Шум сражения наконец достиг ушей двигавшихся по правому берегу реки отрядов. Вперед метнулись конные патрули. Высокие насыпи несколько заслоняли обзор, но не настолько, чтобы скрыть картину боя. Рыцари Кенеса пересаживались с походных на боевых коней — очень быстро, с ловкостью, какую дает только опыт. К тому же это были воины, принимавшие участие в войне с самого начала, сражавшиеся еще против рыцарей королевы. Обоз остановили. Вскоре вернулись всадники, посланные на разведку, ведя нескольких беглецов. Несчастные, которым каким-то чудом удалось пробиться к реке и ее преодолеть, сидели на страшно израненных лошадях — из конских боков и крупов во все стороны торчали стрелы. Некоторые добрались пешком. Доспехи и кольчуги уцелевших были пробиты во многих местах; один из них испустил дух на глазах самого командира. Передовой стражи армии больше не существовало.
Быстро и умело освободившись от обоза и запасных лошадей, тяжелые отряды Кенеса двигались в сторону брода. Тыловую стражу оставили при обозе. Повозки по приказу предусмотрительного командира поставили в форме многоугольника, внутри которого должны были найти убежище солдаты из арьергарда и обозная прислуга. Только в одной стене многоугольника оставили проход, через который рыцари могли бы пойти в атаку, если бы возникла такая необходимость.
До отрядов, идущих на помощь авангарду, доходили все новые известия. Стало ясно, что передовая стража угодила в ловушку, поставленную Акалийским легионом, — черные мундиры носили только солдаты с Тройного пограничья. Его благородие К. Б. И. Кенес давно уже собрал сведения как об этом легионе, так и о командовавшей им тысячнице. Разозленный поражением передовой стражи, он вместе с тем не мог скрыть уважения и восхищения отважной женщиной-воином, которая вывела своих людей столь далеко за стены гарнизона, бросив вызов всей мощи Дартана, взбунтовавшегося против ее Вечной империи. Она прекрасно выбрала место; Кенес уже понимал, почему перед ним сожгли мост. Не затем, чтобы замедлить движение отрядов и утомить войско, вынужденное преодолевать лишние мили. Командующая легионом хотела направить его именно к этому броду.
На высоком северном берегу, на небольшой равнине, ограниченной с севера и запада стеной леса, а с другой стороны хижинами деревни, угасала неравная битва, которую вели сто рыцарей и триста солдат с полуторатысячной армией стрелков. Беспримерная бойня, из которой почти никто не ушел живым, поскольку выпускаемые сотнями стрелы были быстрее самого резвого коня. К. Б. И. Кенес прекрасно понимал, сколь тяжело будет справиться с этим воинственным и дерзким легионом. Широкий брод позволял войти в воду даже целому отряду одновременно, но выход на равнину вел только через узкую щель, прорезанную в крутой насыпи. Старый рыцарь поговорил с советниками и подчиненными командирами. Возможно, рассудку следовало взять верх над гордостью. Нужно было форсировать реку в другом месте и лишь тогда разбить войско империи.
Решение принадлежало К. Б. И. Кенесу. Командиры рангом пониже, неизмеримо радуясь тому, что главнокомандующий готов сам отважно противостоять обвинениям в трусости и отсутствии решительности, и довольные, что он не требует от них делить ответственность за принимаемые решения, открыто склонялись к мысли о поисках более подходящей переправы. Уже некому было идти на помощь.
Семь тяжелых отрядов стояли у реки, ожидая решения командира. Кенес его уже принял — но тут же от него отказался. Запыхавшийся всадник, который недавно отважно переправился через реку, только что вернулся, привезя новые известия. Небогатый (о чем свидетельствовали скверные доспехи) молодой рыцарь из забытого южнодартанского рода, жаждущий славы, приключений и военных трофеев на службе у легендарной королевы.
— Они уходят, ваше благородие! — крикнул он. — Имперское войско уходит в лес! Там настоящее побоище… Рыцари, ваше благородие! Все порублены! Люди расстреляны в спину, убитые лошади… Никого не пощадили, ваше благородие! А теперь уходят в лес!
Берег реки отделяло от стены деревьев около четверти мили. Он находился вне досягаемости стрел из самых мощных армектанских луков и даже тяжелых арбалетов. Кенес не знал, не будет ли точно так же обороняться ближайшая переправа. Он мог не найти моста, сожженного так же, как и предыдущий.
Подъехали еще два всадника, подтвердив новость. Имперские добили раненых, не взяв ни одного пленного. Акалийский легион, сделав свое дело, прятался в безопасной чаще.
— Форсировать реку и развернуться в боевой строй! — приказал Кенес. — Сперва отряд Темной Чащи, потом Отдельный и Третьей Атаки. Если те вернутся — прекратить переправу!
Рыцари поскакали к реке. Могущественный отряд Темной Чащи, снискавший бессмертную славу под Вемоной и подкрепленный новыми солдатами, направил лошадей в ленивые волны Меревы. Десятки и сотни копыт подняли песок со дна реки, вспенивая воду. Один за другим рыцари достигали северного берега и входили в узкую расщелину. Первые группы всадников вышли на равнину, сразу же выстраиваясь «забором», поскольку это был самый простой строй, которого вполне хватало для отражения атаки пехоты или даже немногочисленной конницы легиона. Рыцари вставали плечом к плечу, а за ними солдаты из свиты. Кусая губы, старый воин ждал, не исправит ли враг свою ошибку, ибо время на это еще оставалось… В строй встала треть отряда… половина… Да! Уже было слишком поздно, имперские упустили свой шанс! Отряд Темной Чащи стоял в строю, развернувшись вправо от дороги. Он шагом двинулся вперед, освобождая место Отдельному отряду, который с шумом и плеском вздымаемой конскими копытами воды шел ему на помощь. К броду подходил отряд Третьей Атаки, за ним остальные. Кенес наблюдал за переправой. Отдельный отряд выстраивался на том месте, которое покинули всадники Чащи.
Что-то случилось в расщелине, через которую вела дорога к вершине обрыва, видимо, упала чья-то лошадь, поскольку рыцари перестали выходить на равнину, у входа в расщелину они снова отступали в воду, отталкивая крупами лошадей напирающих сзади товарищей. У самого берега нарастал хаос… но вот препятствие в расщелине исчезло, несколько человек вывели лошадей под уздцы на обрыв и теперь садились на них. Поток рыцарей и солдат снова хлынул через расщелину. Отдельный отряд сформировал «забор» за спинами конников Темной Чащи. Теперь шел отряд Третьей Атаки, первые его солдаты выстраивались слева от дороги, продолжая за ней строй Темной Чащи… Кенес глубоко вздохнул. Он знал, что легионеры из Акалии не сумеют победить на равнине два, а вскоре уже три отряда. Захватив переправу, он мог развернуть любые силы под прикрытием готовых к бою подразделений. Захват леса можно было отложить и на потом. Здесь нигде не было непроходимых дебрей, в лучшем случае небольшой лес, который легко было преодолеть даже не по дороге. Акалийский легион, упрямо сидевший среди деревьев, был обречен на то, чтобы оказаться в ловушке. Кенесу вовсе не улыбалось бросать в лес пеших рыцарей, но, в конце концов, он должен был как-то пройти в Низкий Громбелард, а потом в Армект! Он не мог останавливаться перед одним вражеским легионом, демонстрируя, что для четырехтысячного войска это непобедимая армия!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
