к узловой станции Готня, примерно в 70 верстах от Белгорода, бронепоезд «Офицер» был встречен огнем батареи и бронепоезда красных. После перестрелки, выяснив силы противника, бронепоезд отошел к станции Томаровка, примерно в 30 верстах от Белгорода. У станции Томаровка находились части 10-го гусарского Ингерманландского полка. 29 июня бронепоезд «Офицер» вновь произвел далекую разведку и выбил заставу красных со станции Сумовская, примерно в 10 верстах от Готни. После починки пути бронепоезд двинулся дальше, подошел на 5 верст к станции Готня и открыл огонь по станции и неприятельским бронепоездам. Противник отвечал. Затем бронепоезд «Офицер» отошел и обстреливал шрапнелью окраину селения, занятого красными. По показаниям перебежчиков было установлено, что во время перестрелки 27 июня был разогнан митинг большевиков на станции Готня. Снаряды бронепоезда «Офицер» внезапно попали в самую толпу. 30 июня, не доходя до станции Сумовская, бронепоезд «Офицер» был встречен огнем неприятельских бронепоездов, которые стали в посадке на закрытой позиции. После перестрелки бронепоезд «Офицер» отошел на станцию Томаровка. В бою было получено попадание 42-линейного снаряда в пулеметную кабинку бронеплощадки. Осколком был тяжело ранен один казак. 1 июля бронепоезд «Офицер» вел упорный бой с двумя бронепоездами красных, которые заняли станцию Герцовка, в 45 верстах от Белгорода, и обстреливали заставы Ингерманландского гусарского полка. Позади бронепоезда «Офицер» взрывом снаряда был перебит путь. Неприятельские 42-линейные орудия продолжали вести частый огонь, между тем как на головном 75-миллиметровом орудии бронепоезда «Офицер» были израсходованы все снаряды, и оно должно было замолчать. Несмотря на такое трудное положение, бронепоезд «Офицер» решительно двинулся на сближение с красными, не стреляя. Под впечатлением этой внезапной атаки неприятельские бронепоезда отошли за станцию Герцовка.
После взятия нашими войсками Харькова 11 июня 1919 года на линию Харьков — Ворожба был отправлен первоначально один тяжелый бронепоезд «Князь Пожарский». Он поддерживал наступление наших частей вплоть до станции Богодухов, в 50 верстах от Харькова. Затем на ту же линию прибыл легкий бронепоезд «Генерал Корнилов» и действовал совместно с Дроздовским полком и Якутским пехотным полком. 17 июня на Богодуховское направление подошел тяжелый бронепоезд «Грозный» и обстреливал казармы, завод и вокзал в Богодухове. 18 июня наши войска, состоявшие из частей Якутского и Белозерского пехотных полков, батальона Самурского полка, батальона Дроздовского полка и конного отряда, перешли в наступление на Богодухов. Их поддерживали бронепоезда «Генерал Корнилов» и «Грозный», которые вели бой с неприятельскими бронепоездами и 42-линейной батареей, стоявшей на окраине города. К вечеру город Богодухов был взят, и наши бронепоезда содействовали дальнейшему наступлению. После этого боя бронепоезд «Грозный» получил приказание перейти на Курское направление. Боевая часть его была усилена двумя бронеплощадками с пятидюймовыми английскими орудиями на колесных лафетах. Угол обстрела был из-за этого ограничен в 30 градусов. Получивший повреждение бронепоезд «Генерал Корнилов» был отправлен 27 июня в капитальный ремонт на станцию Юзово. Командир тяжелого бронепоезда «Князь Пожарский» капитан 1-го ранга Потемкин и все состоявшие на этом бронепоезде морские офицеры по распоряжению начальника Морского управления адмирала Герасимова были откомандированы в это время в Царицын. В командование бронепоездом «Князь Пожарский» вступил полковник Федоров.
На левом фланге Добровольческой армии частями 1-й Кавказской казачьей дивизии был захвачен около 15 июня 1919 года на станции Синельниково советский бронепоезд «Товарищ Ворошилов». По приказанию командира 3-го Конного корпуса было приступлено к формированию из неприятельского боевого состава нашего бронепоезда, который был назван «Генерал Шкуро». Формирование этого бронепоезда происходило на станции Синельниково до 27 июня. Командиром бронепоезда был назначен подпоручик Лагутин. В составе команды было первоначально лишь 11 человек. Боевая часть состояла из бронепаровоза и одной бронеплощадки, вооруженной двумя трехдюймовыми орудиями образца 1902 года на открытых установках с круговым обстрелом. На бронеплощадке имелось, кроме того, четыре пулемета.
В это время нашими войсками был взят город Екатеринослав. Перед оставлением его красные сильно повредили железнодорожный мост через реку Самару. Поэтому наши бронепоезда долго не имели возможности пройти на станцию Екатеринослав и дальше на запад для содействия нашим войскам. Но так как поддержка наших бронепоездов была необходима для развития дальнейшего наступления, то по почину командира 3-й Кубанской железнодорожной сотни есаула Гусова было начато спешное формирование в Екатеринославе еще двух новых наших бронепоездов. Первоначально им были присвоены номера 1-й и 2-й. От бронепоезда № 1 ведет свое начало легкий бронепоезд «Генерал Шифнер-Маркевич», а от бронепоезда № 2 — легкий бронепоезд «Доброволец». Командиром бронепоезда № 2 был назначен полковник Бурков. Команда состояла первоначально из 11 офицеров и 2 вольноопределяющихся. Бронепаровоз и бронеплощадки предполагалось соорудить на заводе Южно-Русского металлургического общества из материалов, оставленных красными и предназначавшихся для их бронепоездов.
22 июня были получены сведения, что красные отрезали головные части конницы генерала Шифнер-Маркевича, которые успели продвинуться до станции Верховцево, примерно в 70 верстах к западу от Екатеринослава. Наступление советских войск угрожало якобы даже городу Екатеринославу. Бронепоезду № 2 было приказано отправиться на разведку по направлению на Верховцево. Бронепоезд вышел в 21 час, будучи составлен из обыкновенной платформы, на которой было установлено трехдюймовое орудие образца 1902 года, и обыкновенного паровоза. Утром 23 июня бронепоезд дошел до района станции Сухачевка, примерно в 15 верстах от Екатеринослава, и установил связь со сторожевым охранением 3-го Кубанского пластунского батальона. Станция Сухачевка была занята противником. Бронепоезд № 2 подошел ко входным стрелкам станции и был встречен огнем советского бронепоезда «Спартак». После короткого боя метким огнем нашего бронепоезда красный бронепоезд был подбит, советская команда бежала, и боевой состав вывезен в наше расположение.
Сформированный в Керчи бронепоезд № 3, состоявший из двух половин с легкими и тяжелыми орудиями, поддерживал в первой половине июня наступление наших войск в Крыму, вплоть до Сивашского моста. Во время починки этого моста, поврежденного красными, бронепоезд оставался несколько дней на станции Джанкой. Там было получено 17 июня предписание начальника бронепоездных дивизионов о том, что бронепоезд № 3 переформировывается в 5-й бронепоездной дивизион в составе двух легких и одного тяжелого бронепоезда. Легкие бронепоезда получили названия: «Коршун» и «Генерал Марков». Командиром бронепоезда «Коршун» был назначен капитан Магнитский{263}, а командиром бронепоезда «Генерал Марков» — капитан Сипягин{264}. Формирование этих легких бронепоездов задержалось, так что они могли выйти на фронт лишь в конце августа. Тяжелый бронепоезд получил название «Непобедимый». Командиром его был назначен полковник Кузнецов. Численность его команды, состоявшей в период крымских боев из 15 офицеров и 3 вольноопределяющихся, была доведена до 30 человек. 25 июня бронепоезд «Непобедимый» отправился на фронт к
