Александровску, примерно в 50 верстах к югу от Екатеринослава, в составе одной бронеплощадки с 100-миллиметровым морским орудием, под командой старшего офицера бронепоезда капитана Савицкого. Другая бронеплощадка перестраивалась в это время в Севастопольском порту. Через несколько дней эта перестроенная бронеплощадка прибыла на фронт на смену первой бронеплощадке, которая была также отправлена в Севастополь для переделки. Переделка состояла в том, что орудия были подняты на высокие цилиндрические установки. Это увеличило дальность огня до 14 верст. Кроме того, на площадках были построены бронированные казематы и погребки для снарядов. На одной из бронеплощадок была установлена на крыше каземата выдвижная командирская вышка для наблюдения.
Между тем в тылу Вооруженных сил Юга России, на северо-восточном Кавказе, обстановка была неспокойной и требовала присутствия значительного количества наших войск. При них был оставлен сформированный в январе 1919 года легкий бронепоезд «Терец» под командой капитана Лойко{265}. В начале июня 1919 года бронепоезд «Терец» был придан Грозненскому отряду генерала Колесникова{266} и находился по большей части на станции Грозный. 20 июня было получено приказание начальника Южной группы войск Северного Кавказа перейти на узловую станцию Беслан, в 20 верстах к северу от Владикавказа, для содействия отправке в состав наших войск всадников-ингушей. Требование об этом было предъявлено правителю Ингушетии. 23 июня бронепоезд «Терец» прибыл на станцию Назран, в 20 верстах к востоку от узловой станции Беслан, с пустым эшелоном для погрузки. Для этой погрузки всадников-ингушей был дан срок до 15 часов. К этому времени бронепоезд «Терец» возвратился на станцию Назран. При приближении к станции стала слышна ружейная стрельба и было замечено, что уже погрузившиеся в вагоны всадники-ингуши поспешно выводят обратно своих лошадей, направляются бегом к ближайшим зданиям и скрываются за ними. Навстречу бронепоезду подбежали начальник станции и два офицера нашей контрразведки. Они сообщили, что часть всадников начала грузиться в вагоны под руководством офицеров, однако большая часть ингушей воспротивилась погрузке и открыла стрельбу. Один из офицеров был убит. Ввиду полученного строгого приказания не открывать огня, бронепоезд принял подбежавших к нему лиц, пропустил пустой эшелон и вслед за ним отошел к станции Беслан. 24 июня бронепоезд «Терец» участвовал в наступлении на станцию Назран в составе нашего отряда, в который входили: Улагаевский, 6-й и 12-й пластунские батальоны, часть Апшеронского пехотного полка, Сунженско-Владикавказский полк Терского казачьего войска и две батареи.
Наступление велось двумя колоннами на аулы Экажево и Сурхахи. Бронепоезду была дана задача содействовать наступлению артиллерийским огнем и охранять левый фланг отряда со стороны аула Назран. В 9 часов бронепоезд открыл огонь по окопам на окраине аула Экажево и по кладбищу к северу от него. Около 10 часов ингуши вышли из окопов и двинулись в наступление в обход левого фланга отряда, находившегося в тысяче шагов от линии железной дороги. Бронепоезд «Терец» подпустил ингушей на 400 шагов к нашим цепям, быстро выдвинулся вперед и открыл по противнику огонь из одного орудия и одиннадцати пулеметов. Наступавшие ингуши понесли тяжелые потери и были отброшены. При этом был ранен ружейной пулей командир бронепоезда капитан Лойко. В командование бронепоездом вступил старший артиллерийский офицер капитан Нефедов. В 15 часов около 500 конных ингушей обошли правый фланг нашего отряда со стороны аула Сурхахи и устремились в тыл, на аул Базоркино, рассчитывая, по-видимому, поднять восстание и в нем. Выдвинутый из резерва Сунженско-Владикавказский полк был отброшен. Преследуя его, ингуши вышли на линию железной дороги в тылу бронепоезда «Терец». Бронепоезд двинулся в сторону атакующей конницы и орудийным и пулеметным огнем заставил ее прекратить преследование. Затем противник был принужден к отступлению. 25 и 26 июня наши войска заняли аулы Экажево и Сурхахи, которые были сожжены. С 27 по 29 июня бронепоезду «Терец» было поручено наблюдение за погрузкой эшелонов на станции Назран и охрана этой станции. 30 июня бронепоезд отправился на станцию Грозный и получил там задачу охранять участок железной дороги Грозный — Хасав-Юрт, протяжением около 70 верст. Надлежало передвигаться по участку от 7 до 16 часов и от 21 до 6 часов.
* * *
В первых числах июля 1919 года на фронт Добровольческой армии прибыл вновь сформированный легкий бронепоезд «Слава Офицеру». Возвратился в состав Добровольческой армии тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита», который был отправлен временно на Царицынское направление. Прибыл из Царицына в Харьков легкий бронепоезд «Орел». Не считая трех бронепоездов 1-го дивизиона, оставшихся в районе Царицына, и двух бронепоездов, находившихся на Северном Кавказе, при Добровольческой армии числилось в начале июля 1919 года 16 наших бронепоездов. Однако некоторые из них еще не закончили в это время формирования или должны были идти в тыл для ремонта. Между тем с расширением фронта Добровольческой армии нашим бронепоездам надлежало действовать на 9–10 железнодорожных линиях, пересекавших этот фронт. Владея центром России с наибольшим количеством заводов, красные могли скорее развивать строительство новых бронепоездов. Только искусство и решительность командиров наших бронепоездов и доблесть команд позволяли продолжать успешную борьбу с численным и техническим превосходством красных.
Войска 13-й советской армии, отходившие на север после оставления ими Харькова и Белгорода, замедлили, а затем и прекратили свое отступление. Части 14-й советской армии отходили в общем направлении на запад к среднему течению Днепра, но предпринимали частные контратаки. Советское командование отдавало себе отчет в возникшей для него опасности и стремилось ускорить сосредоточение главной боевой мощи красных против войск генерала Деникина. Но для переброски подкреплений на Южный фронт требовалось значительное время. Между тем и правый фланг Добровольческой армии еще не мог воспользоваться благоприятной обстановкой, приступить к выполнению так называемой «Московской директивы» и перейти в решительное наступление на север. Нашим бронепоездам приходилось, однако, вести частые бои на линиях, отходивших от узловой станции Белгород.
Отправленный в ремонт на станцию Юзово легкий бронепоезд «Генерал Корнилов» получил три новые артиллерийские бронеплощадки системы полковника Голяховского, с вращающимися башнями для орудий, после чего возвратился в Белгород 7 июля. С 8 по 18 июля бронепоезд действовал по линии Белгород — Волчанск совместно с частями Алексеевского полка. На линии Белгород — Курск находился в начале июля тяжелый бронепоезд «Грозный». Он выходил к позиции наших войск у станции Сажное, в 30 верстах от Белгорода, чтобы бороться с приближавшимися бронепоездами красных. Первоначально бронепоезд «Грозный» выезжал в этот период в составе одного пятидюймового и одного шестидюймового орудия. Но вскоре обнаружились многочисленные недостатки английских пятидюймовых орудий:
