женщин, повел отряд назад на основательно заброшенную проселочную дорогу, ответвлявшуюся от дороги в портовый Сейен. Основной, достаточно удобный, тракт вел через сожженный мост и сливался с дорогой, связывавшей Акалию с Роллайной. Однако в половине дня пути от моста имелся брод — и именно к нему вела выходящая из леса тропа, по которой поехали разведчики Кенеса. На южном берегу реки, откуда должны были подойти отряды Ахе Ванадейоне, дорога исчезала среди травы. Вдали маячили едва видимые в лучах весеннего солнца клубы дыма из труб большой деревни, возможно, чуть побогаче, чем та возле леса. То тут, то там на слегка холмистой равнине росли обширные дартанские рощи.
Разведчиков, посланных на южный берег реки, тех самых, которые сперва заглянули в деревню, а потом въехали в лес, захватили врасплох, когда они уже подъезжали к плавному повороту, за которым светлел конец лесной дороги. В смешанном клине акалийской гвардии была десятка арбалетчиков, вторая — лучников и третья — легкой конницы, также с луками в руках. Превосходные солдаты Терезы, не сговариваясь, могли умело выбрать цель: командир конного отряда, в прибитых к телу четырьмя тяжелыми арбалетными стрелами доспехах, свалился с седла, его солдаты вскидывали коней на дыбы, пронзаемые стрелами лучников, которым помогли остальные арбалетчики. Выпущенные с расстояния в полтора десятка шагов — ибо именно столько отделяло заросли от середины лесной просеки, — стрелы лучших стрелков легиона пробивали кольчуги, в одно мгновение лишив жизни десятерых дартанских конников. Конные и пешие лучники тотчас же выбежали из укрытия, хватая лошадей убитых — животных отвели в лес и привязали к деревьям. Десятка арбалетчиков убрала трупы. Пышноволосая десятница без шлема, с кровоточащим свежим порезом на руке, вложила в рот два пальца и свистнула. За недалеким поворотом дороги почти сразу же послышался размеренный спокойный шаг марширующей пехоты. Молчаливые клинья лучников в черных мундирах, украшенных серебряными звездами, прошагали мимо довольных гвардейцев, прислонившихся к деревьям. Сапоги солдат Акалийского легиона стерли свежую кровь с травы, которой поросла дорога.
Легион дошел почти до конца лесной дороги. Легкие клинья расходились в стороны, исчезая среди деревьев. Пришла очередь арбалетчиков из другого полулегиона, один клин в котором носил темно-зеленые громбелардские мундиры. И они тоже скрылись между деревьями. На дороге чуть в глубине леса осталась только колонна тяжелой пехоты — сто двадцать крепких мужиков в доспехах, с прочными черными щитами, на которых сверкали три звезды Вечной империи. В лесу долго царила полная тишина, нарушаемая лишь щебетом птиц. На фоне этой тишины во второй раз раздался сперва негромкий, потом все более отчетливый звук шагов марширующей пехоты. Ритм их был просто неподражаем. Слыша лязг доспехов, можно было подумать, что идет только один закованный в железо гигант. Если бы перебитые разведчики еще могли открыть глаза, они неизбежно решили бы, что к щитоносцам Акалийского легиона хочет присоединиться пеший дартанский отряд. Но рослые солдаты в полной броне оказались имперской пехотой. Над строем возвышался лес тяжелых алебард, насаженных на толстые древки. За полулегионом дартанской гвардии выстроился еще один — эти солдаты в красных мундирах были вооружены так же, как и тяжелая пехота, им недоставало лишь кирас и набедренников. Но у всех были топоры, у большинства — налокотники, наколенники и солидные щиты, на которых по приказу командующей были закрашены красным серые поля, так как этот цвет полагался только гвардии; теперь щиты были полностью красными, с серебряными звездами. Подошли еще две полусотни конной пехоты и полусотня красных арбалетчиков с легкими самострелами — последние прошли мимо строя и, двигаясь у края леса, вдоль дороги, дошли до выхода на равнину, после чего скрылись среди деревьев, так же как до этого арбалетчики и лучники Акалийского легиона.
На небольшой равнине возле леса рядом с бедной деревушкой без мужчин царили тишина и спокойствие.
Северный берег явно преобладал над южным. Двигавшийся вдоль реки со стороны сожженного моста отряд передовой стражи видел по другую сторону Меревы десятку конных разведчиков, которые теперь повернули и ехали обратно к броду, показывая его товарищам. Отряд авангарда дошел до песчаной отмели — река часто разливалась в этом месте — и свернул. Первые ряды завели лошадей в воду; волны омывали конские животы и только в самой середине поднимались чуть выше. Передовая стража шла в полной боевой готовности — рыцари не садились на коней и держали в руках копья. Шедшие за ними, уже видимые на расстоянии мили отряды двигались в обычном походном порядке; рядом с каждым рыцарем ехал оруженосец или слуга, ведший боевого коня, который нес только копье своего хозяина. За войском, еще невидимый, двигался обоз. Процессию замыкал авангард.
Отряд передовой стражи выезжал из реки. Кони цеплялись копытами за невысокий склон северного берега. Ряд за рядом обходил высокую насыпь, возвышавшуюся над водой, — подход к броду врезался дугой между двумя такими насыпями; выход на равнину представлял собой короткую, тянувшуюся вдоль реки на протяжении нескольких десятков шагов ложбину. Отряд прошел через эту ложбину, перестроился в походный строй и двинулся по дороге в сторону леса, где недавно скрылись разведчики.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
