«Вах», — неопределенно ответил Нагбэг. Фуггит растолковал это как «нет».
«Ой, Босс! С ним што-то не так!» — встревожено выкрикнул Фуггит. Хоть странного пациента и не удалось поставить на ноги простой операцией (просто потому что Док прооперировал не ту часть тела), как правило Орки быстро шли на поправку, несмотря на, а вовсе не из-за, пост-операционный уход.
«Ни биспакойся за ниго, Фуггит», — ответил Док. «Эта мой малинький икспир’мент. С ним все будит в парядке, как толька сквиг угнездится».
Я знал, что это только вопрос времени, угрюмо подумал Фуггит, рассматривая четкий ряд заклепок вокруг макушки черепа Нагбэга. Док, проводя операции, увлекся и засунул сквига в его мозг. Если Варбосс это обнаружит, нам хана!
— Так-так, — произнес Варбосс Плохих Лун, — а Док-та у нас плахой паринь.
— Шо не так? — спросил Док Хаксор, беспокойно оглядываясь на Нобов, сомкнувшихся вокруг него. Они были огромны (особенно в обхвате), и выражения их лиц не предвещало ничего хорошего. Он отчаянно пытался понять, зачем Варбосс вызвал его к себе так спешно. И главное у него не было выбора, Свита Нобов попросту вытащили его из дома, несмотря на его или Фуггита попытки защититься медицинскими инструментами.
— Если Вы пра малинькую перегрузке в Вашей бионике, я все об’исню. Нибось Фуггит сделал нибальшую канц’лярскую ашибку…
— Эй! — запротестовал Фуггит между ног Дока, где он укрывался. Док пинком заставил его мгновенно замолчать.
Большебрюхий Хардгит, могучий Варбосс Плохих Лун, ослабил свой ремень и разместился поудобнее на своем троне. В этот раз он собирался насладиться переговорами с Пейнбоем.
— Да миня дашли слухи, шо придлагаимые табой услуги по качиству не на должном, так сказать, уравне, Док.
— Враки все, дурная малва хочит апарочить мае доброе имя! Эта он сказал? Он завидуит, патаму шта я лучши! — Док Хаксор сердито ткнул пальцем в сторону Дока Бадбреффа, который с чопорным видом стоял сбоку от Варбосса.
— Я вызываю иво на бой в яме, тагда пасмотрим, кто лучший Док в акруги!
Варбосс потряс своей головой, тяжелые золотые серьги в его ушах издали нестройный звон:
— Не. Слишкам поздна спахватился. Ты пашел па плахому пути, очинь-очинь плахому. Бедный Нагбэг стал сапливым идиотом посли апирации на мозг, и он ни первый. Бойзы тибе больше не верят, и честна гаваря, я тоже.
Док Хаксор услышал металл в голосе Варбосса и понял, что попал. Он оглянулся на охраняющих его Нобов. Они злобно смотрели на него, обнажая плотные ряды зубов. Он понял, что спорить бесполезно, и повернулся к Варбоссу, решив принять наказание как Орк.
Большебрюхий Хардгит поднялся с трона и спустился вниз к провинившемуся Пейнбою. Док Бадбрефф, Свита Нобов и Мелкая прислуга устремились вперед, чтобы не пропустить приговор.
Варбосс прочистил горло, сплюнув жевательного сквига:
— Я, Бальшибрюхий Хардгит, магучий Варбосс Ваа-Хардгит, правитиль Горада Хардгита, убийца пучиглазых, заваиватель… ну и прочая хрень, настаящим признаю Дока Хаксора виновным в приступлениях против сваих саплименников Орков. Вынашу иму пригавор….
Собравшиеся Орки затаили дыхание и наклонились поближе.
— Атправиться в изгнание! Он пакинит горад Хартгита сигодня, и больши ни посмеит сунуть сюда сваю мерзкую рожу!
В изгнание! Док Хаксор был ошеломлен. Он не ожидал такого сурового наказания. Оштрафован до последнего зуба — возможно, но изгнан… Не раздумывая, он выпалил:
— А шо нащет штрафа?
Подобно плотоядному сквигу Варбосс моментально спросил:
— Скока у тибя есть?
Док назвал сумму вполне достаточную, чтобы впечатлить Варбосса (как он надеялся), но чтобы еще осталось на его маленькие «нужды». Варбосс немедленно потребовал больше. Мало нашлось бы таких же барыг как Варбосс Плохих Лун, и Доку пришлось отступить перед столь опытным противником. Вскоре все закончилось. Штраф включал в себя всю собственную зубную лавку Дока и его имущество. Ему оставались только одежда, которую он носил и его верный Фуггит. Впрочем, его не заставляли выселиться из его дома. Пара лет тяжкой работы и его благосостояние восстановлено.
— Ну и? — произнес он едва слышно. — Магу я типерь уйти, Ваша честь?
— Ну да, — ответил Варбосс, махнув рукой Нобам. — Выкиньти иво из горада, Парни, и убидитесь, шо он ушел.
Вяло сопротивляющийся Док Хаксор позволил крепким Нобам бесцеремонно дотащить себя до черты города. Все пропало, все над чем он трудился, все зубы, которые он заработал. Но как только ворота захлопнулись за спиной Дока и Фуггита, Хаксор, устремив взгляд вдаль, начал думать, что новоприобретенная свобода не так уж и плоха. Он сможет путешествовать, предлагать свои услуги по всей галактике, увеличить масштабы своих «икспириментов» — он всегда знал, что его талант недооценивают. Он потрепал Фуггита по ушам, чтобы подбодрить Гретчина, и широкой походкой направился по дороге в свое будущее, счастливо насвистывая и строя разнообразные планы.
Вирдбойзы и Мэдбойзы
«Глянь, Рэтгат», — произнес Слабдрог подозрительно. «Шо эта?» Рэтгат лениво приоткрыл один глаз и посмотрел, куда указывал палец Слэбдрога.
«Сквиг», — ответил он, закрыв глаз и привалившись обратно к теплой скале. Он порой удивлялся на Слэбдрога. Возможно, в детстве ему на голову уронили что-то массивное. После тяжелого дня тренировок тепло заходящего солнца доставляло ему настоящее удовольствие. Он не понимал, но почему-то все эти атаки, массовые песнопения и учебная стрельба заставляли чувствовать какой-то дискомфорт и раздражение. Одно время он думал, что вырос из этого, но прошло уже около двух месяцев с тех пор, как он покинул племя Диких, где его вырастили, но головные боли, пожалуй, становились все сильнее и сильнее.
Позволив спасть напряжению, он отправил свой разум погулять. Оранжевые и фиолетовые облака плыли через поле его воображения(no-vision), и он наблюдал, как они распадаются на части и вновь образуют различные фигуры. Некоторые фиолетовые фигуры сливались в огромные двуногие силуэты. Одна из маленьких оранжевых фигур выглядела почти как сквиг… Как ни странно, она все больше и больше напоминала сквига. Его пузо заурчало, вероятно, стоило пойти что-нибудь съесть.
Самае большая фиолетовая фигура, которая казалась наиболее плотной и четкой, подняла оранжевую сквигоподобную фигуру и протянула ему…
«Тагда пачиму эта он плаваит в воздухе?» — нарушил тишину капризный голос Слабдрога.
Рэтгат вздрогнул и очнулся от своих грез. Сквиг висел в воздухе перед ним. Большой, чудесный, толстый сочный сквиг с покачивающимися усиками (щупальцами?) — его любимый сорт. Он подхватил сквига из воздуха, засунул себе в рот и смачно зачавкал. Вкуснятина! После перекуса он почувствовал себя намного лучше.
«Босс! Босс! Быстрее! Сюда! Смари шо он делаит!» — Слабдрог неистово подпрыгивал на одном месте, указывая пальцем в его сторону. Что случилось? Он огляделся, но все, что он увидел, лишь спешащего к ним Дриллбосса.
«Эта он!» — настаивал Слабдрог, дрожа от возбуждения. Дриллбосс оценивающе смотрел на Рэтгата, собирая из воздуха палочки, камешки и сквигов, которые плавали вокруг его головы.
«Думаю, Босс захочит пабазарить с табой, юный Рэтгат. Ни хочишь панасить клевый медный посах?»
* * *
Гарслоб безнадежно пытался найти выход из своего затруднительного положения. Наззгронд пригласил к себе еще тогда, когда тот болтер, который он взял у него на время, дал осечку, а потом взорвался в его руке. Вчера его привели в хибару Наззгронда и назначили на новый пост «саветника» в одной из сумасшедших Орочьих банд. Он представлял себя гордо стоящим перед своими Бойзами, геройски указывая болтером на вражеские ряды. Если б он только знал, что ему припасли, он добровольно согласился бы стать до конца жизни одним из «падопытных» Дока Бадбреффа…
Он вернулся в реальность. Мэдбойзы бесцельно бродили вокруг него. Проведя лишь полдня в их компании, он набрался достаточно опыта, чтобы понять, что скоро они выкинут что-нибудь — эм — сумасшедшее. Им хватало лишь мига, чтобы удумать что-то новое. На земле он нашел сквига, которого тут же сожрал, пока никто не видел. Но он все еще был голоден. Как же он мог пропустить кебаб из сквига-Гиблета. Наззгронд «адалжил» ему Гретчина из своего хозяйства, но он не верил этому существу. Он оглянулся и увидел, что тот находится позади него, готовый к новым приказам. Он был уверен, что Гретчин ухмылялся.
«Ты ржошь?», — спросил он.
«Нет, я Раккит. Ржошь вернулся в лагерь».
Гарслоб подавил в себе желание ударить Гретчина за нахальство, но это дошло бы до Наззгронда и доставило бы ему новые неприятности. Если бы он мог как-нибудь избежать этого, то смог бы удрать, присоединиться к Бойзам и хорошенько подраться с кем-нибудь.
