так же опасно, как лицом к лицу столкнуться с повстанцами, – ответила я. – Они могут быть недовольны, что мы не вышли из состязания.
– Если в той статье, которую Селеста показала тебе, написана правда, люди должны гордиться тобой.
Я хотела возразить, но нас прервал стук в дверь. Максон открыл, и в комнату быстрым шагом вошел Аспен в сопровождении еще одного гвардейца.
– Ваше высочество, – с небольшим поклоном произнес Аспен. – Леди Америка сказала, что вам необходимо выбраться за пределы дворца.
Максон глубоко вздохнул:
– Да. И я слышал, что вы именно тот человек, который может мне в этом помочь. Офицер… – Он пригляделся к жетону Аспена. – Леджер.
Аспен кивнул:
– Это на самом деле не так уж и сложно. Гораздо сложнее сохранить это в тайне.
– Почему?
– Полагаю, у вас есть веские причины на то, чтобы выйти из дворца ночью, причем без ведома короля. Если нам будет задан прямой вопрос, – добавил Аспен, покосившись на своего товарища, – едва ли мы сможем скрыть от него правду.
– А я и не стал бы просить вас об этом. Я очень надеюсь, что в самом ближайшем будущем смогу сам рассказать все отцу, но до тех пор нашу вылазку следует держать в тайне.
– Ну, с этим проблем не возникнет. – Аспен поколебался. – Думаю, леди Америке не следует идти с вами.
Максон покосился на меня с выражением, в котором явственно читалось: «Вот видишь!»
Я выпрямилась в полный рост:
– Я не собираюсь сидеть здесь сложа руки. Мне уже один раз удалось уйти от повстанцев.
– Но они не были южанами, – возразил Максон.
– Я иду, и точка, – заявила я. – Давайте не будем попусту тратить время.
– Обрати внимание, никто с тобой не согласен.
– Обрати внимание, меня это не волнует.
Максон со вздохом натянул на голову вязаную шапочку:
– Ладно, так что мы делаем?
– План довольно прост, – решительно начал Аспен. – Дважды в неделю во дворец на грузовике привозят провизию. Иногда, если вдруг обнаруживается нехватка чего-нибудь, грузовик отправляют в город вне расписания. Обычно за покупками едет кто-нибудь из кухонной челяди в сопровождении нескольких гвардейцев.
– И никто ничего не заподозрит? – спросила я.
Аспен покачал головой:
– Эти поездки часто совершают по ночам. Если повар говорит, что к завтраку нужно докупить еще яиц, это лучше сделать до восхода солнца.
Максон подошел к своим брюкам от костюма и пошарил в кармане:
– Мне удалось связаться с Августом. Он передал, что будет ждать нас вот по этому адресу. – Максон протянул лист бумаги Аспену, и тот показал ее своему товарищу.
– Ты знаешь, где это? – спросил он.
Гвардеец – темнокожий парень, на жетоне у которого значилось имя Эйвери, – кивнул.
– Не самый лучший район, но зато достаточно близко от продовольственного склада, так что никаких подозрений возникнуть не должно.
– Ладно, – сказал Аспен, потом взглянул на меня. – Спрячьте волосы под шапку.
Я скрутила волосы в жгут и уложила кольцом вокруг головы, надеясь, что они влезут под шапочку, которую принес Аспен. Заправив последние пряди, я вопросительно взглянула на Максона:
– Ну как?
– Сногсшибательно, – сдавленно фыркнул он.
Я шутливо ткнула его кулаком в плечо и обернулась к Аспену за дальнейшими указаниями.
И увидела промелькнувшую в его взгляде боль. Мое непринужденное общение с Максоном задело его за живое. И возможно, не оно одно. Мы с Аспеном два года тайком от всех встречались в домике на дереве, а теперь я собиралась совершить вылазку в город после комендантского часа в сопровождении человека, за голову которого южане отдали бы что угодно.
Это была пощечина всему, что было между нами.
И хотя я больше не была влюблена в Аспена, он по-прежнему много для меня значил, и мне не хотелось причинять ему боль.
Прежде чем Максон успел что-либо заметить, лицо Аспена вновь стало непроницаемым.
– Следуйте за мной.
Выскользнув в коридор, Аспен с Эйвери пошли впереди нас по лестнице, которая вела в просторное убежище, предназначенное для членов королевской семьи. Однако вместо того, чтобы направиться к массивной стальной двери, мы быстро прошли по всему дворцу и поднялись по другой винтовой лестнице. Я решила, что мы идем на первый этаж, но вместо этого мы очутились в кухне.
Меня немедленно обдало жаром, в нос ударил сдобный запах подходящего теста. На долю секунды я словно перенеслась домой. Я ожидала увидеть нечто больнично-стерильное, профессиональное, вроде больших пекарен, которые были у нас дома в Каролине в богатом районе. Здесь же на большущих деревянных столах лежали в ожидании разделки овощи. Там и сям были оставлены записки, чтобы тот, кто должен был заступить на следующую смену, знал, что нужно делать. В общем и целом дворцовая кухня, несмотря на свои размеры, казалась вполне уютной.
– Опустите головы, – шепнул Эйвери нам с Максоном.
Мы уставились себе под ноги.
– Далила? – позвал Аспен.
– Минутку, золотце, – раздался в ответ низкий женский голос. Протяжная манера говорить напомнила мне родную Каролину. Послышались грузные шаги, но я не стала смотреть на женщину, чтобы не выдать себя. – Леджер, красавчик, как дела?
– Неплохо. Я слышал, нужно съездить за чем-то на склад. Давай список, я сгоняю.
– На склад? Я не в курсе.
– Странно. Не мог же я ошибиться.
– Да давай уж скатайся, – произнесла женщина без малейшего намека на подозрительность. – На всякий случай.
– Да, лучше съездить. Я быстро, – ответил Аспен. Я услышала, как он поймал на лету брошенную ему связку ключей. – Увидимся позже, Далила. Если будешь спать, я повешу ключи на крючок.
– Ладно, золотце. Заходи как-нибудь поболтать, а то совсем меня позабыл, носу не кажешь.
– Непременно.
Аспен уже шагал к выходу, и мы без слов последовали за ним. Я улыбнулась про себя. Та женщина, Далила, судя по голосу, была уже в годах. Однако Аспен умудрился обаять и ее.
Мы завернули за угол и по широкому пандусу поднялись к дверям. Аспен отпер замок и распахнул двери. В темноте угадывались очертания большого черного фургона.
– Держаться там не за что, но, думаю, вам лучше ехать сзади, – сказал Эйвери.
Я покосилась на просторный кузов. По крайней мере, там можно не опасаться быть узнанными.
Я подошла к фургону, Аспен уже распахивал дверцы.
– Миледи, – сказал он, протягивая мне руку, на которую я оперлась. – Ваше высочество, – добавил он, когда в кузов, отвергнув предложенную помощь, забрался Максон.
Внутри было несколько ящиков и что-то вроде стеллажа, но, за исключением этого, фургон представлял собой пустую металлическую коробку. Максон прошел вглубь фургона и огляделся.
– Иди сюда, Америка, – позвал он меня, указывая на угол. – Пристроимся за стеллажом.
