том, что он Двойка. Будь он Восьмеркой, я все равно хотела бы такого, как он.
– И не только ты, – кивнула я.
Это действительно было так. Селеста положила на него глаз, Крисс считала, что он забавный, и даже какая-то неизвестная мне Далила явно питала к нему слабость. И это еще не считая тех девиц, которые не давали ему проходу дома. Подобные вещи больше меня не расстраивали, даже когда исходили от такого близкого мне человека, как Энн.
И это было еще одним подтверждением того, что мои чувства к Аспену прошли. Если я совершенно спокойно думала о том, что на моем месте должна быть другая, значит он не был моей половинкой.
И тем не менее я не очень себе представляла, как подступиться к этому делу.
Я протянула руку и накрыла ладонь Энн своей:
– Я постараюсь, Энн. Обещаю.
Она улыбнулась, но тут же с тревогой закусила губу:
– Только, пожалуйста, не рассказывайте никому, ладно?
Я пожала ее пальцы:
– Ты всегда хранила мои секреты. И я тоже сохраню твой.
Глава 16
Не прошло и нескольких часов, как Аспен постучал в мою дверь. Служанки молча сделали книксен и удалились, без слов поняв, что нам необходимо поговорить с глазу на глаз.
– Как ты себя чувствуешь?
– Вполне сносно, – сказала я. – Руку немного дергает, и голова побаливает, но в остальном все в полном порядке.
– Я не должен был позволять тебе ехать, – покачал он головой.
Я похлопала ладонью по одеялу:
– Посиди со мной.
Аспен немного поколебался. По моему мнению, он теперь мог не опасаться вызвать подозрения. Максон и мои служанки знали, что мы общаемся, к тому же он вывел нас с Максоном из дворца прошлой ночью. Чем мы рисковали? Он, видимо, пришел к такому же заключению, потому что опустился на краешек кровати, на всякий случай расположившись на благопристойном расстоянии.
– Я во всем этом участвую, Аспен. Я не могла остаться отсиживаться во дворце. И потом, со мной же ничего страшного не случилось. И этим я обязана тебе. Ты спас мне жизнь.
– Если бы я действовал недостаточно быстро, а Максон не сообразил переправить тебя через стену, ты сейчас была бы чьей-нибудь заложницей. По моей милости ты чуть не погибла. И Максон тоже. – Он покачал головой, глядя в пол. – Ты представляешь, что было бы со мной и Эйвери, если бы вы не вернулись во дворец? А что случилось бы со мной, если бы… – Он умолк, похоже, пытаясь унять душившие его слезы. – Если бы мы не нашли тебя? – Аспен взглянул мне в глаза, в самую глубину моей души. В его взгляде была неприкрытая боль.
– Но нашли же. Нашли, защитили и оказали медицинскую помощь. Вы все просто молодцы. – Я погладила Аспена по спине, пытаясь утешить.
– Я понял, Мер, что, как бы все ни сложилось дальше… между мной и тобой всегда будет связь. Я никогда не перестану беспокоиться за тебя. Никогда не потеряю интерес к тому, что с тобой происходит. Ты всегда будешь важным человеком в моей жизни.
Я просунула руку ему под локоть и положила голову на плечо:
– Я понимаю, о чем ты говоришь.
Мы сидели так довольно долго. Должно быть, Аспен был занят точно тем же, чем и я: перебирал в памяти все подробности нашей истории. Как мы избегали друг друга в детстве, как не могли наглядеться друг на друга, когда стали старше, наши встречи украдкой в домике на дереве – все то, что сделало нас теми, кем мы были.
– Америка, мне нужно кое-что тебе сказать. – Я подняла голову, и Аспен повернулся ко мне лицом, осторожно держа за плечи. – Когда я говорил, что буду любить тебя всю жизнь, я действительно так думал. И я… я…
Он не смог заставить себя произнести эти слова вслух, и, по правде говоря, я была этому рада. Да, мы с ним были связаны друг с другом навсегда, но больше не были теми двумя, кто прятался от всех в домике на дереве.
Он издал слабый смешок:
– Пожалуй, мне нужно немного поспать. Я уже просто ничего не соображаю.
– Не ты один. А обдумать нам нужно многое.
Он кивнул:
– Послушай, Мер, повторения не будет. Ни помогать Максону в очередной рискованной вылазке, ни выводить тебя ночью за пределы дворца я больше не стану, не рассчитывай.
– Да я не уверена, что даже от этой вылазки был какой-то толк. Вряд ли Максон захочет предпринять что-то подобное снова.
– Вот и славно. – Аспен поднялся, взял мою руку и поднес к губам. – Миледи, – произнес он шутливым тоном.
Я улыбнулась и слабо сжала его ладонь. Он ответил тем же. Мы держались за руки, и, сжимая пальцы все крепче и крепче, я поняла, что скоро я должна буду отпустить его. Должна перестать цепляться за него.
Я заглянула в его глаза и почувствовала, как к горлу подступили слезы. Как же я скажу тебе «прощай»?
Аспен провел большим пальцем по тыльной стороне моей ладони и бережно положил ее на мои колени. Потом наклонился и поцеловал меня в макушку:
– Не переживай. Завтра я забегу к тебе.
За ужином я подала Максону условный знак, потянув себя за ухо, так что он знал, что я буду его ждать. Я сидела перед зеркалом. Минуты тянулись невыносимо долго. Мэри расчесывала мои волосы, что-то монотонно мурлыча себе под нос. Кажется, я однажды играла эту мелодию на чьей-то свадьбе. Когда меня только выбрали для участия в Отборе, мне отчаянно хотелось вернуться к той жизни. К миру музыки, который я любила всегда.
Но, по правде говоря, рассчитывать на это не стоило. Какой бы путь я ни избрала для себя теперь, музицировать я буду разве что на вечеринках для развлечения гостей или на досуге для души.
Я посмотрела на свое отражение в зеркале и вдруг поняла, что, вопреки ожиданиям, не жалею об этом. Мне будет не хватать музыки, но теперь она была для меня лишь частью жизни, а не всем, как прежде. Каков бы ни был исход Отбора, передо мной откроются другие возможности.
Я не желала больше ограничиваться рамками моей касты.
Негромкий стук в дверь оторвал меня от размышлений, и Мэри пошла открывать.
– Добрый вечер, – приветствовал ее Максон.
Наши глаза на мгновение
