Гуань гуань цзюй цзю
Цзай хэ чжи чжоу
Яо тяо шу нюй
Цзюнь цзы хао цю.
Иероглиф цзюй в первой строфе – это название редкой птицы – скопа́, или как ее еще называют в простонародье – речной орел, а цзю – это самка такой птицы. Эта порода птиц селится недалеко от реки или на островах этой реки, на вершинах господствующих деревьев. Отличительной особенностью птицы является то, что она – прирожденный «рыболов» и питается исключительно рыбой. Птица большая – размах крыльев достигает 1,5 метра – и очень красивая: брюшко белое, а спинка коричневая, по виду напоминает орла. Летает высоко над речной гладью, высматривая добычу, а затем – стремительно пикирует вниз со скоростью 250 км/час и хватает поверхностную рыбу своими острыми когтями. Если замочит крылья, – отряхивается в полете, как мокрая собака, т. к. не имеет жирового покрова на перьях (как, например, утки), при этом крылья закручиваются буквально «винтом». Когда летит с добычей, голова рыбы всегда ориентирована вперед для лучшей аэродинамики. Ее «разговор» – это посвист, а не «крики» чаек.
Для нас эта птица интересна тем, что она моногамна: пара образовывается на всю жизнь, даже если самец и самка порознь мигрируют на юг, а затем снова возвращаются на старое гнездо. Хотя в тех краях, где относительно тепло, они не являются перелетными. И второе важное замечание: самка и самец гнездо вьют совместно, при этом самец приносит материал, а самка устраивает гнездо. Основу гнезда составляют ветки деревьев, а затем в такой каркас самка вплетает траву, большей частью речную, т. е. растущую в воде. А значит, «пикировать» в воду эти птицы могут не только за рыбой, но и за речной травой. Самец собирает, – а самка использует для важного дела.
И теперь нам понятно, что́ означает двойное гуань в начале стиха. Одно из старых значений этого иероглифа – «пронзать», «пронизывать», «протыкать». По тексту стиха жених собирает на берегу реки кувшинки и видит, как эти красивые благородные птицы то и дело «пронзают» воздушное пространство и взмывают над рекой с рыбой или травой в лапах. Но ведь и этот жених тоже собирает «речную траву». И для него тоже – как и для этих благородных птиц – брак с будущей женой не мыслится иначе, как раз и навсегда данным судьбой. Двойное гуань передает, судя по всему, повторяемость самого процесса. Но и это – не все. Мы уже встречали в тексте Лунь юй иероглиф гуань – полный омоним настоящему, и он означал «созерцать с высоты» (как духи предков наблюдают за поведением людей). И когда декламируется это стихотворение, то такие фонетические гуань подобны, а поэтому вызывают двойственную ассоциацию: птицы, как духи, высматривают что-то с высоты, а затем – пронзают пространство, камнем падая вниз.
По сравнению с привычным для нас европейским «алфавитным» стихотворением его иероглифический собрат внешне выглядит «куцым», но такое впечатление обманчиво, т. к. мы, европейцы, не представляем себе его иероглифическую структуру, которая не является исключительно фонетической, как у нас, а в первую очередь – «зрительной». Приведем перевод, пусть и объяснительный (а как же иначе?!), всего четверостишия целиком:
Созерцая с высоты, камнем падают в воду скопа́ – самец и самка, —
Пара птиц, которая обитает на острове этой реки.
Таинственная, привлекательная, целомудренная девушка, —
Сыну правителя (цзюнь цзы) нравится думать о том, что мы [тоже] станем парой.
Все стихотворение пронизано «медитативным» сбором кувшинок и параллельным обращением, мысленным, к будущей жене. Для чего эти кувшинки? В дар невесте, потому что ей самой еще придется их много собирать для того, чтобы приготовить из них отвар, и этим отваром совершить жертвоприношение в Храме предков мужа. Именно таким образом – только через жертвоприношение «чужим» предкам – девушка становится законным членом семьи мужа.
В стихотворении говорится о цитрах, гуслях, барабанах и колоколах. И разве возможно такое, чтобы речь шла о какой-то простой крестьянской семье? Нет, это стихи богатых слоев общества, недаром сам жених назван «сыном правителя» – цзюнь цзы. Но разве мы не встречали эти же слова у Конфуция? И не отсюда ли он сам взял эту фразу, придав ей свое особое духовное значение? Или он, занимаясь «редакцией», ввел свое Цзюнь цзы в древний текст стиха вместо чего-то другого? Нет, такое исключено, т. к. и древнее цзюнь цзы здесь прекрасно вписывается, а Конфуций, как всякий подлинный ценитель истинной поэзии, тем более древней, не был способен на подобную «экзекуцию». Более того, это цзюнь цзы встречается в Книге стихов очень часто.
Ну вот, и пришло время поговорить о самом Конфуции. Ка́к полагает читатель? – ценил или нет Конфуций это стихотворение? Здесь не может быть другого ответа: ценил. Причем, как одно из самых любимых. А иначе он никогда бы не построил весь Храм своего Учения на этом далеком «цзюнь цзы» из Ши-цзина, одарив его таким духовным благородством и глубоким содержанием. Но ведь мы всегда считали, что Учитель равнодушен к женскому полу, – женская тема в его суждениях почти не встречается. Значит, такое наше мнение было ошибочным.
Человек, как правило, обращает внимание на то, что ему сродно, и именно это его привлекает в окружающем мире. Мы бы никогда не увидели это стихотворение в Лунь юе, если бы Конфуций не обратил на него свое особое внимание и не сказал о нем несколько слов. Но это произошло только по той причине, что стихи затронули какие-то сокровенные струны его души, а такое происходит – только «по подобию». Значит, и Конфуций когда-то любил такой же чистой и благородной любовью, пусть даже и не жену, а девушку своей ранней юности. В то время невест для своих сыновей выбирали родители, и разговор о какой-то «взаимной любви» молодых никогда не шел.
Этот цзюнь цзы из стихотворения тоже вряд ли знаком со своей невестой, – возможно, раз или два видел ее на «смотринах». И она для него не «желанная», а в первую очередь, яо – «глубокая», «таинственная», «далекая», а также тяо – «мягкая», «глубокая», «сокровенная». Тот жених, который видит в своей невесте только «сексуальную привлекательность», – это, говоря простым языком, причем, совсем не в ругательном смысле, – обыкновенная «скотина». И он ее тоже сделает «самкой» или «сексуальным партнером», потому что здесь все зависит, в первую очередь, от мужа. А любая здоровая девушка – всегда сексуально податлива, по своей природе. И это вовсе не означает «целибат» или какие-то
