Пейдж еще немного посидела рядом со мной. Я была рада тому, что не одна.
– Если ты не захочешь пойти со мной, я не обижусь. Это опасно и довольно грустно.
– Я… Давай немного помолчим, ладно? – попросила я.
– Хорошо. Мне посидеть с тобой?
– Угу.
Она осталась. Не задавая ни единого вопроса, она сидела рядом со мной, тихо-тихо, как мышка. Мне казалось, прошла целая вечность, хотя на самом деле от силы минут двадцать. Боль мучила меня все сильнее и сильнее, и я уже начинала отчаиваться. Может, все-таки мне удастся показаться врачу. Разумеется, для этого нужно его найти. Дворец заплатит. Вот только я понятия не имела, как отыскать Максона.
И жив ли он вообще? И Аспен тоже?
Численное превосходство было не на их стороне, зато у них было оружие. Если повстанцы так быстро узнали меня, то наверняка должны были узнать и Максона? А если они его узнали, что с ним сделали?
Я сидела неподвижно, пытаясь совладать с тревогой. Сейчас мне нужно было думать о себе. Но что я буду делать, если Аспен погиб? А если Максон…
– Ш-ш-ш! – шикнула я, хотя Пейдж по-прежнему не издавала ни звука. – Ты это слышала?
Мы обе навострили уши.
– …Макс! – послышался чей-то крик. – Выходи, Мер, это Макс!
Идея воспользоваться этими именами наверняка принадлежала Аспену.
Я с трудом поднялась на ноги и кое-как доплелась до выхода из переулка. Пейдж последовала за мной. По улице на черепашьей скорости полз грузовик, из которого выглядывали три головы.
Я обернулась к своей новой знакомой:
– Пейдж, поедешь со мной?
– Куда?
– Обещаю, у тебя будет настоящая работа и еда и никто не посмеет даже пальцем тебя тронуть.
Ее глаза наполнились слезами.
– Тогда я даже спрашивать не буду, где это. Я еду.
Здоровой рукой я взяла ее за руку. Разодранный рукав по-прежнему болтался пустой. Мы пошли по улице, держась поближе к стенам.
– Макс! – позвала я, когда грузовик был уже рядом. – Макс!
Массивный грузовик с визгом затормозил, и из него выскочили Максон с Аспеном и Эйвери.
При виде распахнутых объятий Максона я выпустила руку Пейдж. Он крепко обнял меня, задев раненое плечо, и я вскрикнула.
– Что случилось? – спросил он.
– В меня попала пуля.
Аспен отстранил Максона и принялся осматривать мою руку.
– Могло быть намного хуже. Нужно отвезти вас обратно во дворец и обработать рану. Полагаю, врача вмешивать в это дело не стоит? – Он вопросительно посмотрел на Максона.
– Я не хочу, чтобы она страдала, – упрямо произнес тот.
– Ваше высочество, – ахнула Пейдж и упала на колени. Плечи у нее заходили ходуном, как будто она плакала.
– Это Пейдж, – как ни в чем не бывало представила я свою новую знакомую. – Давайте садиться.
Аспен протянул Пейдж руку.
– Тебе ничто не грозит, – заверил он ее.
Максон обнял меня за талию и повел к фургону.
– Я был уверен, что нам придется искать тебя всю ночь напролет, – выдохнул он.
– Я тоже. Но в таком состоянии я бы далеко не ушла. Пейдж помогла мне.
– Тогда о ней позаботятся, даю слово.
Мы с Максоном и Пейдж забрались в фургон и покатили по дороге обратно во дворец. Отчего-то мысль о крепко запертой металлической двери очень грела мне душу.
Глава 14
Аспен вытащил меня из грузовика и торопливо отнес в какую-то крохотную комнатушку. В пространство, меньшее, чем моя ванная, были втиснуты две узкие койки и комод. По стенам были развешаны фотографии и записки, несколько смягчавшие казенную обстановку, но внутри все равно было неуютно, не говоря уж о том, что, когда в нее набились мы с Аспеном, Эйвери, Максон и Пейдж, стало еще и невероятно тесно.
Аспен как можно бережней уложил меня на койку, но рука все равно продолжала дергать.
– Нужно привести врача, – сказал он.
Однако я видела, что он сам сомневается в собственных словах. Если звать доктора Эшлера, придется либо рассказать ему всю правду, либо наврать с три короба, а ни то ни другое было нам не нужно.
– Не надо, – слабо возразила я. – Не умру же я от этого. Ну, останется шрам, велика важность. Нужно только промыть рану.
– Тебе нужно болеутоляющее, – добавил Максон.
– У нее может начаться заражение. В переулке было ужасно грязно, да еще я ее трогала, – виновато подала голос Пейдж.
Руку вдруг словно объял огонь, и я зашипела от боли:
– Энн. Приведите Энн.
– Кого? – переспросил Максон.
– Ее старшую горничную, – пояснил Аспен. – Эйвери, приведи Энн, и пусть захватит аптечку. Придется обойтись тем, что есть там. И еще нужно придумать, что делать с ней, – кивнул он на Пейдж.
Полные тревоги глаза Максона скользнули с моего лица на обеспокоенное лицо Пейдж.
– Ты преступница? Ты откуда-то сбежала? – спросил он у нее.
– Никаких преступлений я не совершала. А из дома действительно сбежала, но меня никто не ищет.
Максон обдумал услышанное:
– Добро пожаловать во дворец. Эйвери отведет тебя на кухню. Скажешь Мэллори, принц велел взять тебя в помощницы. И передай ей, пусть немедленно поднимется в офицерское крыло.
– Мэллори. Слушаюсь, ваше высочество.
Пейдж сделала книксен и следом за Эйвери вышла из комнаты, оставив меня наедине с Максоном и Аспеном. Мы провели вместе всю ночь, но втроем остались впервые. Груз секретов физически ощущался в и без того тесной комнатке.
– Как вы от них отбились? – спросила я.
– Август с Джорджией и Микой услышали стрельбу и выскочили на улицу, – сказал Максон. – Он не шутил, когда сказал, что никогда не причинит нам зла. – Максон умолк, его взгляд на миг устремился куда-то вдаль и стал печальным. – Мике не удалось уйти от пули.
Я отвернулась. Я совершенно не знала парнишку, и тем не менее этой ночью он отдал за нас свою жизнь. У меня было такое чувство, что я лично убила его, своими собственными руками.
Я потянулась утереть слезы и немедленно вскрикнула от боли.
– Успокойся, Америка, – сказал Аспен, забыв о том, что должен держаться официально.
– Все будет хорошо, – пообещал Максон.
Я кивнула, закусив губу, чтобы не плакать. Ну почему?
Повисло долгое молчание. Впрочем, возможно, мне только казалось от боли, что время тянется так долго.
– Такая преданность – огромная редкость, – неожиданно произнес Максон.
Сначала я решила, что он все еще говорит о Мике. Но потом мы с Аспеном увидели, что взгляд Максона направлен куда-то
