клон опрокинул их на пол. Их рев встревожил животных, находившихся в загоне. На бойне были и другие сточные колодцы. Клон появился и из них. Беспокойство среди животных распространялось со все нарастающей силой. Овцы блеяли и пытались перепрыгнуть через забор. Они взбирались на спину друг другу, чтобы выбраться из загона.
Оказалось, что овцы были единственными животными, которые чувствовали, когда на них нападал клон: прилипнув к их густой шерсти, клон не сразу добирался до шкуры и мяса. Обезумевшие от страха овцы выбирались из тенет нитей клона, когда он только прилипал к их шерсти. Оставив клону клок шерсти, овцы убегали, спасаясь на какое-то время.
Прибежали служащие боен, чтобы выяснить, что происходит. Определить источник панического страха животных было невозможно. Служащие старались утихомирить их, а на то, чтобы выяснить причину буйства, у них не было времени.
Сидя на краю забора загона для скота, Тайни Андерсен криками пытался успокоить носившихся по кругу животных.
— Что им померещилось? — крикнул он Фрэнку Крюсону.
Андерсен спрыгнул в проход между загонами и бегом бросился вокруг забора, чтобы задержать животных и не дать им возможность проникнуть сквозь образовавшийся на другой стороне пролом. Завернув за угол, он поскользнулся и упал в грязную лужу, покрытую слоем воды.
— Это еще откуда взялось? — пробормотал он, вытирая грязь с рук. Он добежал до пролома, взобрался на забор и начал отгонять от него животных.
Ближе к одному из краев он увидел странного вида слой. Приглядевшись, Андерсен увидел, что он находится в движении. Какие-то побеги отделялись от него и направлялись к ногам животных. Один из побегов коснулся ноги быка, и Андерсен увидел, как под копытом немедленно образовалась лужа. Затем побег стал подниматься выше, и тут только Андерсен заметил, что он имеет зеленоватый оттенок.
Андерсен оглянулся, чтобы позвать кого-нибудь, а когда снова взглянул на быка, тот уже бился, стараясь освободиться от прилипшей к нему массы. Андерсен соскользнул по внутренней стороне забора, чтобы посмотреть на происходящее поближе. К этому времени ноги у быка уже не было, и Андерсен имел возможность видеть, как все происходит. Тут он догадался, что появление этой массы и вызвало панику среди животных.
Андерсен взобрался на самую верхушку ограды, чтобы поверх загона с обезумевшими животными разглядеть кого-нибудь из служащих. В забор, на котором он стоял, одновременно ударилось два быка, и этого толчка оказалось достаточно, чтобы Андерсен потерял равновесие и полетел внутрь в пленку клона. Андерсен попытался освободиться от клона, но тот уже въелся в кожаные подошвы его сапог. Через три секунды клон проник сквозь подошвы и принялся за его ступни. Андерсен подполз к стенке загона и стал громко звать на помощь. В реве животных и топоте тысяч копыт никто не мог его услышать.
Но, когда Андерсен падал с забора, это увидел Крюсон. Он подождал немного, надеясь, что товарищ сам выберется из загона. Но тот не появлялся, и Крюсон бросился к нему на помощь. Он нашел Андерсена ползущим вдоль стенки загона.
— Что с тобой? — спросил его Крюсон.
Андерсен кивнул на свои ноги. Крюсон взглянул, у него отвисла челюсть, — Скажи нашим, чтобы они не прикасались к этой штуке. Видишь? Скажи им об этом.
— Я тебя вытащу отсюда, — сказал Крюсон, подымаясь.
Просунув руку сквозь забор, Андерсен удержал его.
— Тебе не удастся сделать это, Фрэнк. Даже быки не могут оторваться от него. Побудь со мной, немного, хорошо? Это займет немного времени. Просто постой еще несколько минут, а потом ты пойдешь и скажешь всем об этом. Скажи, чтобы они не прикасались к этому…
Крюсон вскочил на ноги, и, пятясь, наблюдал трагический конец Андерсена. Потом он опрометью бросился в контору. По дороге он останавливался, чтобы рассказать встречным о том, что видел, но его сообщение не было новостью.
Территория бойни превратилась в сущий ад. Клон был повсюду, пожирал животных, взбирался по заборам, растекался по земле, проникал в здания. К бойне примчались полицейские машины, но они уже ничего не могли предпринять.
11 ЧАСОВ 59 МИНУТ
Красный глаз телевизионной камеры неотрывно следил за Базом Кингслеем, пока он читал длинный список мест, где клон был обнаружен, где он совершил нападение на людей за последние полчаса. Позади Кингслея висела карта, по которой змеилась густо заштрихованная линия, очерчивавшая непрерывно расширявшийся район бедствия.
— Сейчас мы переходим к показу телепередачи с места событий нашими выездными группами операторов в различных районах города. Первым мы даем слово Ральфу Бондо. Ваше слово, Ральф. Что произошло на Юнион-стейшен?
— Там идет массовая эвакуация, Баз…
Изображение на экране было туманным, но голос Бондо был отчетливо слышен.
Население сотнями покидает город. Те, у кого нет возможности перебраться из районов, подвергшихся опустошению, к кому-либо из друзей и знакомых в пределах города, направляются в пригороды, где их размещают в зданиях школ, в пожарных депо, в казармах и зданиях управления гражданской обороны. С собой они ничего не берут, кроме того, что могут нести в руках.
— Теперь очередь за Питером Вашли с центральной станции Иллинойс.
— Все то же самое, Баз. Люди стараются выбраться из города возможно скорее, кидаются в поезда в надежде скрыться от угрозы нападения. Многие теряют своих близких. Женщины с детьми уезжают, не зная, где и что произошло с их мужьями или со старшими детьми, которые ушли в школу и не вернулись до их отъезда.
Внезапно голос его прервался, но тут же раздался снова. Питер Вашли заговорил уверенно и твердо:
— Зеленое вещество появилось на центральной станции Иллинойс!
Послышался нарастающий шум, раздались панические выкрики и вопли. Затем снова послышался голос Питера:
…отсюда нет выхода… бледно-зеленое вещество расползается так, словно кто-то разлил расплавленный парафин, оно покрывает собой платформы, захватывает все на своем пути, люди исчезают в нем. Они исчезают, превращаются в воду. Я нахожусь в остекленном кабинете начальника станции, откуда видно все столпотворение на платформах. В кабинет набилось так много народа, что мы не можем даже пошевелиться, но здесь, по крайней мере, мы на какое-то время находимся в безопасности… О-о-о, лента этого вещества вползла под дверь кабинета… Она увеличивается…
Голос Питера утонул в истошных криках, а когда они затихли, из репродуктора не стало слышно ни звука.
В наушниках, надетых на голову, Баз услыхал срывающийся голос директора радиостанции:
— Сейчас мы включаем временный кабинет мэра города, из которого он руководит операциями, связанными с чрезвычайным положением в городе.
Достопочтенный Джон Майкл Слаттери прочистил горло.
— Леди и джентльмены, у меня есть для вас несколько важных
